Книга Проклятый меч, страница 2. Автор книги Саймон Бофорт, Бернард Найт, Йэн Морсон, и др.

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Проклятый меч»

Cтраница 2

Расправив плечи, он ощутил тяжесть кольчуги, прежде покрытой маслом, как его меч и кинжал. Но от долгого бездействия доспехи казались не надежной защитой, а ненужным бременем. Он ненавидел воду, считая ее самым страшным врагом любого воина. Как можно сражаться, если доспехи и оружие покрылись ржавчиной? Именно поэтому любой рыцарь боялся глубокой воды за бортом судна, поскольку, неся на себе почти двадцать фунтов стали, выжить в пучине практически невозможно. Гибель была гарантирована. «Нет, ни один воин не может чувствовать себя спокойно в такой воде», — подумал он, рассеянно потирая металлические доспехи на груди.

Мужчина должен рисковать, чтобы обрести славу ратника, — так считал его господин. Бросив последний взгляд на гребцов, он посмотрел на человека, неподвижно стоявшего к нему спиной. Этот поход закончится для них либо героической гибелью, либо неувядающей славой. Одно дело — грабить зазевавшихся купцов на большой дороге, и совсем другое — захватить целое королевство.

Из-за борта на него обрушилась очередная волна, и он заморгал, смахивая въедливую соль. Если ему суждено погибнуть, Эдит будет в полной безопасности. Он даже думать не хотел, что его любимая женщина, неожиданно овдовев, может быть брошена на произвол судьбы вместе с маленьким ребенком. По крайней мере он сделал для нее все, что мог. Эдит находилась в замке Уильяма и чувствовала себя защищенной. Она никогда не вернется в Британию, если он и его люди потерпят поражение.

Снова вода! Новая волна обрушилась на палубу судна, и он пригнулся в тщетной попытке уклониться. Краем глаза он видел, как облако белой пены с головой накрыло его гребцов. Ролло вытер глаза, изрыгая проклятия в адрес ненасытного моря. Если ему посчастливится выжить в этом походе, он больше никогда не отправится в плавание. Утешало одно — его меч был надежно укрыт в новых прочных ножнах. Хорошо выделанная овечья шкура должна защитить его от непогоды.

Он чувствовал себя ужасно. Каждое дуновение морского бриза вызывало дрожь во всем теле. Его превосходная льняная рубашка промокла насквозь, превратившись в ледяной панцирь. Кожа на обветренном лице туго натянулась, словно кусок старой шкуры, слишком быстро высохшей на жарком огне. Он невольно взглянул на свое отражение в отполированной до блеска металлической поверхности стального щита и угрюмо ухмыльнулся.

Сильный тридцатитрехлетний мужчина, высокий, коренастый, с темными глазами и тщательно выбритым волевым подбородком — кто знает, когда еще придется посетить брадобрея после высадки на берег. Его широкие крепкие плечи не уступали мощному торсу Неистового Свейна — воинственного наемника, искусно владеющего боевым топором, — а бедра напоминали толстую шею могучего быка. Он казался опытным и закаленным в боях воином, однако в его глазах таился страх.

И вот сейчас, глядя на сорок своих воинов, без устали работавших веслами, чтобы поскорее добраться до земли, Ролло еще раз напомнил себе, что поступает правильно. Именно так сделал бы на его месте король Эдуард и именно этого ждал от него прежде всего. И все же сомнения терзали его душу. Если он поступает правильно, то почему чувствует себя загнанным зверем?

Когда он только учился искусно владеть мечом, ему говорили, что нужно смотреть в глаза противнику, поскольку именно они выдают его истинные намерения. Внезапно сузившиеся зрачки подсказывали, что враг изготовился к атаке. Однако ему понадобится время, чтобы взмахнуть двухфунтовым клинком для нанесения удара. И если воин предупрежден, значит, успеет защититься.

С тех пор Ролло всегда смотрел в глаза человеку, чтобы определить его характер. Вот и сейчас, глядя на собственное отражение, он безошибочно угадывал свое состояние. На него взирал слабый и смертельно испуганный человек, и он, понимая, что не в силах изменить этого впечатления, отвернулся от зеркальной поверхности щита.

Еще совсем недавно Ролло был в высшей степени решительным и уверенным человеком. Являясь бретонским стольником короля Эдуарда, он с давних пор привык ощущать себя глазами и ушами своего сюзерена. Фактически стольник считался полномочным представителем короля на тех землях, которыми тот управлял из-за моря. При жизни Эдуарда у него не было более преданного и верного слуги. Но сейчас Ролло, вынужденный искать себе нового господина, нашел его в лице Вильгельма Норманнского по прозвищу Бастард.

Тем временем тучи рассеялись и впереди открылся безбрежный простор. Слабый туман прорезали первые лучи бледного солнца. До сих пор море казалось серым от сумрака ночи, а галеры окутывала непроницаемая пелена предрассветной мглы, создавая у воинов впечатление надежного укрытия, словно сам Господь Бог взял над ними опеку и уверенно ведет к вожделенному берегу. Ролло искренне надеялся, что высадка на сушу произойдет в соответствии с советами аббата Фекампа. Милорд аббат владел окрестными землями, известными под названием Стейнинг, и именно он предоставил в распоряжение Вильгельма и капитанов его галер весьма подробное описание побережья и особенно мест, наиболее удобных для высадки.

И вот сейчас они отчетливо увидели впереди темно-зеленую полоску земли и застыли от неожиданности, словно размышляя, что ждет их впереди — удача или сырые могилы.

Сквозь образовавшуюся в облаках прогалину Ролло почувствовал слабо пробивающееся тепло и оглянулся. Первые лучи восходящего солнца ласкали взор, и он подумал, уж не смилостивился ли над ними Бог, благословляя слабой улыбкой. Он знал, что Гарольд может в считанные часы собрать множество хорошо вооруженных людей, а если призовет на помощь фирд, [1] то число воинов увеличится в несколько раз. И все же если Господь будет настолько милостив к Вильгельму, что встанет на его сторону, то Гарольд потерпит неминуемое поражение. И умрет.

Ролло расправил спину и широко улыбнулся. Сегодня будет хороший день. Хороший для битвы.

И для смерти.


Да, к тому времени Брэн уже давно был мертв.

Конечно, за свою жизнь он выковал много других клинков, но до последнего дня не сомневался, что в тот заветный меч вложил свои лучшие качества оружейного мастера. Что же касается остальных… Они оказались не столь удачными, во всем уступая памятному клинку. Тот действительно был воплощением оружейного совершенства. Поздними вечерами Брэн часто сидел с кружкой эля, любуясь произведением своих рук. Ему хотелось бы увидеть его в ножнах, но он так и не решился продать свое детище, прекрасно понимая, что вместе с ним продаст и частичку самого себя.

Но пришло время, и судьба клинка выскользнула из его рук. Через шесть лет Брэн умер. Брэда загнал в ловушку старую дикую кошку, и Брэн пытался помочь сыну убить ее, но свирепое животное серьезно его поцарапало. Рана стала гноиться и в конце концов погубила его. Он умер в начале зимы под душераздирающие вопли своих родных и горькие упреки Дадды, адресованные своему брату: «Это ты во всем виноват! Ты убил нашего отца!»

И даже когда молодой священник Бартоломью отпевал безвременно почившего в бозе кузнеца, Дадда не разговаривал с Брэдой, что еще больше усугубляло скорбь и без того убитой горем матери.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация