Книга Влюбленная в море, страница 14. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Влюбленная в море»

Cтраница 14

И Лизбет помнила. Френсис не способен позаботиться о себе. Она села на кровать и начала поглаживать его по волосам, сосредоточенно сдвинув брови.

— Не поплыву в море, — беспомощно и отчаянно бормотал Френсис в подушку. Но в тоне его слышалась безнадежность. Ему недоставало силы духа, чтобы бросить вызов отцу, и он и Лизбет это знали. Лизбет почувствовала, как ее глаза наполняются слезами. Она была сейчас почти так же несчастна, как Френсис.

— Ненавижу их! Они все против меня, никогда не дают мне делать то, что я хочу. Разве это справедливо? — восклицал Френсис.

И Лизбет подумала: разве справедливо, что под одной крышей так много несчастных?

Глава 4

Родни Хокхерст прохаживался взад-вперед по юту [1], наблюдая за суетой, предшествующей отплытию. Возбужденная беготня матросов, пронзительные трели свистков, хриплые команды и крепкие ругательства боцмана свидетельствовали о том, что полубаркас уже причалил к борту.

На пристани собралась толпа из плачущих женщин и испуганных ребятишек, чей потерянный вид был вдвойне жалок. Но Родни знал, что, так же как и он, большая часть людей, которых провожают, радуются, понимая, что час выхода в море пробил. А тут еще проволочки, всегда случающиеся перед отплытием, которые раздражали Родни до крайности.

Среди множества звуков Родни различил блеяние овец, которых доставили на борт буквально в последнюю минуту. В трюме под нижней палубой уже был размещен выводок поросят, а также три дюжины кур, которых он закупил на рынке нынче утром, что сейчас казалось ему нелепым излишеством.

Снова и снова он подсчитывал в уме количество съестных и прочих припасов, взятых на борт, и гадал, хватит ли их до конца плавания. Он загрузил трюмы рисом, горохом, растительным маслом, а также свечами, парусиной, воловьими шкурами, пенькой и свинцовыми пластинами — заливать пробоины. Он истратил все до пенни на качественную солонину и копченый бекон плюс шесть тонн сухарей, и лавочник клялся, что товар не успел залежаться.

Любой, кто решается отправиться в море, вправе ожидать всяческих лишений, и неслыханных опасностей, и… отвратительной пищи, но Родни решил избавить свою команду хотя бы от страданий, связанных с голодом. Он знал, что за долгое плавание люди легко впадают в депрессию и раздражительность, что однообразная и некачественная пища способна вызвать дурное настроение и просто озлобить.

Плавая с Дрейком, он усвоил, что заботиться о здоровье матросов не менее важно, чем о здоровье офицеров. На многих кораблях с матросами обращались с неоправданной жестокостью. Родни решил, что на своем корабле он построит дисциплину, опираясь на общепринятые морские традиции, станет вершить правосудие милосердно и постарается по мере возможности показывать пример своим людям, а не принуждать их посредством грубой силы.

«Морской ястреб» не блистал красотой. У Родни не хватило денег на отделку корпуса, но корабль был крепкий и добротно сработанный. Его первый помощник Барлоу подтвердил мнение Родни, что корабль легко станет слушаться руля. На вооружении корабль имел двадцать две пушки и семь канонерок [2] по каждому борту нижней палубы, шесть фальконетов [3], стреляющих картечью, на верхней и еще два бронзовых орудия на корме у штурвала.

Помимо артиллерийских орудий, Родни приобрел также несколько аркебуз, запасся зажигательными бомбами и смазанными смолой дротиками, которые с таким успехом применял Дрейк.

Команда «Морского ястреба» состояла из восьмидесяти человек, пятьдесят из которых были закаленными бывалыми моряками, и Родни считал своей большой удачей то, что сумел их заполучить. Дюжины две матросов уже плавали с ним и согласились пуститься в экспедицию, соблазненные его обещанием выделить им большую долю добычи, чем бывало прежде.

Родни так волновался по поводу команды, что едва не довел себя до нервного срыва. Он не ждал, что сумеет собрать лучших моряков, которые могли бы отправиться под парусами таких прославленных героев, как Дрейк или Рейли. Многих к тому времени взяли на королевскую службу на корабли, которые ее величество собиралась передать под командование лорда Говарда.

Не кто иной, как Барлоу, оказал Родни неоценимую помощь, без лишней суеты собрав команду гораздо лучшую, чем ту, на которую рассчитывал Родни. Юнги, волонтеры и ремесленники, плотники и кузнецы дополняли личный состав.

Затем шли офицеры: Барлоу, три лейтенанта — Бакстер, Гэдстон и Уолтерс, шкипер Хейлс, казначей Симсон и хирург Добсон, имевший репутацию умелого доктора, хотя Родни успел усомниться, что поступил разумно, наняв его. Прежде всего, Добсон был человек в летах и поднялся на борт с налитыми кровью глазами и хриплым натужным кашлем, который он объяснял весело проведенной накануне ночью, но Родни склонен был приписать его хронической болезни.

Впрочем, теперь уже было поздно что-либо менять, и Родни только надеялся, что в море эта и множество других проблем утрясутся как-то сами собой.

С баркаса спешно перетаскивали на борт последние припасы. Родни лично проверил, надежно ли закреплены бочки для дождевой воды. Он приказал наполнить их в самый последний момент — он слишком хорошо знал, на что они будут похожи через пару месяцев: грязные, кишащие слизнями. Желательно поэтому наполнять их свежей пресной водой перёд самым отплытием.

Еще несколько минут, и они отчалят. В этот момент на пристани возник небольшой переполох: какого-то матроса, едва державшегося на ногах, практически втаскивала на себе по сходням на корабль размалеванная дородная проститутка, которую Родни как-то случалось видеть в порту. Едва ступив на корму, матрос тут же растянулся во всю длину на палубе, а женщина снабдила его непристойным напутствием, вызвавшим хохот остальных матросов.

Уперев руки в широкие бедра, не стесняясь расстегнутого почти до пояса платья, проститутка завязала с матросами шутливую перепалку, которую с отвращением слушали стоявшие на пристани женщины.

— Готовьтесь ставить паруса, Барлоу, — отрывисто скомандовал Родни, терпение которого уже истощилось. Вся команда должна была уже собраться на борту. Но стоило ему подумать об этом, как его лицо омрачилось, и он снова нервно прошелся по юту. Он вспомнил, что ему предстоит увидеться с Френсисом Гиллингемом и оказать ему гостеприимство. Родни поручил Барлоу встретить Френсиса и сразу же отвести его куда-нибудь в укромное место и оставить там, по крайней мере до тех пор, пока не уляжется суматоха, сопутствующая отплытию.

— С какой стати мне нужны бездельники на корабле? — возмутился Родни, когда ему принесли письмо сэра Гарри. — Клянусь честью, я немедленно напишу, что не могу принять его.

— Но сэр Гарри Гиллингем наш главный компаньон, — рассудительно возразил Барлоу. — Что, если он потребует назад свое золото?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация