Книга Пять минут между жизнью и смертью, страница 47. Автор книги Галина Владимировна Романова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Пять минут между жизнью и смертью»

Cтраница 47

Наташа засуетилась. Снова метнулась в кладовку, достала два чемодана. Потом подумала и один вернула на место. Ей не нужно много вещей. Она уедет ненадолго. Но далеко! Сейчас она позвонит своей давней знакомой в туристическое агентство, выхватит какой-нибудь горящий тур и умчится отдыхать.

Пусть тут расхлебывают последствия идиотского спектакля, как им вздумается! Ей все равно, как и кто станет оправдываться. Все равно! У нее была крохотная эпизодическая роль всего лишь. Она не была примадонной на этой сцене, и отвечать за то, кем она не была, не являлась и не будет никогда, Наташа не обязана.

– Пошли все к черту! – пропела она, забив чемодан до отказа легкими летними вещами. – Я еду отдыхать!

Глава 20

– Вам надо поесть!

Обнаглевшая до предела секретарша, не забыв покраснеть до кончиков ушей, сдвинула в сторону со стола все его бумаги, поставила поднос с какими-то накрытыми белоснежной салфеткой плошками и снова настырно повторила:

– Вам надо поесть немедленно!

– Почему?!

Сомов поднял на нее самый тяжелый из всех самых его тяжелых взглядов. Он полагал, что она поймет всю красноречивость его взгляда. И ему даже не придется спрашивать: «Почему ты себе позволяешь такое, а?!»

Он не спросил, а она не поняла. Или понимать не хотела. Потому что подергала плечиками под нелепой вязаной кофтой и сказала:

– Потому что лицо у вас уже сизого цвета. Потому что вы не ели уже сутки, не спали столько же. И все курите, курите и курите. И если вы сейчас не поедите, то…

– То что?! – Теперь уже Сомов начал медленно наливаться румянцем.

– То вы умрете!

Да как она!..

Да как она смеет, эта краснощекая нелепица в нелепой кофте, так говорить с ним?! Кто она такая?! Если он не уволил ее, это еще не значит, что он должен жрать ее котлеты или что там она приволокла!

– Что там? – Сомов с невероятно брезгливой гримасой ткнул пальцем в салфетку, укутавшую плошки с едой на подносе, и, издевательски коверкая слово, спросил: – Коклетки?

– И котлетки тоже, – не обиделась она и пошла тут же вон из кабинета. – Немного лапши домашней куриной. Три картошки и три котлеты. Еще салат и три пирожка.

– С чем? – зачем-то спросил он, будто и правда собирался есть всю эту хрень, приготовленную ею.

– Пирожки? – Она качнула хвостиком, чуть поворачивая в его сторону голову. – Пирожки с капустой и грибами. Приятного аппетита, я потом все уберу.

И ушла, дрянь такая!

Совершенно обнаглела в последнее время, совершенно! Как попросил ее не увольняться, как свозил ее к Сетину на место происшествия, как прислушался пару раз к ее советам – все! Распоясалась девка основательно!

Может, уволить ее все-таки, а?

Сомов нарочно не стал сразу залезать под пластиковые крышки контейнеров, в которых она притащила ему еду. Выкурил подряд две сигареты, водички попил, по кабинету походил. Потом не выдержал все же. Кабинет запер, крышки сорвал и чуть не задохнулся от густого аппетитного аромата домашней еды и выпечки. Опустошил все в два счета. И еще попенял втихаря, что пирожков мало положила. Почему-то всего по три. Три картошки в тмине и укропе, три котлеты, три пирожка. Магия, что ли, у нее какая? Может, приворожить его решила краснощекая секретарша?

Господи, о чем он думает?! Какая, к хренам собачьим, магия? Совсем мозги на сытый желудок размякли.

Нужен он ей со своим панкреатитом и гадким брюзгливым характером. А то она себе молодого парня не найдет. Такого, которому станет котлеты жарить, лапшу домашнюю варить и пирожки с капустой и грибами стряпать с величайшей любовью и удовольствием. Она же не будет ради Сомова переучиваться. Не станет осваивать азиатскую кухню, к примеру. Или учиться правильно варить спагетти, а к ним делать разные итальянские соусы, которые Сомов полюбил в последнее время.

Он же ведь новыми привычками оброс в детективном своем агентстве, да. У него халат имеется с кисточками, коробка непочатая сигар дорогих, виски и содовая в баре, и пельмени из упаковки он теперь себе не варит, и глазунью редко делает. Он теперь в дорогих кафе барствует и удовольствие в этом находит. Это в последние дни он не позволяет себе ничего подобного.

Права пигалица, он и есть, и спать совсем перестал. А так ведь он по-другому научился жить, пить и есть.

А котлетки были чудо как хороши, не мог не признать Сомов, снова потянувшись за сигаретой. И пирожки, не успел заметить, как съел. И в кафе и рестораны он бы бегать совсем перестал, кабы ему такую лапшу с курятиной на обед подавали.

Господи, ну о чем он снова?! Нужен он ей с сизым лицом своим и разницей в возрасте в полтора десятка лет! А то она не найдет себе молодого, и не такого вредного, как он. Они вон, Валерка и Сережка – сотрудники его, – вокруг нее так и вьются. Раньше не замечал, а в последнее время сильно в глаза стало бросаться. Интересно, а их она прикармливает или нет?

О чем он опять?! Его-то какое дело, с кем и на какой ноге его секретарша? Он вообще ее увольнять собирался. И не уволил лишь из упрямства, потому что она первая об увольнении заговорила. Ну, точно уволил бы. И эта кофта нелепая на ней сегодня какая-то…

– Зайди! – гавкнул он в селектор и лицо сделал сердитое.

Она зашла, без лишних разговоров собрала посуду со стола, смахнула крошки салфеткой и пошла снова к двери.

– Спасибо, – нехотя буркнул он ей в спину, подумал и добавил: – Все было очень вкусно. Сама готовила?

– Да, – кивнула она, смешно качнув хвостиком. – Я рада, что вам понравилось. Какие-то еще указания будут?

«Кофту сними свою нелепую», – хотелось крикнуть Сомову, но промолчал.

Еще чего доброго заподозрит его в домогательстве. А он ничего такого… И вдруг у нее под этой толстой кофтой ничего нет? В чем она тогда останется?

– Что? – вдруг спросила она и не забыла покраснеть.

– Что?

– Вы так смотрите на меня странно, – объяснила она и зачем-то свободной от подноса рукой подтянула воротник кофты повыше.

– Цвет не идет тебе этот… – Сомов почувствовал, что краснеет.

Может, зелье какое в ее котлетах содержалось, что он теперь наперегонки с ней краснеть взялся. Или в числе «три» что-то таилось, и он теперь…

– Это мамина кофта, – призналась она со смущением. – Света дома не было, погладить не успела…

– А готовила как же?! – вытаращился Сомов. – Без света-то?!

– Так плита газовая. И свечи есть, – удивилась она. – Три подсвечника со свечами, светло было. А погладить не смогла. Извините.

– За что? – он спрятал усмешку в ладонь, и снова подумал: а стала бы она для Сереги с Валеркой при свечах еду готовить? – Ты на меня не обижайся, придираюсь к тебе. А ты вон… Пирогов напекла. Ребятам понравились?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация