Книга Благороднейший жулик, или Мальчишкам без башенки вход запрещен!, страница 63. Автор книги Ксения Зацепина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Благороднейший жулик, или Мальчишкам без башенки вход запрещен!»

Cтраница 63

Я уткнулась носом в его широкую грудь. До этого момента Меджай ни разу не называл меня своей девушкой. Черт, как же это хорошо звучит!

– В итоге я позвонил Мишке.

– Какому Мишке?

– Ты его видела мельком на похоронах. Такой высокий, светленький. Наш родной Рэмбо. Он в недавнем прошлом капитан полиции. Младший следователь.

– Да ты что?! – не поверила я.

Это ж надо! Куда катится наша страна, когда следователи идут в стриптиз!

– Ага, – закивал Рафа, – ну, у него всегда была артистическая натура. Он любит танцевать и двигаться. В школу полиции пошел из-за отца, тот тоже был военным. А в двадцать семь лет решил, что с него достаточно. Первый год работал в «Тропиках», это около «Коломенской». А потом перешел к нам. Уволиться уволился, а связи остались. Я позвонил Мишке и все объяснил. А он, не задавая лишних вопросов, звякнул друзьям в ОМОНе или спецназе… Я в них не разбираюсь… Вот так.

Чтобы задать следующий вопрос, мне пришлось собраться с силами:

– Она правда что-то хотела от тебя?

Рафа грустно усмехнулся и сделал большой глоток чая.

– Варя, это было не «что-то», а секс. Ей хотелось простого плотского удовольствия. И она ясно дала мне понять, что отношений между нами быть не может. Не потому, что Князевой бы это не понравилось, а потому, что Милая просто не может иметь парня-стриптизера. Кстати, как я узнал позже, я был первый, кому она это предлагала. Никому из пацанов она не разрешала до себя дотрагиваться. Не то чтобы они ее хотели и рыдали от горя, что она такая цаца… Но в тот момент мне было в какой-то степени приятно, что я умудрился очаровать даже Милую.

Я поуютнее устроилась на здоровом плече Рафы, забыв о том, что пообещала не ложиться на чистую кровать в грязной одежде.

– И что было дальше?

– Дальше я рассказал об этом Славке, и он выбил из меня обещание, что я ни под каким предлогом не приближусь к Милой ближе чем на два метра.

Слабо улыбнувшись, я про себя поблагодарила Калину за это благое деяние.

– Он быстро ввел меня в курс дела: Зоя – приятная девушка, лучше с ней не ссориться и вообще стараться общаться с ней как можно меньше. Не то чтобы она была коварная змеюка или последняя дрянь. Просто ни ей, ни мне не нужно лишних проблем. А они обязательно возникнут, если мы начнем постельные отношения.

Рафа сделал еще глоток и предложил чай мне. Я взяла стакан и отпила.

– А что насчет наркотиков? Милая говорила, Князева хотела тебя уволить, потому что ты курил кальян.

Бонд прищурился, будто рылся в ящиках с воспоминаниями.

– Это было где-то полгода назад. У Егора был день рождения, и мы все пошли в «Султан», турецкий ресторан. Там, конечно, я взял кальян. Князева, увидев это, со смехом спросила, содержатся ли там наркотики и насколько законно курить шиши. Я сказал, что там всего полтора грамма кокаина, а Илона в ответ пошутила, что имеет полное право уволить меня, если я принял больше одного грамма.

Я хихикнула:

– А что с «Ауди»?

– О-о-о, – протянул Бонд и легонько стал гладить меня по голове, – эту историю еще долго пересказывали все в клубе. Я думал, ее до моей смерти будут рассказывать всем встречным-поперечным. Год назад я хотел купить машину и познакомился с дядькой, у которого имелась древняя «Ауди» цвета металлик. Всего за две тысячи долларов он хотел избавиться от своего стального коня, потому что перебирался в Израиль, а везти с собой авто не хотел. Разумеется, я купил эту машину на следующий же день. И меня тормознули через два часа после сделки. Оказалось, автомобиль угнали еще два месяца назад, а я стал первым подозреваемым. Позже все прояснилось, того «израильтянина» арестовали, но перед этим успели попортить мне три миллиарда нервных клеток.

– Ясно, – я сладко потянулась, – а как насчет остального?

– Какого остального?

– Ну… – я замялась, – Милая сказала, ты каждый вечер уходил с новыми девицами… Ты не подумай, я не сужу тебя, – я вскочила на колени и положила ладони на правый бицепс Рафы, – ты красивый парень и работаешь в таком месте. Конечно, у тебя много поклонниц и ты… не мог этим не пользоваться…

– Варя, – тихо прервал меня Бонд и улыбнулся так нежно, что я не выдержала и наклонилась, чтобы его поцеловать, – до тебя у меня не было никого четыре месяца. За полтора года в Москве у меня было три девушки. И роман с каждой длился не больше трех месяцев.

Я еле слышно охнула.

– Почему?

Рафа задумался:

– Потому что они хотели того, чего я не мог им дать: перемену рабочего места, внимания, денег… Любви.

Я понуро опустила глаза на свои ногти.

– Но теперь все по-другому, – Рафа привстал на здоровом плече, – потому что тебя я люблю. И понял это в ту секунду, когда ты представила меня Иваном своему парню… Кстати, как он поживает?

– Хорошо, – заверила я Бонда, не чувствуя биения собственного сердца от радости, переполнявшей все мое хрупкое тело, – то есть я думаю, что хорошо. У него всегда все отлично, не стоит переживать. Но я, пожалуй, через пару дней позвоню ему и уточню, что мы теперь просто знакомые.

Рафа снова лег, и я увидела искорки радости в его больших, глубоких, как темный омут, глазах.

Мы провалялись целый день, болтая о какой-то ерунде, и не заметили, как пришла ночь. Утром в пятницу, около восьми, я решила поехать домой переодеться и нормально поесть. Позже я заехала к Рафе, взяв кое-какие его личные вещи, типа бритвы, а также свой сотовый, который примостился на столике около фотографии мамы парня. Меня поджидали два пропущенных звонка и одно сообщение с текстом «Где ты лазаешь, сволочь?» от сестер Сотниковых. Кто еще мог позвонить два раза подряд, а потом кинуть такое сообщение?!

Вернулась я в больницу около одиннадцати. На улице светило такое же яркое солнце, как и вчера, освещая всю палату. И когда я зашла, даже не поняла, кто пришел к Рафе в гости. Внутри было так светло, что резало глаза.

– Здравствуйте, – промямлила я, разглядывая парня.

Посетитель был около двух метров ростом, явно натуральный блондин и с очень красивой фигурой. Коллега, пронеслось у меня в голове, и тут же передо мной встала картина похорон, где он тоже присутствовал. Кажется, это он привозил тетю Валю из больницы. Теперь все ясно.

– Рэмбо, – довольно улыбнулась я, радуясь своей хорошей памяти на лица.

– Добрый день, Варвара, – засмущался парень, потупив светло-зеленые, как сапфир, глаза, – но лучше Михаил или Миша.

– Миша, – смиренно повторила я, и мы пожали друг другу руки, как будто присутствовали не в больнице, а на приеме у австрийского посла.

Я никогда не чувствовала себя комфортно рядом с друзьями Невского. Наверное, потому, что общих тем для дискуссий у нас не было. Я и его друзья почти не разговаривали, если не учитывать «привет» и «пока». Вообще каждый считал своим долгом высказаться, что мы даже не смотримся парой. В итоге они все оказались правы. И теперь я невероятно счастлива еще и потому, что мне не придется выслушивать все эти долгие и скучные разговоры Невского и его очередного однокурсника про футбол, хоккей, сумасшедших баб за рулем и поправки к конституциям разных стран.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация