Книга Повелитель стали, страница 94. Автор книги Виктор Зайцев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Повелитель стали»

Cтраница 94

Всё лето, все погожие дни Белов посвятил усиленным тренировкам с подростками, привлекая к ним мужчин из числа молодожёнов, проживавших в Бражинске. Подростков в посёлке только постоянно проживало уже полсотни, две трети из них «заложники» из угорских селений и Выселков, самых крепких и толковых из аманатов он тоже привлёк в группу охраны. С ними сыщик и вёл занятия, остальные работали подручными у мастеров и по хозяйству. Всю торговлю взяли в свои руки жёны Белова, Лариса оказалась весьма практичной хозяйкой, умело торговалась с купцами, которые зачастили в посёлок. Кроме Окуня и его подручных, обеспечивавших запасы руды, шерсти и самоцветов, три купца с юга привезли много нефти, хлопка, тканей, кожаную обувь. Одному из южных купцов удалось сбыть Скора, с договорённостью, под хорошую скидку, что этот раб будет продан лишь в Усть-Итиле, не ближе. Одной проблемой у Белова стало меньше.

Зачастили местные купцы – булгары, даже два купца из Россоха не побоялись приехать. Они обеспечили посёлок запасом зерна и мёда. Серебро для закупок продуктов Белову даже не приходилось трогать, наработанных зимой запасов железных изделий хватило до осени. Понемногу увеличивался спрос на зажигалки, южане стали брать доски, особенно кромлёные. Белов дополнительно установил дисковую пилу на пилораме братьев Лопат, и почти все доски те стали кромить, что заметно повысило их товарный вид и востребованность. Порой он завидовал Третьяку, который подобрал себе единомышленников и отрабатывал получение новых образцов легированной стали, не обращая внимания ни на что вокруг себя. Глядя на парня, старший родич видел в нём своё отражение, он тоже был таким лет двадцать назад, увлечённым и бескорыстным, не замечающим ничего, кроме интересной работы. Увы, как глава большого хозяйства, сейчас Белов не мог позволить себе такой роскоши, как увлечённость. Ему приходилось быть циничным и предусмотрительным, прагматичным и осторожным.

С купцами из Россоха он подолгу беседовал, пытаясь через них наладить диалог с руководством города и избавиться от надоевших пленников, гирями висевших на его ногах. Хитрецы не сказали ни слова правды, явно были подосланы старейшинами родов для разведки. Сыщик уже не сомневался в предстоящем нападении западных соседей на Бражинск и постарался обезопасить посёлок. Главным образом велись тренировки по стрельбе из револьверов – с подростками из группы охраны. Надо ли говорить, что после первых же стрельб ребята буквально боготворили своего наставника, исполняя все указания в два раза быстрее. С учётом привлечённых в группу охраны аманатов, чьё содержание и воспитание были такими же, как для других подростков, Белову удалось наладить более или менее регулярное патрулировании КСП и выставлять постоянные секреты на самых вероятных путях подхода врага.

К концу лета староста Бражинска смог немного вздохнуть, убедившись в достаточно строгом несении караульной службы. Слишком велик оказался интерес к револьверам, чтобы ребята могли себе позволить баловство в вопросе охраны посёлка. Да и для отроков Приуралья, выросших в лесу, с детства привыкших к охоте, к многочасовому скрадыванию зверя, караульная служба не представляла трудности.

За лето рабочие научились строить очень быстро, буквально недели хватало для сдачи нового дома «под ключ», с двойными слюдяными окнами, двумя печами, крышей из черепицы. Свой дом Белов начал обкладывать кирпичом, опасаясь поджога, с увеличением внутренних помещений и строительством долгожданного пристроя на несколько комнат, в том числе личного кабинета и двух спален для обеих жён на втором этаже, рядом с общей спальней. На первом этаже дополнительно разместились отдельные комнаты для детей, две пока пустовали, так сказать, «на вырост». Одновременно пришлось построить два кирпичных склада для хранения горючих материалов, нефти, хлопка, тканей. Пользуясь световым днём, он работал до двадцати часов ежедневно, не чувствуя усталости, что его давно не удивляло. Всё-таки уже за сорок лет, а самочувствие после лечения у лекаря было как у двадцатилетнего – о чём-то подобном предупреждал Лей. Постригшись очередной раз, он с удивлением не обнаружил на голове ни единого седого волоса, три года назад седины было не меньше двух третей от всей шевелюры. Белову осталось только радоваться и отнести такое омоложение за счёт здорового образа жизни, хорошей экологии и отсутствия всякого начальства.

Ближе к сентябрю удалось закончить монтаж самодельного токарного станка, соединённого со вторым водяным колесом. К этому времени с помощью добавок марганца, хрома, вольфрама и никеля, которые удалось выделить из новых образцов руды, у Третьяка получились несколько образцов неплохой стали. Из них отковали десяток кирас и шлемов и два десятка заготовок под оружейные стволы. В химической мастерской работали уже восемь девушек, резко возросшее производство пороха позволило изготовить дополнительно две тысячи револьверных патронов, даже образовался небольшой запас взрывчатого вещества, его Белов оставил для подрывных работ. Уборочные работы Лариса организовала достаточно быстро, после чего начались традиционные праздники урожая и свадьбы.

Осень получилась богатой на свадьбы, проживание молодёжи без присмотра родителей в одном посёлке дало свой результат, только угры разных селений образовали девять пар, четверо россохских пленников буквально упали на колени перед Беловым, выпрашивая разрешения жениться на поселковских угорках. Пришлось принять клятву, снять с пленников «браслет заключённого» и оженить молодых. Тут же приехали пять девиц из Россоха, жены и подружки других пленников, решившиеся выйти замуж и осесть в Бражинске. Опять пришлось отпускать пленников, отмечать свадьбы и срочно строить ещё шесть домов. Белов не нарадовался такому успеху, надеясь обойтись без кровопролития. Пленников осталось всего пятеро, если их удастся пристроить, можно будет спустить конфликт с Россохом на тормозах.

С этими парнями, которые девятый месяц носили «браслет невольника» на ноге, старейшина посёлка продолжал регулярно разговаривать, пытаясь найти решение. Двое из них с удовольствием бы женились, но не нашлось девушки по душе в Бражинске, и то сказать, незамужних в посёлке осталось всего шесть девушек-угорок на тридцать подростков, среди которых были дети и племянники вождей и старейшин, формально взятые в роли заложников, а фактически пользовавшиеся всеми правами бражинцев. Они посещали школу, многие участвовали в охране посёлка, даже стреляли из револьверов. Кто из девиц при таком раскладе посмотрит на пленников, Белов понимал проблемы парней. Трое же пленников оказались обычными разгильдяями, которым ничего не надо было, лишь бы попить да погулять. Рабочие из них были никудышные, надо бы от них избавляться, как в своё время избавился от Скора.

Сагит привёз наконец двух сучек и кобелька кавказской овчарки, они обошлись в три раза дороже любого мастера-раба. С помощью торговца Белов избавился и от троих разгильдяев-пленников. Для этого пришлось разыграть целый спектакль, в котором поучаствовал и купец-южанин. Он привёз их на корабле Сагита в Россох, где лодья причалила к пристани, и вывел на борт купеческого корабля, в кандалах и цепях для пущего эффекта. Сам Белов организовал небольшой аукцион, перед началом которого несколько раз жаловался на обиды, причинённые этими парнями ему зимой. Подождав, когда соберётся больше народа, старейшина Бражинска, продолжил жалобы и стенания, рассказывая, как предлагал старостам Россоха выкупить разбойников, да те отказались. Жаловался на прожорливость лентяев, которые за полгода объели Белова. Показывал толстые щёки пленников и говорил, что не может больше содержать дармоедов. Закончил свои жалобы он совсем комедийной нотой:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация