Книга Такая, блин, вечная молодость, страница 10. Автор книги Люся Лютикова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Такая, блин, вечная молодость»

Cтраница 10

Наконец мне повезло. Я нашла чудо какие замечательные ботинки: кожаные внутри и снаружи, очень практичные, на удобном каблуке, и на ноге сидят как влитые. Цена, правда, кусается – семь тысяч рублей, зато прикреплен ярлычок «50%». Значит, куплю за половину стоимости.

– Да, – подтвердила продавщица, – вы получите на них скидку пятьдесят процентов, но только если купите еще три пары обуви.

– Какие еще три пары? – обалдела я.

– Дело в том, что пятидесятипроцентная скидка дается только на четвертую пару, – скороговоркой зачастила девушка. – Вам надо купить еще три. Но это безумно выгодно, они ведь тоже идут со скидкой: тридцать процентов – на вторую пару, сорок процентов – на третью!

– А первую пару я, выходит, покупаю по полной стоимости?

– Да, – радостно закивала продавщица, – но к ней вам подарят дисконтную карту, по которой вы и сможете потом получить все скидки. Это безумно выгодно!

Кажется, я поняла. Чтобы купить нужную обувь со скидкой, надо также приобрести много ненужной обуви. Правда, на ненужную обувь тоже дают некоторую скидку, но ведь ее я вообще не хочу покупать и, возможно, никогда не буду носить! То есть, если разобраться, я куплю одну пару обуви по цене четырех!

Я поделилась открытием с Зойкой, но она не стала меня слушать.

– Ты ничего не понимаешь, это безумно выгодно! – твердила она, явно позаимствовав фразу у продавщиц.

В результате подруга купила полусапожки с вышивкой, лодочки безумного фиолетового цвета, мокасины под змеиную кожу и босоножки с огромной красной бусиной. Бесплатно она получила тапочки с беличьей опушкой – только на них во всем магазине висел ярлычок «100%».

Мы вернулись ко мне домой, Зойка изможденно упала на диван и выдохнула:

– Уф, день прошел не зря! Столько обуви купила, и практически даром! А ты меня еще отговаривала!

– Давай-ка подсчитаем, во сколько тебе обошлась каждая пара, – предложила я.

Зойка достала чеки, я взяла калькулятор.

– Так, сначала складываем, потом делим... Ага, получается, что каждая пара, включая тапки, стоит девяносто три доллара. За такие деньги ты можешь купить обувь в любом магазине, безо всякой распродажи и в нужном тебе количестве.

У подруги округлились глаза.

– Как же так? Ничего не понимаю! Это же должно быть очень выгодно!

– Это и правда очень выгодно, только не для тебя, а для магазина.

Зойка вскочила на ноги:

– Я немедленно иду сдавать обувь обратно! Пусть вернут мои деньги!

– Увы, не получится. Она ведь продавалась со скидкой, значит, вернуть ее ты не имеешь права. Разве только тапки с беличьей опушкой. Но их глупо возвращать, тебе же их подарили.

Зойка плюхнулась на диван и протянула:

– Люська, я, кажется, лоханулась...

Ничего удивительного. Судя по рекламным акциям и ценам в московских магазинах, слово «скидка» произошло от глагола «кидать».

Глава 7

Зойка продолжала охать и причитать, когда у меня зазвонил телефон. Я сняла трубку:

– Слушаю.

– Люсенька, умоляю, не бросай трубку! – завизжал голос. Я с трудом узнала Свету Рзаеву. – Отдай им сто тысяч долларов, иначе они меня убьют! А-а-а, перестаньте, мне больно! Больно! А-а-а!!!

– Немедленно прекратите ее мучить! – закричала я.

– Конфетка, – услышала я знакомый мужской голос, – мы охотно перестанем ее мучить, только верни деньги.

– Но я ничего не брала! Где я возьму сто тысяч?

– Где хочешь, это не мое дело. Я человек маленький, у меня приказ. Если денег не будет, твоя подружка умрет в мучениях. А чтобы ты нам поверила, прямо сейчас мы сломаем ей руку. Левую.

Послышался ужасный хруст, потом дикий, нечеловеческий вопль.

От ужаса я выронила телефон. Зойка смотрела на меня во все глаза:

– Что случилось?

Я молчала, пытаясь собраться с мыслями.

– Да что случилось-то?!

– Случилось страшное. Не знаешь, где можно раздобыть сто тысяч долларов? Нужны позарез.

– Зачем тебе?

Я рассказала про похищение, требование выкупа и сломанную руку.

– Бред какой-то! – отреагировала подруга. – Слушай, а может, у нынешней молодежи такие шуточки? Может, это модный прикол, а мы, старые клячи, не в курсе?

– Да не похоже на розыгрыш. Уж очень этот мужчина убедителен. А ты слышала крик?

Она передернула плечами.

– Да, просто жуткий.

– Надо где-то достать деньги, – медленно сказала я.

– Не понимаю, чего это ты так о ней беспокоишься, – ревниво заметила Зойка. – Разве она твоя лучшая подруга?

– Да нет, мы просто коллеги. Наверное, это у меня чувство вины.

– Ага, – оживилась Зоя, – значит, ты и вправду взяла ее деньги?

– Да не брала я никаких денег! В том-то и дело. Это такое чувство вины, когда ты ничего плохого не делала, но все окружающие убеждены в обратном и навязывают тебе чувство вины. Понимаешь?

– Нет, не понимаю.

На меня неожиданно нахлынули детские воспоминания. Однажды, когда мне было лет пять, я пришла в гости к подружке. Мы с ней беззаботно играли до тех пор, пока ее бабушка не сообщила, что со стола на кухне исчезли двадцать копеек. Она, мол, пришла из магазина и сдачу – бумажный рубль и монету в двадцать копеек – положила на стол. Рубль на месте, а монета пропала. И как раз пять минут назад я заходила на кухню попить воды...

В то время на двадцать копеек можно было купить пломбир в вафельном стаканчике или, если добавить еще две копейки, пирожное «корзиночку». Они обе – подружка и ее бабушка – уставились на меня, ожидая, что я признаюсь. Я не признавалась, а только лепетала, что даже не подходила к столу и не видела, что там лежит. Бабка добрых полчаса увещевала отдать монету, обещая, что мне ничего за это не будет. Я стояла на своем: денег не брала.

Сейчас-то я понимаю, что подружка сама стащила у бабки денежку или, может, бабка была в маразме, но то ощущение полнейшего бессилия что-либо доказать я помню до сих пор. Естественно, таких слов, как «презумпция невиновности», я тогда не знала.

Зойка решительно тряхнула головой.

– Ерунда, забудь. Там было двадцать копеек, а тут сто тысяч долларов. Какое еще чувство вины?

Я молчала, и она раздраженно продолжила:

– Ну ладно, допустим, эту Свету похитили и даже руку сломали. Но ты-то тут при чем? С какой это радости тебе за нее выкуп платить? У нее что, родственников нет? Муж, родители? Должна же быть родня!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация