Книга Круговорот парней в природе, страница 13. Автор книги Елена Логунова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Круговорот парней в природе»

Cтраница 13

Под рукой у меня оказалась чужая нога. Я мертвой хваткой вцепилась в щиколотку упрямо поднимающегося папарацци, успела заметить, что носок в промежутке между черной штаниной и черным башмаком тоже черный, потом услышала противный хрустящий звук…

Черная фигура качнулась, уходя вперед. Писклявые черные мушки, атакующие мое зрение и слух, стройным клином ринулись в крутое пике, и, уже балансируя на грани обморока, я осознала, что победоносно размахиваю оторванной человеческой ногой.

Глава 6

Владелец частной мини-гостиницы «Либер Муттер» Боря Шульц сел в постели и попытался понять, что за звуки его разбудили. Для этого он выпростал из-под трикотажного ночного колпака в патриотичную красно-бело-синюю полосочку одно помятое пухлое ухо, похожее на вчерашний оладушек, и скосил глаза на спящую рядом жену Рузанну.

Рузанна по своей природе являлась неиссякаемым источником звуков, условно подразделяемых на две категории: болтовню и храп. Тихой и молчаливой госпожа Шульц не бывала никогда. Чтобы добиться непрерывного звучания, она посменно задействовала рот и нос. Бодрствуя, Рузанна оглушала мужа эмоциональными речами с неисправимым армянским акцентом, а во сне она тревожно храпела в кварту, как осипшая сирена «Скорой помощи». Впрочем, за двадцать лет супружеской жизни Боря Шульц к этим звукам привык и спал под выдающийся храп Рузанны безмятежным сном младенца, чистого душой и телом.

– Х-р-р-р-ру? – набирая воздух в грудь, озабоченно вывела госпожа Шульц.

Под просторным стеганым одеалом дородная супруга Бори вздымалась величественно, как холмы Голливуда. На вдохе курганы поднимались выше, и в носовой руладе Рузанны звучала великая тревога за судьбы мира. На выдохе горы мелко сотрясались и оседали, а штормовой храп замирал до штиля. Боря чутко ждал этого момента и в наступившей непродолжительной тишине явственно услышал в глубине дома стук-хлопок.

– Опять эти люди бросили открытой входную дверь! – недовольно заворчал Боря, вылезая из кровати. – И это в такой мороз! Ой, я не знаю, что это будет! Эти люди разорят Борю Шульца! Они таки допросятся, что Боря Шульц включит в стоимость их проживания дополнительный счет за отопление!

По правде говоря, Боря Шульц и так уже умножил сумму счета на три, сдав номера неожиданным постояльцам по расценкам самого что ни на есть высокого сезона. Благо ответственная номеросъемщица Татьяна – симпатичная молодая женщина с приятно пухлым кошельком – была сильно нетрезва и потому сговорчива. Однако это никак не могло помешать Боре Шульцу еще немного увеличить свою прибыль за счет гостей, возмутительно разбазаривающих живительное тепло отапливаемого помещения.

Есть гении, способные перемножать в уме трехзначные числа и с легкостью извлекать из них квадратный корень. Боря Шульц столь же гениально умножал свои капиталы, изначально весьма скромные, и извлекал из чего угодно солидную прибыль. Его дальний предок по отцовской линии, несомненно, был из той самой туристической группы, которую гид по имени Моисей сорок лет водил по эксклюзивному маршруту «Золотое кольцо пустыни». Боря Шульц избрал свой собственный путь в обетованную землю и совершал его неторопливо и основательно. Он давным-давно мог уехать в Израиль или в Германию, но предпочитал до поры до времени экономно жить и успешно работать в России, в захолустном приморском поселке, каменистый пляж которого был отличной почвой для инвестиций. Удалиться от дел на ПМЖ в дальние края он планировал после шестидесяти. А к пятидесяти годам господин Шульц имел в активе собственный магазинчик курортных товаров, два кафе-бистро, одну пирожковую и три мини-гостиницы, в первом этаже наихудшей из которых проживал он сам. В пассиве числились запущенная язвенная болезнь желудка и жена Рузанна, тоже язва, каких поискать.

Рузанна, которая в восемнадцать лет была хороша, как розовый бутон, к сорока восьми стала гораздо больше похожа на растрепанный капустный кочан. В сочетании с трубным слоновьим храпом это сильно уменьшило ее женскую привлекательность в глазах супруга, и без того не слишком большого любителя интимных процессов. Боре Шульцу и помимо секса было, чем озаботиться! К несчастью, Рузанна – наполовину армянка – от природы была натурой очень страстной. Пылкая и ревнивая, она подозревала своего хладнокровного супруга в неверности и не стеснялась за ним следить.

Едва Боря Шульц в своей ветхой байковой пижаме с символикой Гаванского фестиваля молодежи одна тысяча девятьсот какого-то года, очень похожий на помесь вечного студента с еще более Вечным Жидом, просочился из супружеской спальни, Рузанна Шульц перестала старательно храпеть и отбросила в сторону одеяло. Она сунула ноги в тапки, заправила за ухо размотавшуюся прядь волос с болтающейся на ее кончике алюминиевой бигудиной и надела на нос очки. Подготовив таким образом слух и зрение к восприятию воображаемых шокирующих картин, Рузанна тихо-тихо, чтобы не скрипнула ни одна половица, двинулась вслед за неверным мужем.


Пережидая, пока постояльцы-интуристы определятся в номера и отправятся на боковую, Ромка и Яков сидели на участке Ласточкина в заснеженном окопчике незаконченной траншеи. Худосочный Ромка замерз и не выдержал, полез к Шульцу раньше времени.

Мостом для перехода с одного участка на другой стала старая дикая яблоня, исторически уходящая корнями в исконную землю запойного Василия Ласточкина. Захватчик Шульц со своим переносным забором уже подобрался к этому могучему дереву вплотную, но спилить его все не решался, ибо это было бы равносильно открытому объявлению войны. В результате раскидистые ветви яблони протянулись далеко в глубь собственной Бориной территории.

Ромка без труда забрался на лукоморскую яблоню, с удобством прошел по толстой горизонтальной ветви, но вынужден был залечь в развилке, потому что из дома во двор неожиданно вывалилась какая-то растрепанная девица. Судя по тому, что она несообразно месту и погоде вырядилась в деловой костюмчик, девица была не местная. Впрочем, на заморскую принцессу она тоже не тянула, так как имела самую заурядную российскую наружность: скуластое лицо с курносым носом, круглые карие глазки, средней густоты русые волосики и фигуру с параметрами, весьма далекими от модельных. Ромка решил, что эта барышня – экскурсовод или переводчица. Скорее все-таки переводчица, потому что экскурсоводов, в качестве которых в местном турбюро подрабатывали энергичные горластые тетки с высшим педагогическим образованием, Ромка навидался. Экскурсоводы – народ опытный, считай – туристы высшей спортивной категории, они знают толк в экипировке и не надевают в поездки кружевные блузки и легко мнущиеся шерстяные костюмчики.

Отчаянно зевая, дрожа и страстно обнимая себя за плечи, девица в помятом брючном костюме пробралась по сугробам к дощатому сортиру под яблоней. Там она весело пожурчала (Ромка благовоспитанно отвернулся и притворился глухим) и снова убралась в дом, громко стуча зубами и бессмысленно кутая озябшие руки в торчащие из рукавов кургузого пиджачка пышные кружевные манжеты.

Выждав еще минут десять, Ромка спелым яблоком свалился с ветки и двинулся к дому. Бестолковая краля в костюмчике, спасибо ей, не заперла заднюю дверь. Подобравшись к ней, Ромка камбалой распластался по стене и одним глазом заглянул в щелочку.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация