Книга Взлет и падение «красного Бонапарта». Трагическая судьба маршала Тухачевского, страница 33. Автор книги Елена Прудникова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Взлет и падение «красного Бонапарта». Трагическая судьба маршала Тухачевского»

Cтраница 33

Такой подход к событиям был, в общем-то, типичен для офицеров, не принявших советскую власть. Еще до окончания Гражданской войны чекисты раскрыли целый ряд контрреволюционных организаций, в том числе знаменитый «Тактический центр», а также «Петроградскую боевую организацию», по делу которой и был расстрелян Гумилев. Или, скажем, существовала некая «Добровольческая армия Московского района», насчитывавшая 700 (!) бывших офицеров. Это надо знать, чтобы понимать, почему ВЧК – ОГПУ чуть что, сразу бралось за бывших офицеров царской армии. У них были для этого все основания!

Тем более что вторая часть российского офицерского корпуса, с не менее активной жизненной позицией, оказалась по ту сторону границы.

По ту сторону кордона

После Гражданской войны огромное число россиян оказались рассеянными по всему миру. Многие из них были хорошими патриотами, непримиримыми врагами большевизма и не желали мириться с поражением. Другие любили деньги. Третьи были просто безумны. Их интересы сошлись воедино, когда они выбрали борьбу с большевиками. Нашлось и достаточное количество «меценатов», щедро финансировавших любые действия против Советской России.

Сразу после революции крупные деятели русской промышленности, оказавшиеся в эмиграции, создали в Париже так называемый «Торгово-промышленный центр» (сокращенно Торгпром). В 1922 году, когда стало ясно, что власть большевиков не намерена обрушиться в ближайшие дни, в Торгпроме появился секретный совет. Цель его была проста и откровенна – организация борьбы с советской властью. В его состав вошли такие акулы бизнеса, как Густав Нобель, бывший владелец нефтяных предприятий, миллионеры братья Гукасовы, С. Г. Лионозов, С. Н. Третьяков и др. Все они сумели спасти свои капиталы от революции, поэтому в средствах Торгпром недостатка не испытывал.

Одним из видов деятельности секретного совета стало прямое финансирование террора. Ну, а когда есть деньги и заказ, то найти исполнителей – это уже технический вопрос.

Первой из эмигрантских террористических организаций – по времени и по известности – можно считать «Народный союз защиты родины и свободы», созданный знаменитым эсеровским террористом Борисом Савинковым в 1921 году в Варшаве. В его рядах было немало бывших офицеров, воевавших как в белой армии, так и в разнообразных бандах.

Базируясь в Польше, «Союз» перебрасывал на советскую сторону небольшие боевые группы, в основном состоявшие из уцелевших членов банд Булак-Балаховича (редкие были отморозки – даже по тем временам) и остатков сил белорусских буржуазных националистов из организации «Зеленый дуб». Деятельность «Союза» довольно «близко к тексту» показана в одной из серий фильма «Государственная граница».

Когда весной 1921 года красноармейцам удалось разгромить несколько крупных отрядов, выяснилось, что их начальники были переброшены на советскую территорию «Народным союзом защиты родины и свободы». В мае ВЧК раскрыла в Гомеле областной комитет «Союза», имевший отделения в разных городах Белоруссии и России, арестовала несколько сот участников организации. Но до заграничных корней чекистам было не дотянуться.

Савинков, в свою очередь, решил превратить свой «Союз» во всероссийский антисоветский центр. Он заключил соглашения с эмигрантским петлюровским правительством, белорусскими националистами, казачьими антисоветскими группами. 13–16 июня 1921 года в Варшаве состоялся съезд «Народного союза», на котором присутствовал 31 человек, в том числе иностранцы: офицер французской военной миссии майор Пакелье, офицеры английской, американской военных миссий в Варшаве и офицер службы связи между министерством иностранных дел и военным министерством Польши Сологуб. В состав руководства «Союза» вошли братья Савинковы, а также деятель бывшего «Союза защиты родины и свободы» Диктоф-Деренталь, литератор профессор Философов, штабс-ротмистр лейб-гвардии Кирасирского полка Эльвенгрен, казачий полковник Гнилорыбов и др.

Савинковцы занимались не только террором. Почти все их агенты работали на польскую разведку. Сведения передавались в польский генштаб и французскую военную миссию, которые, в свою очередь, финансировали организацию. Внесли свой вклад и некоторые промышленники и капиталисты, которых склонил к спонсорству промышленник А. И. Путилов (не путать с Н. И. Путиловым, основателем одноименного завода, – тот давно умер).

На территории России и Белоруссии «Союз» создал целую сеть – областные комитеты, которые, в свою очередь, организовывали более мелкие подчиненные комитеты и ячейки, в том числе и в некоторых советских учреждениях и в частях РККА. Они должны были подготовить вооруженное выступление против советской власти. Однако организации не нашли социальной опоры на месте, и, кроме бандитских налетов, толком ничего савинковцам сделать не удалось. Весной 1921 года «Союз» пытался организовать покушения на Ленина, Чичерина и Раковского – не получилось. Затем его боевики были отправлены в Россию с заданием – по мере возможности проводить террористические акты в войсках. Несколько человек, каждый с двумя килограммами цианистого калия, купленного в варшавских аптеках и предназначенного для того, чтобы травить красноармейцев, были задержаны чекистами. В октябре 1921 года активистов «Союза», после многочисленных протестов советского правительства, выслали из Польши, и деятельность организации была парализована. Однако к его руководителю у советского правительства имелись старые счеты.

В 1922 году началась операция ОГПУ под названием «Синдикат», в ходе которой Савинкова заманили в СССР и арестовали. В 1924 году он был приговорен к 10 годам лишения свободы и спустя год покончил с собой в заключении. После его смерти организация распалась. Часть заграничных боевиков пополнила ряды РОВСа, часть занималась шпионажем, продавая свои услуги любому покупателю. Кому перешли по наследству агенты Савинкова внутри СССР, неизвестно.


…Как показал на допросе бывший штаб-ротмистр лейб-гвардии Кирасирского полка террорист Эльвенгрен, в 1922 году представитель Торгпрома Павел Тикстон предложил ему создать антисоветскую группу. Вскоре он и Савинков встретились с Нобелем. На этом свидании последний говорил: «Мы люди коммерческие, нас интересует только активная борьба с большевизмом, и мы видим ее сейчас только в том, чтобы уничтожить всех главных руководителей этого движения. Внутри России мы бессильны что-либо совершить, но здесь мы можем при желании это сделать. Сделайте хоть одно дело, наш кредит к вам сразу вырастет и для дальнейшего… Сейчас, в связи с Генуэзской конференцией, нужно торопиться. Мы ассигновали на это дело пока 70–80 тысяч франков – только непосредственно на террористическую деятельность. Нас не интересуют мелкие служащие. Нас интересуют такие имена, как Красин, Чичерин».

В 1923 году в Лозанне эмигрант Конради убил полпреда СССР в Италии Воровского. В 1927 году другой эмигрант, Коверда, застрелил в Варшаве полпреда Войкова. В том же году эмигрант Тройкович пытался убить временного поверенного в делах СССР в Польше Ульянова, а год спустя было совершено еще одно неудачное покушение на полпреда в Вильнюсе Богомолова. В мае 1928 года Войцеховский покушался на советского торгпреда в Варшаве Лизарева, в 30-е годы Ярохин – на советского полпреда в Японии Юренева. Логика покушений была простая: даже если представителей СССР не часто удавалось убить, то, по крайней мере, можно заставить их бояться. Тем более что власти тех стран, где проходили теракты, относились к террористам чрезвычайно мягко. Конради и Ярохина, например, вообще оправдали.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация