Книга Прокурор расследует убийство, страница 8. Автор книги Эрл Стенли Гарднер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Прокурор расследует убийство»

Cтраница 8

— Нет, Гарри, я так не думаю, я называю пастора этим именем потому, что не знаю, как назвать по-иному. Надо найти газету, из которой сделаны вырезки. На них нет никаких указаний?

Коронер отрицательно покачал головой.

Селби просмотрел и другие вырезки. Одна из них содержала список актеров и актрис кино с учетом рейтинга их популярности. На другой была таблица доходов кинозвезд за предыдущий год.

В одном из отделений портфеля находилась пачка машинописных листков. Совершенно очевидно, что текст печатался на машинке пастора. Работа была выполнена неумелой рукой, она пестрела вычеркнутыми словами и забивками.

Окружной прокурор увидел в верхней части первой страницы название труда: «Да не судимы будете». Далее следовала история, написанная вымученным стилем педанта. Селби решил прочитать повествование. Помимо воли он начал пропускать целые абзацы. Это была повесть о старом, раздражительном судье, который отказывается понимать современную молодежь и выносит суровый приговор малолетней нарушительнице закона. Он судит без сочувствия и снисхождения, девочка объявляется неисправимой и направляется в тюрьму. В ее поддержку выступают друзья, их ведет человек, общественное положение которого не совсем ясно. В повествовании он характеризовался как человек, любящий всех людей, все человечество.

Окружной прокурор поискал было в рукописи указание на то, что этот тип любит не только человечество, но и отдельных его представительниц, однако запутался в лабиринте бессмысленных фраз. Удалось лишь понять, что герой был в возрасте и его любовь не могла быть направлена на какую-то конкретную личность. Девушка принимается за изучение медицины во второй главе и еще до начала третьей главы становится знаменитым хирургом. В третьей главе внучку судьи, страдающую от опухоли мозга, доставляют к «величайшему в мире специалисту». Слезы судьи струятся по щекам, он умоляет хирурга сделать все возможное и вдруг узнает в целительнице ту девочку, которую он когда-то признал неисправимой.

Далее следовало несколько страниц психологических разъяснений, общий смысл которых сводился к тому, что девочка располагала неким избытком жизненных сил, животворной энергией, которую следовало направить на достижение, казалось бы, несбыточной цели. У ее спасителя достало проницательности направить девочку в школу и вдохновить на стремление к недостижимой Цели. Трудность задачи наставила ее на путь истинный.

— О чем это? — спросил коронер, как только окружной прокурор перевернул последнюю страницу.

— Доказательство старой аксиомы, — ухмыляясь, ответил Селби.

— Какой аксиомы?

— Такой, что на земле нет ни единой живой души, которая не пыталась бы сочинить киносценарий.

— Так это сценарий?

— Да, видимо, таково было намерение автора.

— Держу пари, он собирался в Голливуд, чтобы протолкнуть свое творение.

— Если таков был его план, — заметил Селби. — то он совершил необъяснимое отклонение от маршрута. Можно сказать, решил проникнуть в Голливуд через черный ход.

Больше в портфеле ничего не было. Окружной прокурор закрыл его, а коронер вновь заклеил и опечатал. Селби перешел к осмотру содержимого чемодана.

— На одежде нет никаких пометок из прачечной, — сказал коронер. — Даже на крахмальных воротничках. Не кажется ли это тебе немного странным?

Селби кивнул:

— Вполне вероятно, что с этими вещами он впервые отправился путешествовать, а в пути не успел прибегнуть к услугам прачечной. Дома же у него деловитая, трудолюбивая жена, которая стирает сама. Это, кстати, еще раз говорит за то, что он пастор.

Селби изучил маленькую картонную коробочку, в которой лежало несколько завернутых в бумагу пилюль.

— Это успокоительное? — спросил он.

— Да.

— И ни одна из пилюль не может явиться причиной смерти?

— Ни в коем случае, — ответил коронер. — Я встречал людей, которые принимали по четыре-пять штук за раз.

— Отчего же он умер в таком случае?

— Скорее всего, больное сердце. Двойная доза могла спровоцировать приступ.

— Попроси доктора Трумэна тщательно проверить эту версию. Я хочу совершенно точно установить причину смерти.

Коронер беспокойно заерзал и неуверенно произнес:

— Не будешь возражать, если я дам тебе крошечный совет, Дуглас?

— Давай, Гарри, выкладывай, — ответил Селби с улыбкой, — а я постараюсь им воспользоваться.

— Это твое первое расследование, — начал коронер. — Похоже, ты хочешь превратить его в дело об убийстве.

Я бы не стал на твоем месте ставить телегу впереди лошади. В графстве многие настроены против тебя, впрочем, как и многие — за. Те, кто — за, сумели провести тебя на должность. Те, кто — против, не могут смириться с тем, что ты ее занял. Если ты будешь трудиться, не привлекая к себе большого внимания, пару месяцев, люди быстро забудут о политической стороне дела. Те, кто ненавидел тебя, начнут улыбаться и пожимать руку при встрече на улице. Но если ты начнешь движение не с той ноги, последствия будут печальны. Твои враги до смерти обрадуются, а некоторые друзья отвернутся.

— Гарри, мне безразлично, как расследование выглядит со стороны, важно, что я сам им не удовлетворен. Есть множество моментов, которые совсем не устраивают меня.

— Можно изучать покойников под микроскопом и все равно остаться неудовлетворенным, — возразил коронер. — В реальной жизни очень часто не сходятся концы с концами. Я видел десятки смертей, не поддающихся объяснению. Всегда появляются факты, не укладывающиеся в общую схему. Поэтому приходится учиться принимать вещи такими, какие они есть. Этот человек зарегистрировался под чужим именем — ничего больше. Нет никаких поводов для волнения. Многие поступают таким образом.

Селби кивнул и изложил нормы поведения, которым он решил неукоснительно следовать, оставаясь окружным прокурором.

— Гарри, — сказал он, — факты должны сходиться. Этим они похожи на цифры. Когда мы соберем все факты, их сумма в графе «дебет» должна совпадать с суммой колонки «кредит». Факты, суммируясь, приводят к результату, который, в свою очередь, должен объяснять все факты. Если у нас что-то не вяжется, это означает лишь то, что нам не известны все факты и мы пытаемся подвести баланс, насилуя правила арифметики. Возьмем для примера письмо в машинке. Его печатал не тот человек, который писал сценарий. Письмо напечатано безукоризненно, текст расположен ровно, нет ни единой опечатки. Тот же, кто печатал сценарий, действовал одним пальцем, строчки неровные, буквы пропущены и переставлены местами. Очевидно, и сценарий, и письмо печатались на одной машинке, но разными лицами. Это иллюстрирует мою мысль о том, что факты должны быть объяснены, если мы пытаемся строить на них свои теории.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация