Книга Питерская Зона. Ментол, страница 67. Автор книги Николай Романецкий

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Питерская Зона. Ментол»

Cтраница 67

Профессор Максимов принял решение полковника с нескрываемым удовлетворением. Как всякий нормальный ученый, он был крайне заинтересован в серьезной проверке своей продукции.

Костюченкова так и подмывало поинтересоваться, почему созданные Максимовым существа носят названия древнегреческих богинь мести. Однако он сдержался. Скорее всего профессор намеревался с помощью этих творений мстить Зоне за гибель своей семьи во время Прорыва. Самому-то ему повезло – в те дни он находился на симпозиуме в Женеве. Или не повезло, поскольку он считал, что лучше бы разделил судьбу жены и троих детей… Как бы то ни было, а ненависть являлась с тех пор главной его движущей творческой силой. И не стоило проявлять по этому поводу излишнего любопытства. Главное, он горел на работе, а уж какова причина энтузиазма – по большому счету, не все ли равно?

Когда подготовка ко второму этапу операции была завершена, Куприянова, четырех «эриний» и Бустера с учеником отправили в пределы Периметра. На Бустера, правда, пришлось слегка нажать, но рычаги контроля над его поведением имелись.

В эти дни полковник напрочь забыл о собственной семье, все вечера посвящая просмотру видеозаписи от Куприянова. Изучать ее приходилось в ускоренном режиме, только иногда, на вызывающих особый интерес полковника моментах, переходя на обычную скорость. Но тут ничего не поделаешь: время собственной жизни не растянешь. Потребуется более внимательный просмотр – потом изучим…

Во всяком случае, он и так постоянно находился в курсе происходящего. И пусть не все было видно, но по записанным звукам вполне можно догадаться, что происходит. Правда, случалось, что во время ночевок Куприянов уходил прочь без шлема, но такие лакуны были невелики.

Надо сказать, что опасения полковника оказались верными – экспедиция практически еще и не началась, а двух «эриний» как языком слизнуло. О судьбе их можно было только догадываться, но то, что они остались в живых, вызывало большое сомнение. Ну да и ладно. Пока это было не очень важно.

Вернется Куприянов из Зоны, напишет для профессора Максимова подробный отчет, тогда и наступит время анализировать жизнестойкость этих существ и скорость адаптации к изменяющимся условиям.

Судя по поведению самого капитана, он к этим условиям адаптировался неплохо. Хотя давно в ходках не участвовал. Опыт не пропьешь…

Постепенно полковнику стало ясно, что Куприянов, похоже, и сам проверяет возможности не столько «эриний», сколько Бустерова ученика. Он неожиданно менял планы экспедиции, а однажды и вообще чуть не угробил обоих сталкеров.

Однако по поведению помолодевшего Ментола невозможно было сделать определенные выводы. В разговорах он участия не принимал, разве только коротко отвечал на вопросы, никаких чудесных усилий не демонстрировал, попадал в ловушки вместе со всеми остальными. И только крайне буйная фантазия могла бы привести к мысли, которую высказал доктор Джозеф Адамс.

Нет, не будем забывать о старой доброй бритве Оккама!

Сегодня, в четвертый день экспедиции, судя по данным со спутника, в одиннадцать часов капитан Куприянов находился на Восьмой линии. Что именно экспедиция там делала, было Костюченкову непонятно. Но наверняка то, что заранее запланировал Куприянов.

Полковник посмотрел на часы. Без четверти двенадцать. До Прорыва через пятнадцать минут с Нарышкина бастиона Петропавловки грохнула бы пушка, оповещая близлежащие районы о ежедневном пришествии полудня.

Полковник поморщился. Сколько уже времени прошло, а память периодически подбрасывает то, чего уже никогда не случится. Отец, помнится, дотянув уже до нового века, тоже говорил, что никак не может забыть события своей жизни, связанные с эпохой Советского Союза. Почему? Потому что бабы были моложе, а трава зеленее?

Странно все-таки устроен человек. Историю он сводит к фактам собственной биографии. Хотя, если быть до конца логичным, история это и есть мешанина из миллионов биографий. Правда, изрядно приправленная политическими взглядами того, кто ее описывает, и требованиями того, кто ее заказал…

На душе Костюченкова почему-то стало тревожно. Далась тебе, Марат, история. Нашел о чем думать! Ты и сам из тех, кто ее творит, и как она повернется, кое в какой степени зависит в том числе и от тебя. И в немалой, если обойтись без ложной скромности, степени…

Сквозь жалюзи на окне пробились лучи солнца, в них буйно заплясали многочисленные пылинки.

Ладно, ни к чему об истории думать, пусть ее потом яйцеголовые гуманитарии сочиняют. Им – анализировать, а наша задача – действовать.

Полковник взялся за очередной открытый на мониторе документ. Что у нас тут? Ага, план следующего этапа полевых испытаний по проекту «Эриния», разработанный Максимовым.

А не торопитесь ли вы, уважаемый профессор? Или действуете по принципу «Куй железо, пока горячо»? Дабы и дальше получать финансирование…

Нет уж! Надо сначала дождаться, чем закончится экспедиция Куприянова. Пока вроде бы жаловаться на ваших монстров нет причин. Да, трое из них погибли, но вины разработчика в том нет. Так сказать, сложились тяжелые условия эксплуатации…

Тревога не уходила. И полковник даже не удивился, когда в двенадцать ноль одну ему сообщили, что радиометка куприяновского маячка отсутствует. И короткоимпульсный сигнал с видеокамеры на спутник не поступил.

Костюченков пытался объяснить обнаруженный «Оком» факт привычными аргументами. Опять их черти в подвал понесли. Мало ли по какой причине?

Очередная возможная атака порождений, от которых на поверхности попросту не отбиться. Вот и укрылись. Пережидают. К тому же во второй день сигнал вот так же исчезал. Чуть ли не на семь часов, а потом обнаружился – в той же точке, где пропал.

Как говорят сталкеры – Зона есть Зона. А вчера вот маячок почти весь день торчал в одном месте, на Среднем проспекте, никуда не двигаясь. Будто его носитель остался бездвижным на веки вечные…

А потом оказалось, что экспедиция всего лишь угодила под «египетскую тьму». Так следовало из разговоров, которыми обменивались потом участники. И вот тут как раз возникает вопрос к вам, профессор Максимов. Почему ваши монстры ее не почуяли? «Слоновью пяту» на второй день они срисовали ведь без особых проблем и благополучно избежали расставленного Зоной капкана.

Ладно, когда парни выйдут из подвала, на очередной пролетающий спутник все-таки тут же придет сигнал с видеокамеры, и вечером можно будет просмотреть, что они делали в подвале.

Однако интуиция вопила полковнику, что никакие подвалы тут ни при чем, что все гораздо хуже. Сигнал не пришел по совершенно элементарной причине: микропередатчик уничтожен. А это может означать, что Куприянов попросту погиб. Есть, конечно, вероятность, что капитан жив, а уничтоженным оказался только шлем, хотя не очень понятно, как такое могло произойти…

Да, можно продолжать ждать. И вообще ничего не дождаться, если вместе с Куприяновым погибли и все остальные. А можно предположить, что погиб только капитан. И за время ожидания может случиться всякое. В том числе и совершенно незапланированное. И такой исход тоже требуется предусмотреть. За впустую потраченные часы может много воды утечь. Главное, чтобы она не утекла между пальцами.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация