Книга Званый ужин в английском стиле, страница 34. Автор книги Валерия Вербинина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Званый ужин в английском стиле»

Cтраница 34

— На что вы намекаете? — сердито вскинулся Павел Петрович, но тут весьма кстати снова вошла Глаша и сообщила, что госпожа баронесса ждет к себе для разговора Константина Сергеевича.

— О боже! — нарочито тяжело вздохнул адвокат. — Дамы и господа, если меня приговорят к смертной казни, прошу вас не поминать меня лихом!

И Городецкий удалился — сияющий, спокойный, уверенный в себе как никогда.

— Меня разоблачат сразу или дадут мне время покаяться? — были первые слова Константина Сергеевича, когда он вошел в комнату для допросов.

Оловянные солдатики сурово косились на него из шкафа, но их взоры были ничто по сравнению со взглядом Амалии, которым она смерила Городецкого.

— Стало быть, это вы убили Беренделли? — холодно осведомилась баронесса.

— Боюсь, я никак не мог сего сделать, — промолвил адвокат, причем тон его вдруг изменился — стал каким-то неуверенным, извиняющимся. — Когда произошло убийство, я слушал чудесное пение барышни в гостиной. Так что, к сожалению, ничем не могу вам помочь.

— Нет, почему же, можете, — возразила Амалия. — Для начала скажите, зачем вы отправились к Беренделли?

— Дело в том, что мы ведем сейчас сложный процесс, — пустился в объяснения Константин Сергеевич, поглядывая на Билли, который ничем не обнаруживал свое присутствие и задумчиво смотрел в окно. — Вот я и хотел узнать, как он закончится.

— И что вам сказал хиромант?

Адвокат улыбнулся.

— Его ответ, скажем так, меня не устроил, но я не стал его из-за этого убивать.

— Ладно, поговорим о другом, — спокойно сказала Амалия. — Ваш брат — бывший сослуживец Павла Петровича?

— Именно так.

— И поэтому вы с ним оказались на вечере, верно?

— Вы очень умны, госпожа баронесса. — Теперь в тоне адвоката сквозил неприкрытый сарказм.

— Эмили, можно я выкину его в окно? — внезапно спросил баронессу Билли по-английски. — Очень хочется.

— Нельзя, мы еще только начали разговор, — ответила Амалия на том же языке, не переставая любезно улыбаться адвокату.

— Тогда после того, как ты закончишь с ним беседовать, — жалобно уточнил Билли. — А?

— Я же говорю, нельзя, — терпеливо повторила Амалия и перешла на русский. — Что за процесс вы ведете, Константин Сергеевич?

— Разве он имеет какое-то отношение к данному делу? — Адвокат был слишком хорошим юристом, чтобы отвечать прямо на любой поставленный вопрос.

— Зависит от ваших слов. Так что за процесс?

Константин Сергеевич пожал плечами.

— Мы защищаем интересы одного чиновника, чья жена была застрахована в страховом обществе «Надежда» на крупную сумму. Недавно она погибла, а страховое общество не горит желанием платить.

— Любопытно, — сказала Амалия, поглядывая в свою записную книжку, где было написано: «Конст. Серг. Долгий разговор. G?nie. [28] Повторял несколько раз». — Анна Владимировна упоминала недавно, что ваш брат, уйдя со службы, устроился служить в страховое общество. Не в то самое, случаем?

Константин Сергеевич откинулся на спинку стула.

— Даже если и так, что из того? Да, Вольдемар служил в «Надежде», но ему там не понравилось. Поэтому он ушел оттуда и стал работать со мной. И если вы спросите, использую ли я его знания о страховых обществах, когда выступаю против них в суде, то я отвечу — да, конечно. Дело прежде всего.

— Наши страховые общества не любят доводить дело до суда, — заметила Амалия, пристально глядя на собеседника. — Еще неизвестно, как все на суде обернется, а хорошая репутация бесценна. Почему они не хотят выплатить чиновнику то, что ему причитается?

— Потому, что деньги очень большие, — ответил Константин Сергеевич.

— Насколько большие?

Константин Сергеевич вздохнул.

— Речь идет ни много ни мало о пятидесяти тысячах рублей.

— Ничего себе!

— Вынужден согласиться с вами, — улыбнулся адвокат. — Сейчас представители страхового общества пытаются доказать, что муж сам толкнул свою жену под карету, чтобы получить страховку. Одним словом, не зря мой брат не пожелал иметь с ними дела. Совершенно бесчестные люди, для них главное — получить деньги, а выполнять свои обещания они отнюдь не собираются.

— А ваш чиновник действительно толкнул свою жену под карету? — внезапно спросила Амалия.

— Сударыня, — криво усмехнулся адвокат, — вы собираетесь и это дело расследовать? Нет, конечно. Произошел несчастный случай, а в договоре оговорено, что за несчастный случай полагается двойная сумма компенсации. Но страховщики придумывают разные отговорки.

— Однако процесс вы, тем не менее, проиграете, — четко произнесла Амалия, пристально глядя на Городецкого. — По крайней мере, так вам сказал Беренделли. Хоть и добавил, что вы гений.

Константин Сергеевич обеспокоенно шевельнулся.

— Хиромант мне много чего наговорил, — проворчал он. — Например, что я женюсь на брюнетке, хотя мне больше по душе блондинки. И всякое другое в таком же духе. Но я не склонен придавать значение всему, что мне говорят.

— Представьте, я тоже, — очень вежливо заметила Амалия.

— Послушайте, — уже сердито сказал Константин Сергеевич, — я понимаю, к чему вы клоните. Вы ищете того, кого Беренделли открытым текстом назвал убийцей. Убийцей, как он выразился, безжалостным и хладнокровным.

Билли в тот момент чихнул, и адвокат подскочил на месте. Затем довольно раздражительным тоном продолжил свою речь:

— Я человек публичный, госпожа баронесса. Обо мне все известно. И о моем брате все известно. Ни один из нас никогда даже не дрался на дуэли, не говоря уже о том, чтобы убить человека. Расспросите обо мне кого угодно — Павла Петровича, его жену, Ивана Андреевича, и они вам все обо мне расскажут. У меня не было причин убивать хироманта, как не было причин подсыпать ему мышьяк. Да я и не мог сделать этого, поймите, никак не мог!

— А кто мог? — спросила Амалия. — Вы не первый, с кем я говорю, Константин Сергеевич. Все мои сегодняшние собеседники — неглупые, образованные и вроде бы не имеющие склонности к убийству люди. Кто же тогда, по-вашему, мог зарезать несчастного итальянца?

— Вы полагаете, я сам не думал о том же? — возразил адвокат. — Видит бог, я по природе не обвинитель, потому и выбрал такую профессию — защищать обиженных и угнетенных. Но кто упал в обморок при виде трупа? Кто выходил из гостиной как раз тогда, когда убили хироманта?

— Вы разумеете Дмитрия Павловича? — осведомилась Амалия. — Но Беренделли не гадал ему.

— В то время, когда всем гадал, нет, — подтвердил Константин Сергеевич. — Но смотрел его ладонь, когда вечер только начинался. Кто знает, какие тайны Беренделли мог на ней прочесть? Может быть, славный на вид молодой человек на самом деле анархист и тайный убийца. Откуда нам знать? Во всяком случае, он живет в этом доме, ему отлично известно расположение комнат, и ему ничего не стоило выбрать момент, дойти до малой гостиной, взять кинжал и убить человека, который имел несчастье узнать его тайну. Простите, госпожа баронесса, но больше мне никто не приходит на ум. Я от души надеюсь, что не прав и что вам удастся установить истину, несмотря ни на что.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация