Книга Агнесса Сорель - повелительница красоты, страница 8. Автор книги Принцесса Кентская

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Агнесса Сорель - повелительница красоты»

Cтраница 8

– О, поверьте, милорд, я очень хорошо понимаю, какую честь оказала мне своим выбором сиятельная королева четырех королевств. Я старалась впитывать все, о чем она говорила, особенно то, что касалось тонкостей искусства быть придворной дамой короля Рене в Лотарингии. А главное – она научила меня правильно понимать мои обязанности по отношению к королю и стране.

Глядя на красоту Агнессы Сорель, Жан Дюнуа не может не думать, что именно имела в виду королева Иоланда. Он хорошо знает, как работал ее изощренный ум: она никогда ничего не делала и не говорила без причины. Разве не она научила его маневрировать и выживать в том змеином гнезде, который представлял собой королевский двор во Франции? Он смотрит на эту удивительно прекрасную юную девушку – такую невинную и скромную и представляет себе, какие опасности поджидают ее там, при дворе. Он уверен только в одном: нужно внимательно приглядывать за ней, когда она уедет из Лотарингии с королем, и постараться защитить ее от тех, кто захочет воспользоваться ее чистотой и невинностью – а таких будет немало, уж он-то знает… Королева Иоланда явно имела на нее какие-то особенные планы – и в этом он тоже уверен.

– Да, моя дорогая Агнесса, важность служения королю и стране – это главное, чему она учила всех нас, своих детей и племянников. Я имел честь оказаться среди них – и никогда не забуду то, что повторялось как молитва: «Главная твоя обязанность – служить королю и стране!» – Как вы, должно быть, знаете, король Рене один из моих самых близких и дорогих друзей – мы познакомились, когда ему было три года, и с тех пор связаны прочными узами дружбы на всю жизнь. Именно поэтому, я уверен, мы с вами будем встречаться часто, и я с нетерпением этого жду.

С этими лестными словами граф Жан де Дюнуа вежливо и доброжелательно улыбается и, поклонившись, уходит.

Агнесса знает, что всегда нравилась королю Рене. Он говорил другим при дворе, что она честная, скромная и обладает естественной красотой. Когда ей повторили его слова, Агнесса начала смущенно смеяться – она знала, что он любит насмешки, но потом королева Изабелла объяснила ей, что не надо ни слишком гордиться, ни стыдиться того, что дал тебе Господь:

– Агнесса, моя дорогая, не надо стыдиться своей привлекательности, как не надо и возноситься ею. Просто прими этот Божий дар и дари радость другим людям так же щедро, как Бог одарил тебя. Твое лицо – совершенный овал, кожа у тебя белая, как мрамор, а в глазах у тебя всегда такое выражение, как будто ты вот-вот засмеешься, и поэтому рядом с тобой очень приятно находиться. – Видя смущение девушки, она добавила: – Милое дитя, поверь мне, я не льщу тебе – очень важно знать не только свои недостатки, но и свои достоинства. Ты должна использовать свою красоту на благо Господу, королю и стране – именно этому, я уверена, тебя учила королева Иоланда.

Это была правда – королева Иоланда именно этому учила Агнессу, и Агнесса это помнила.

Король Рене добавляет:

– Да, и мне нужно нарисовать тебя, как я рисовал всех своих придворных в Неаполе. Рисование было там одним из моих самых любимых занятий. Труднее всего было рисовать детей, играющих с нашим ручным гепардом – Витессой. Какой она всегда была терпеливой! И откуда Жак Кер мог знать, что у нее такой нежный характер? Хотя он ведь знает все, так ведь? – и Рене слегка усмехается. – Моя мать сделала очень правильный выбор, оставив тебя в качестве своей последней компаньонки. Ты всегда выделялась среди наших девушек: ты лучше всех читала, лучше всех пела за игрой на арфе… да, ты лучше всех училась и всегда была самой очаровательной среди молодых придворных дам. Я говорю это не для того, чтобы польстить тебе, моя дорогая. Ты знаешь – подобное не в моих привычках. Я говорю чистую правду. И я уверен, что моя мать научила тебя всему, чему только можно было научить и что может пригодиться тебе в будущем; ее опыт и знания, которые она передала тебе, обязательно помогут тебе – и при дворе, и просто в общении с людьми. Скажи же мне: была ли ты расстроена, что не можешь вернуться в Нанси вместе со своими подругами?

– Нет, милорд, честное слово – не была. Я бы с радостью и гордостью исполнила любое пожелание Изабеллы. Когда я взглянула на вашу августейшую матушку, чтобы увидеть ее реакцию, она протянула мне руку и сказала своим волшебным голосом: «Вы останетесь со мной, правда ведь, Агнесса, моя дорогая? Мне будет очень приятно гулять с вами в моих садах рука об руку и слушать ваши рассказы о том, как жил мой сын в Неаполе. Как бы я мечтала навестить его там – но теперь уже слишком поздно. Вы должны будете заполнить все то пустоты, которые есть между строчек писем, полученных мною, и описать каждую, даже самую маленькую деталь вашей повседневной жизни. Иногда, когда погода позволит, мы с вами будем неторопливо ездить верхом по лугам, а вечерами вы будете читать мне, или петь, или играть на арфе. Вы ведь сможете делать все это ради старой леди?» – спросила она меня, непритязательную девицу, демуазель, глядя на меня своими необыкновенными синими глазами и держа меня за руку.

Сир, она была просто неотразима. Она меня – меня, простую девушку из Турени, родом из совсем не знатной семьи, без будущего! – спрашивала, готова ли я принять ее предложение, которое было бы честью для любого! Поверьте, я была глубоко тронута и благодарна ей за этот выбор и поклялась самой себе, что сделаю все возможное, чтобы каждая минута в моем обществе доставляла ей удовольствие.

На следующий день миледи Изабелла уехала в Лотарингию со своей свитой, а я осталась в обществе вашей потрясающей августейшей матери.

– Когда ты будешь готова – я бы хотел, чтобы ты рассказала мне обо всех ваших беседах, я хочу знать, о чем она думала, что ее беспокоило, хочу знать все-все, что волновало ее в ее последний год и чему она учила тебя, дорогая Агнесса, я уверен, что ты понимаешь.

Агнесса кивает головой. Как же он страдает!

– Сир, я вполне готова рассказать вам об этом уже сейчас. Ваша благородная матушка объяснила мне мою роль. Она говорила мне, что, будучи одной из фрейлин королевы Изабеллы, я должна научиться помогать ей, как бы глядя на двор и придворных со стороны и наблюдая за их действиями и взаимоотношениями. «Я заметила, что ты обладаешь острым умом и твои наблюдения действительно могут стать необыкновенно полезными для моего сына и невестки, – сказала она. И потом повторяла довольно часто: – Самое важное в жизни – долг. Долг не только перед твоими непосредственными хозяевами в Лотарингии, но и перед королем Франции и своей страной». Каждый вечер, приходя в свою комнату, я записывала то, что она мне говорила, так что я очень хорошо помню все ее мудрые речи. – Рене вздыхает и ждет продолжения. – Как-то она сказала: «Ты должна научиться понимать амбиции, которые движут придворными, мужчинами и женщинами. Амбиции, – говорила она, – это путь к превосходству, но они допустимы только в том случае, если в их основе лежит благородная цель, а не чье-то личное возвышение». Я никогда не забуду этого ее урока, сир. По тому, как она это сказала, я поняла, что для меня очень важно понять смысл этого ее высказывания и запомнить его. В тот вечер я записала это слово в слово – и никогда не забуду.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация