Книга В стране мехов, страница 81. Автор книги Жюль Верн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «В стране мехов»

Cтраница 81

Марбр, убедившись прежде других в правильности своих догадок, поделился ими с плотником Мак-Напом и кузнецом Рэем. Спокойно обсудив создавшееся положение, все трое сошлись на том, что им следует предупредить не только товарищей, но и своих жен. Однако они решили скрыть от лейтенанта, что им все известно, и, как прежде, беспрекословно ему подчиняться.

— Вы мужественные люди, друзья мои, — сказала, выслушав Марбра, миссис Барнет, глубоко растроганная деликатностью этих людей, — вы честные и храбрые солдаты!

— И наш лейтенант, — ответил Мак-Нап, — может на нас положиться. Он выполнил свой долг, мы выполним наш.

— Да, дорогие друзья, — сказал Джаспер Гобсон, — бог не оставит нас, и мы поможем ему нас спасти!

Затем лейтенант подробно рассказал обо всем, что произошло с тех пор, как во время землетрясения перешеек раскололся и часть материка, расположенная у мыса Батерст, превратилась в остров. Весной море освободилось ото льда, и вновь образовавшийся остров был унесен неизвестным течением за двести миль от континента; затем шторм опять пригнал его к берегу, и он был уже близок к земле, но ночью 31 августа ураган снова отбросил его; лейтенант Гобсон закончил свой рассказ тем, как бесстрашная Калюмах, рискуя жизнью, пыталась спасти своих друзей-европейцев. Он описал изменения, которые произошли на острове, постепенно разрушавшемся в более теплых водах океана, и поведал о тревогах, испытанных им в связи с тем, что остров мог быть либо отброшен в Тихий океан, либо увлечен Камчатским течением, и, наконец, сообщил своим товарищам, что 27 сентября блуждающий остров остановился.

Принесли карту полярных морей, и Джаспер Гобсон указал местонахождение острова, который отстоял более чем на шестьсот миль от всякой земли.

Закончив свое сообщение, лейтенант Гобсон заявил, что положение чрезвычайно опасно, ибо во время весеннего движения льдов остров будет неминуемо раздавлен, и поэтому необходимо, не дожидаясь будущего лета, когда можно было бы воспользоваться ботом, еще зимой попытаться достичь американского континента, пройдя пешком через ледяное поле.

— Нам надо пройти шестьсот миль в холоде и темноте. Это будет тяжело, друзья мои, но вам, как и мне, понятно, что оставаться здесь дольше нельзя.

— Как только вы дадите нам знак к отъезду, лейтенант, — ответил Мак-Нап, — мы последуем за вами!

Итак, все было решено, и с этого дня начались спешные приготовления к опасному путешествию. Люди мужественно отнеслись к предстоящему им труднейшему переходу в шестьсот миль. Сержант Лонг руководил работами, между тем как Джаспер Гобсон, оба охотника и миссис Барнет изо дня в день обследовали состояние ледяного поля. По большей части их сопровождала Калюмах, опыт которой мог оказаться очень полезным. Нельзя было терять ни минуты, и отъезд, если не возникнет каких-нибудь неожиданных препятствий, должен был состояться 20 ноября.

Тем временем поднялся ветер; температура, как и предвидел Джаспер Гобсон, немного понизилась: термометр Фаренгейта показывал двадцать четыре градуса (-4,4°C). Дождь, шедший в последние дни, сменился снегом, превращавшимся на земле в лед. Если бы холод продержался еще несколько дней, передвижение на санях стало бы возможным. Расселина перед мысом Майкл была заполнена частью льдом, частью снегом; однако не следовало забывать, что ее более спокойные воды должны были замерзнуть быстрее. И действительно, поверхность океана была в менее удовлетворительном состоянии. Это объяснялось тем, что почти беспрерывно дул довольно резкий ветер и зыбь мешала нормальному образованию и скреплению льда. Во многих местах льдины отделялись друг от друга большими разводьями, и всякая попытка пройти по ледяному полю была обречена на неудачу.

— Погода безусловно идет на похолодание, — сказала как-то миссис Барнет лейтенанту Гобсону. (Это происходило 15 ноября, во время предпринятого ими обследования острова, вплоть до его южной части). — Температура заметно понизилась, и все эти трещины скоро замерзнут.

— Я тоже так думаю, сударыня, — ответил Джаспер Гобсон, — но, к сожалению, самый характер ледяного покрова мешает нашим планам. Льдины по размеру невелики, и края их образуют утолщения, которыми испещрена вся поверхность поля; поэтому если наши сани и будут скользить по этому ухабистому льду, то лишь с чрезвычайным трудом.

— Однако, — заметила миссис Барнет, — если не ошибаюсь, достаточно двух-трех дней или даже нескольких часов, чтобы густой снег выровнял всю эту поверхность.

— Совершенно верно, сударыня, но если идет снег, значит температура поднялась, а если это потепление удержится, ледяное поле еще больше разойдется. Словом, это палка о двух концах, и оба бьют по нас!

— Согласитесь, мистер Гобсон, — сказала миссис Барнет, — если здесь, где мы сейчас находимся, в самом сердце Ледовитого океана, вместо суровой полярной зимы мы столкнемся с умеренной, — это будет пример исключительного невезения.

— Бывает, сударыня, бывает! Кроме того, я вам напомню, насколько сурова была зима, проведенная нами на американском континенте. Между тем не раз наблюдалось: две зимы подряд, одинаковые по своим холодам и продолжительности, — большая редкость, и это прекрасно знают китобои северных морей. Безусловно, сударыня, нас преследует особенная неудача! Холодная зима — когда нас удовлетворила бы умеренная, и умеренная — когда нам необходима суровая! Да, в самом деле, до сих пор нам что-то не везло. А когда я подумаю, что эти шестьсот миль надо пройти с женщинами, с ребенком!..

И Джаспер Гобсон указал на юг, где перед их глазами расстилалось беспредельное пространство, необъятная белая даль, похожая на кружевное покрывало причудливого рисунка. Печальное зрелище являло это не совсем еще замерзшее море, поверхность которого издавала зловещий треск. Мутная луна, окутанная влажным туманом, поднимаясь лишь на несколько градусов над горизонтом, бросала на окружающий пейзаж свой бледный свет. Полумрак в соединении с некоторыми явлениями преломления лучей увеличивал размеры Предметов. Несколько айсбергов средней высоты, приняв колоссальные размеры, производили впечатление апокалиптических чудовищ. Над ними, громко хлопая крыльями, проносились птицы, и благодаря этому оптическому обману самая маленькая из них казалась крупнее кондора или бородатого ягнятника. Кое-где меж ледяных гор как будто разверзались огромные черные туннели, в которые не решился бы углубиться даже самый отважный человек. Но вот на море внезапно возникало какое-то движение — это опрокидывались в поисках равновесия ледяные горы, подтаявшие у самого основания, и в воздухе раздавался оглушительный грохот, повторяемый гулким эхом льдов. Картина менялась на глазах, словно декорация феерии. С каким ужасным чувством должны были наблюдать все это несчастные зимовщики, которым предстояло пуститься в путь по ледяным полям!

Несмотря на все свое мужество и стойкость духа, путешественница чувствовала, как ее охватывает невольный ужас. Он леденил ей душу и тело. Ей хотелось закрыть глаза и уши, не видеть и не слышать. Когда луна заволакивалась на мгновенье более густым туманом и вид этого северного пейзажа становился еще более зловещим, миссис Барнет представляла себе караван мужчин и женщин, движущийся по этой пустыне в бурю, в снег, среди падающих льдин, в полном мраке полярной ночи!..

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация