Книга На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (сборник), страница 12. Автор книги Пэлем Грэнвил Вудхауз

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (сборник)»

Cтраница 12

– Он сказал, что в коллекции мистера Траверса есть экспонаты, за которые он готов продать душу дьяволу. Особенно ему нравится сливочник восемнадцатого века в виде коровы. Так что внимательно следите за дворецким. Уж я-то точно с него глаз не спущу. Что ж, – сказала Артроузиха и поднялась из-за стола. – Пора возвращаться в рудники. Всегда стараюсь набросать новую главу до конца рабочего дня.

Она резвым аллюром унеслась в сторону дома, и за столом воцарилась тишина.

– Ну и ну, – наконец выдохнула Бобби, и я согласился, что ничего другого в данной ситуации не скажешь.

– Нужно срочно отослать Глоссопа, – сказал я.

– Но каким образом? Решать тете, а она уехала.

– Тогда я сам отсюда смотаюсь. В здешнем оркестре чересчур громко звучит тема гибельного рока. Бринкли-Корт, некогда мирный загородный дом, превратился в мрачную обитель из новелл Эдгара Аллана По – просто мурашки по коже. Так что я уезжаю.

– Ты не имеешь права сбежать до возвращения тети. Должен же кто-то остаться за хозяина или за хозяйку, а мне просто необходимо уехать завтра домой, надо поговорить с мамой. Тебе остается только стиснуть зубы и терпеть.

– А на сильнейший нервный стресс, который я при этом испытаю, тебе, разумеется, наплевать?

– Абсолютно. Только пойдет тебе на пользу. Раскрывает поры.

Я бы наверняка сказал ей в ответ что-нибудь убийственное, если бы нашелся, что сказать, но, поскольку ничего в голову не пришло, я ничего и не сказал.

– А где остановилась тетя Далия? – спросил я.

– Отель «Ройял», Истбурн. А что?

– А то, – сказал я и взял еще один сандвич с огурцом, – что завтра же непременно позвоню ей с утра и расскажу, что творится в этом бедламе.

Глава 6

Не помню уж, с чего тогда зашел разговор, но Дживс однажды заметил, что «сон животворящий распутает клубок дневных забот». «Бальзам больной души» – так он тогда выразился. В том смысле, если я правильно понял, что, когда дела идут из рук вон, жизнь может снова показаться сносной после восьмичасовой отключки.

По-моему, все это чепуха на постном масле. Мне сон редко помогает, не помог и на этот раз. Я отправился на покой с самыми мрачными предчувствиями, но когда я, выражаясь высоким стилем, открыл глаза навстречу новому дню, то ситуация, сложившаяся в Бринкли-Корте, показалась мне еще более безнадежной. Кто знает, спрашивал я себя за завтраком, отставив в сторону почти не тронутое яйцо всмятку, что сумела раскопать мамаша Артроуз? И кто может поручиться, что в самом скором времени Уилберт не почувствует, что сыт по горло моей назойливостью, и просто не накостыляет мне по шее? Уже сейчас весь его вид выдает человека, которого тошнит от общества Бертрама Вустера и который, в случае если последний снова вздумает мозолить ему глаза, вынужден будет принять решительные и адекватные меры.

Погруженный в столь невеселые мысли, я во время обеда ел без всякого аппетита, хотя Анатоль в который раз превзошел самого себя. Я вздрагивал всякий раз, как Артроузиха бросала подозрительный взгляд на папашу Глоссопа, суетившегося у буфетной стойки, а уж от долгих влюбленных взглядов, которыми ее сын Уилберт одарял Филлис, у меня просто мороз пробегал по коже. После обеда он скорее всего пригласит барышню прогуляться с ним на Тенистую поляну, и напрасно надеяться, что он не испытает раздражения или даже глубокой обиды, когда я снова составлю им компанию.

К счастью, когда мы поднялись из-за стола, Филлис сказала, что пойдет к себе печатать речь для папочки, и я ненадолго успокоился – во всяком случае, по этому поводу. Даже нью-йоркский плейбой, привыкший с пеленок гоняться за блондинками, вряд ли решится последовать за ней и строить куры в ее комнате.

Видимо, осознав, что ничего конструктивного в этом направлении ему сейчас предпринять не удастся, он задумчиво объявил, что пойдет прогуляться с Крошкой. Это, как я понял, был его излюбленный способ смягчать горечь разочарования, и весьма удачный, должен заметить, с точки зрения пса, которому необходимы движение и смена впечатлений. Они тотчас же отправились в путь и вскоре скрылись из глаз: пес – резвясь и играя, он – правда, не резвясь, но то и дело нервно рассекая тростью воздух с видом сильного возбуждения; а я, решив, что это будет самым уместным при данных обстоятельствах, выбрал в библиотеке тетушки Далии один из романов мамаши Артроуз и устроился в шезлонге на лужайке. И, несомненно, получил бы от чтения массу удовольствия, ибо миссис Артроуз прекрасно владеет пером, если бы меня не разморило от жары и я не погрузился в сладкий послеобеденный сон на середине второй главы.

Когда я проснулся и проверил, не распутался ли за это время клубок дневных забот – а он, увы, не распутался, – меня позвали к телефону. Я поспешил к аппарату и услышал на другом конце провода громовые раскаты голоса тетушки Далии:

– Берти?

– Он самый.

– Какого дьявола ты так долго тащишься к телефону? Уже целый час я прижимаю к уху эту чертову трубку.

– Извините, я летел как ветер, просто я был в саду, когда вы позвонили.

– Небось дрых после обеда?

– Не исключено, что на минутку прикрыл глаза.

– У тебя по-прежнему одно обжорство на уме.

– Я всегда полагал, что в это время суток принято подкреплять себя некоторым количеством пищи, – сухо сказал я. – Как Бонзо?

– Лучше.

– А что с ним?

– Корь, но сейчас он уже вне опасности. Слушай, что у вас там стряслось? Почему ты просил меня позвонить? Захотелось услышать голос любимой тетушки?

– Я всегда рад слышать голос любимой тетушки, но на этот раз у меня более серьезные и веские причины. Думаю, вы должны знать о тайных силах, угрожающих вашему дому.

– Что еще за тайные силы?

– Во-первых, мамаша Артроуз. Развернула бурную деятельность. Она подозревает.

– Что подозревает?

– Папашу Глоссопа. Говорит, ей не нравится его лицо.

– На себя бы посмотрела!

– Она думает, он не настоящий дворецкий.

Тут у меня чуть не лопнула барабанная перепонка, и я заключил, что тетушка весело рассмеялась в ответ.

– Ну и пусть думает.

– Вас это не тревожит?

– Нисколько. А что она может сделать? Все равно Глоссоп через неделю уедет. Он сказал, что за неделю составит мнение относительно Уилберта. Так что Адела Артроуз меня совершенно не тревожит.

– Ну ладно, вам виднее, но мне кажется, она может что-нибудь выкинуть.

– Не выкинет. Что еще?

– Проблема «Уилберт Артроуз – Филлис Миллс».

– А, это другое дело. Это действительно важно. Бобби тебе сказала, что ты должен прилепиться к нему, как…

– Верная жена? «И прилепится жена к мужу своему…»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация