Книга На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (сборник), страница 40. Автор книги Пэлем Грэнвил Вудхауз

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (сборник)»

Cтраница 40

– Дживс? – удивилась тетушка. – Я звонила, чтобы позвать…

– У сэра Родерика сегодня выходной, мадам.

– В таком случае, Дживс, может быть, вы соберете вещи мистера Апджона? Он нас покидает.

– Хорошо, мадам.

– А ты, Берти, отвезешь его в Маркет-Снодсбери.

– Ладно, – сказал я, и хотя мне это поручение было не слишком-то по душе, мне еще меньше хотелось перечить взрывоопасной родственнице в ее нынешнем состоянии духа.

Девиз Вустеров – безопасность прежде всего.

Глава 19

От Бринкли-Корта до Маркет-Снодсбери рукой подать, поэтому, высадив Апджона у дверей «Безрогого быка», я покатил обратно к дому. Не скажу, чтобы мы расстались друзьями, но в общении с Апджоном есть одно преимущество – распрощавшись, уже не переживаешь, как он и что с ним, и если бы у меня не болела душа за Селедку, положение которого рисовалось мне все более и более безнадежным, я был бы вполне доволен жизнью.

Мне плохо верилось, что Селедке удастся без потерь выйти из сложной ситуации, в которую он угодил, точно кур в ощип. Во время нашей короткой поездки мы с Апджоном не обмолвились ни словом, но краем глаза я успел заметить, что вид у него самый суровый и решительный и что запас человеколюбия в его душе израсходован на несколько лет вперед. Я не видел никакой возможности заставить его изменить решение.

Я поставил машину в гараж и прошел в кабинет тети Далии убедиться, что она остыла после жаркой баталии и не представляет опасности в пожарном отношении – меня все еще беспокоило ее давление. Я не мог допустить, чтобы любимая тетушка сгорела, как стог сена в сухую погоду.

В кабинете ее не оказалось – как я узнал позже, она удалилась в свою комнату, чтобы натереть виски одеколоном и проделать дыхательную гимнастику йогов, зато я обнаружил там Бобби, и не одну, а в обществе Дживса. Я видел, как Дживс передал ей какой-то большой конверт, на что она сказала: «Я вам так благодарна, Дживс, вы спасли человека от гибели», – на что он ответил: «Не стоит благодарности, мисс». Я, честно говоря, не понял, в чем дело, да и некогда было разбираться.

– А где Селедка? – спросил я и с удивлением заметил, что Бобби приплясывает по комнате, издавая время от времени ликующие крики, напоминающие вопли ночных животных в джунглях.

– Где Реджи? – переспросила она, на секунду прервав свой дикарский танец. – Он пошел прогуляться.

– А он знает, что Апджону известно, кто написал статью?

– Да, твоя тетя ему все рассказала.

– По-моему, нам нужно собраться и обсудить план действий.

– Ты насчет этого иска о клевете? Апджон нам больше не страшен. Он лишился речи.

Я ничего не мог понять. Похоже, барышня задумала поиграть со мной в шарады. Я решил обратиться к более надежному источнику:

– Что это значит, Дживс? Апджон что – утратил способность говорить?

– Нет, сэр.

– Тогда что за бред несет эта рыжая бестия?

– Мисс Уикем имеет в виду отпечатанный на машинке текст речи, которую мистер Апджон должен произнести завтра перед учениками средней школы в Маркет-Снодсбери, сэр.

– Так, значит, у него пропал текст?

– Именно так, сэр.

Я вздрогнул от страшной догадки.

– Не хотите же вы сказать…

– Именно это он и хочет сказать, – произнесла Бобби и вернулась к хореографическим экзерсисам в лучших традициях русского балета. – Твоя тетя попросила Дживса упаковать чемоданы Апджона, и первое, что попалось ему на глаза, была речь Апджона. Он сунул ее в карман и принес мне.

Такого я от него не ожидал.

– Ну, Дживс, это уж… признаюсь.

– Я полагал, что это наилучший выход, сэр.

– И правильно полагал, – сказала Бобби, исполняя па-де-что-то-там из балета Нижинского. – Либо Апджон согласится закрыть дело о клевете, либо не получит назад эти, как он их называет, тезисы, без которых он не в состоянии издать ни звука. Ему придется согласиться на наши условия, чтобы вернуть свои бумажки. Верно, Дживс?

– Мне кажется, мисс, у него нет иного выхода.

– Разве что стоять на сцене и беззвучно открывать рот, как щука. Он у нас в руках.

– Так-то оно так, да вот только…

Мне не хотелось этого говорить. Я ни за что не стал бы отравлять юной деве миг душевного восторга, если бы не одно соображение.

– Я прекрасно понимаю ход ваших мыслей. Тетя Далия упоминала, что Апджон теряет свое хваленое красноречие, если перед ним не лежит печатный текст; но что, если он скажется больным и не придет на выступление?

– Он этого не сделает.

– Я бы именно так и поступил.

– Но ты же не хочешь, чтобы тебя выдвинули кандидатом консерваторов в дополнительных выборах от Маркет-Снодсбери. А Апджон хочет, и для него жизненно важно предстать завтра перед широкими массами и произвести хорошее впечатление, поскольку у половины членов избирательной комиссии сыновья учатся в этой школе, и они придут лично убедиться, что он собой представляет как оратор. Прежний кандидат страдал сильным заиканием, а они обнаружили это, только когда пришло время выступать перед избирателями. Так что они боятся снова промахнуться.

– Теперь понятно, – сказал я, вспомнив, что тетя Далия рассказывала мне о политических амбициях Апджона.

– Значит, дело в шляпе, – сказала Бобби. – Его будущее зависит от этой речи, у него ее нет, а у нас она есть. Вот от этого и будем плясать.

– Но как ему об этом сообщить?

– Мы уже все продумали. Он должен позвонить с минуты на минуту, чтобы узнать, куда делся текст. Когда он позвонит, ты подойдешь к телефону и изложишь ему наши условия.

– Я?

– Разумеется.

– Но почему я?

– Дживс считает, что ты – лучший кандидат.

– От вас я этого не ожидал, Дживс! А почему не Селедка?

– Мистер Апджон не разговаривает с мистером Сельдингом, сэр.

– Подумай, что произойдет, когда он услышит по телефону голос Реджи. Он просто бросит трубку, и все придется начинать сначала. Тогда как тебя он выслушает с глубочайшим вниманием.

– Но, черт побери…

– Как бы там ни было, Реджи пошел прогуляться, и его здесь нет. Почему с тобой всегда так трудно, Берти? Твоя тетя говорит, что ты с детства такой. Когда тебе давали овсянку на завтрак, ты всегда топорщился, как еж, и упирался, точно Ионова ослица в Библии.

Этого я не мог пропустить незамеченным. Всем известно, что в школе я получил приз за знание Священного Писания.

– Валаамова ослица. Иона – это тот парень с китом. Дживс!

– Сэр?

– Разрешите наш спор – ведь это Валаамова ослица объявила nolle prosequi?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация