Книга Дамоклов меч над звездным троном, страница 58. Автор книги Татьяна Степанова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дамоклов меч над звездным троном»

Cтраница 58

— Вы?

— Скажу, что я.

— Если Жданович виновен, такое лжепризнание его не спасет.

— А он не виновен.

Катя ожидала, что Колосов с ходу бросит в ответ: «А вы?» — но он не спросил.

— Аристарх, проводи господ-товарищей из милиции, — распорядился Долгушин. — Лиля, тебя на ветру окончательно продует, у тебя нос вон посинел. Ты бы Марусю увела в каюту, раньше не догадалась, нет?

Колосов, уже взявшийся за перила трапа, обернулся:

— Лиля… Она, Виктор Павлович, не уходила потому, что внимательно прислушивалась ко всему, что тут говорилось меж нами. Да, Лиля, уважаемая… Вы бы точно ребенка передали кому-нибудь. Вам придется сейчас проехать с нами.

— Мне? Зачем? Это почему? — щеки Лили снова вспыхнули. Она передала Марусю на руки Долгушину.

— Придется проехать до ближайшего отделения. Ненадолго.

— Но я ничего не сделала.

— Я и не говорю, что вы сделали. Нам просто надо кое-что выяснить. Вопросы кое-какие.

— Но я… Выясняйте. А что здесь нельзя?

— Действительно, здесь все выяснить нельзя? — спросил Долгушин.

— Нет, нельзя, — ответил Колосов.

— Почему же? — грозно рявкнул капитан Аристарх. — Что еще за новые фокусы?

— Это не фокусы. Таков порядок. У нее в паспорте, по-моему, неточность. Надо разобраться, прошу, — Колосов пропустил растерянную Лилю вперед.

Катя не совсем поняла этот колосовский ход конем.

Одно было ясно: Никита просто так, битым, «Ковчег-Крейсер» покидать не желал. В сплошной обороне, занятой его обитателями, его зоркий натренированный глаз сыщика углядел податливое звено. Катя вспомнила, что говорил ей Вадим по поводу Лили. По его мнению, она была безответно влюблена в Ждановича. Любопытно все-таки, почему Колосов выбрал именно ее для большой атаки? Неужели он решил, что к ней, единственной из всех, он сможет подобрать ключ?

Глава 24. 342. -Й НОМЕР

Когда шли к машинам, Катя спиной чувствовала на себе пристальные взгляды собравшихся на палубе.

— Зачем они Лильку забрали? — выходил из себя капитан Аристарх. — Витя, ну сделай же что-нибудь! Чего они девчонку мурыжить будут?!

Закат догорал над дальним лесом. По фарватеру промчалась моторка.

— Как она потом назад-то доберется?

— Ну а ты, медведь, на что? — спросил Долгушин.

— Не понял? — капитан Аристарх сдвинул фуражку на затылок.

— Садись в машину, дуй за ней, — Долгушин, как когда-то Кравченко, бросил капитану ключи.

— Что, так прямо за ментами?

— За ней, чудило.

— Они ж ее за Леху мотать будут, знаю я их подлую ментовскую породу.

— Леха далеко, а ты здесь, вот он. Ты о ней позаботься, а о Лехе не волнуйся. Он мне днем звонил. У него все в норме. Ну, что ж ты стоишь? Дуй, а то не догонишь.

Капитан Аристарх стукнул кулаком по перилам и одним мощным прыжком перемахнул через борт — на трап. Через две минуты «Ауди» устремилась вслед за вереницей милицейских машин.

— Батюшки-светы, за нами, кажется, погоня, — сообщил Кате Колосов, глядя в зеркало заднего вида. — Кто же это там, на теплоходе, так за вас переживает, вы не знаете, Лиля?

Лиля на заднем сиденье не ответила. Однако назад оглянулась.

— Да, Лиличка, Лилия Владимировна Пономарева, судя по паспорту, да.., такие вот пироги, Лиличка… — продолжал Колосов. — Тревожитесь вы, манерное, по поводу документов. А вы не тревожьтесь. Все там у вас в порядке с паспортом. Просто это предлог. Мы вот с коллегой, — он покосился на Катю, — посчитали, что с вами нам лучше переговорить с глазу на глаз, без разных там прытких доброхотов, навроде того, кто сейчас пылит там сзади. Они, доброхоты эти, ваши приятели, в судьбе своего товарища Алексея Ждановича слишком уж живое участие принимают. Выручить его хотят. Но укрывательство от правоохранительных органов, от следствия — это не помощь, Лиля. Это вред прямой, и в первую очередь для самого укрываемого. И чем дольше времени проходит в такой вот неразберихе, чем дольше остаются открытыми серьезные вопросы, тем все больше и больше рождается в некоторых головах подозрений. Тем сильнее они крепнут — не только у нас с коллегой, но и у следователя прокуратуры, который дело об убийстве гражданина Бокова имеет в своем производстве. Ведь как он, следователь, рассуждает? Он человек консервативный и рассуждает консервативно: чего это невинному человеку от милиции по углам прятаться? Зачем на укрывательство товарищей своих подбивать?

— Алексей Макарович никого на укрывательством подбивает. И он не прячется. — Лиля снова оглянулась. — Куда вы меня везете?

— Да, собственно, никуда конкретно, — Колосов глянул в зеркальце на «Ауди» и прибавил газа — вот тебе, лови, догоняй. — Прокатим вас по здешним подмосковным дорогам. Вы сами питерская? Ну, я сразу понял. Хороший город — Питер. Но и у нас тут неплохо, а? Да вы, наверное, со своего теплохода и на берег-то не сходите?

— Как это не сходим? Всегда сходим, везде. Мы с Марусей гуляем. С Варькой по магазинам на каждой стоянке. Когда что-нибудь из вещей надо или в аптеку, всегда едем с кем-нибудь из наших.

— И на этой стоянке в эти дни тоже сходили на берег?

— Конечно. Мы еще там стояли, у другого причала, где шашлычная. А почему вы спрашиваете?

— Лиля, ну что вы так сразу кактусом прикидываетесь колючим? Чего вы волнуетесь-то по пустякам? Ведь установлено, что гражданина Ждановича все эти дни на теплоходе не было. Следовательно… А гонщик-то наш не отстает, пыжится. Кто ж это за рулем-то? Неужели Виктор Долгушин собственной персоной? — Колосов не отрывал взгляд от зеркала. — Эх, не захотел он мне подсказать, где приятеля его и собрата по року найти, благородство сыграл. Только вредная это игра, глупая. Он Ждановичу больше навредил этой своей молчанкой. Еще знаете, как аукнется на суде.

— На суде?!

— А вы как думали. Это такая машина — правосудие. Скрипит, а едет, давит в лепешку человечка… И вы тоже сильно ему вредите, Лиля дорогая.

— Я? Почему я?

— Да потому. А ведь вы хорошо к нему относитесь — к Алексею-то Макаровичу. По лицу это вашему видно — хорошо, сердечно. Не так, как другие.

Катя, слушая эту песнь, усмехнулась про, себя: надо же, как, оказывается, начальник отдела убийств интерпретировал про себя ее «испорченный телефон» со слов «драгоценного». Все запомнил, намотал на ус, проанализировал и теперь вот выдает без зазрения совести за собственные гениальные догадки оперативного плана. Пудрит бедной девчонке мозги.

— Я даже рискну предположить, — соловьем заливался Колосов, — что вы настолько хорошо относитесь к гражданину Ждановичу, что сделали бы все возможное, чтобы раз и навсегда избавить его от всех подозрений, высказанных досужей прессой. Сделали бы все, чтобы защитить его честь и доброе имя.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация