Книга Нелегкий флирт с удачей, страница 25. Автор книги Феликс Разумовский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Нелегкий флирт с удачей»

Cтраница 25

Дисциплина в семействе Скуратовых-Бельских была образцовая.

— Слухаю. — Младшой живо скинул с плеч ватник, взъерошил волосы и, гикнув, принялся плясать с виду простенький, незатейливый танец. Он молниеносно поводил плечами, тряс стриженой башкой и высоко поднимал колени, совсем как древние славяне-кривичи, готовясь к бою не на жизнь, а на смерть. Крепкие руки и мускулистый, прикрытый лишь тельняшечной майкой торс Евлампия отливали синевой татуировок — сразу чувствовалось, что с Корнеем Дормидонтовичем они были родные братья… Бойцы-соискатели перешептывались, нервно косились на танцора, настроение их стремительно портилось — ишь, как корежит-то его, расписного! Не иначе припадочный. Такой изувечит и глазом не моргнет. А старший и вовсе бычара — терминатора ушатает. Во, бля, семейка!

Переживали они не напрасно. Когда смолкли звуки «ламбады» и красавицы стали подбирать с пола свое бельишко, великан схватил Евлампия за плечи и зарычал:

— Слышь, яра давай, чтоб знали наших. Не посрами фамилию!

— Слухаю. — Вскочив на сцену, тот рванул на груди тельняшку и, едва раздался гонг, вырубил «брыком» [13] ближайшего поединщика, крепкого парня с повадками кикбоксера. Увернулся от удара, от души дал сдачи и что было сил въехал «раскачником» [14] нападающему в нюх — отдыхай. Под восторженный рев толпы он вертелся волчком, щедро раздавал «распалины» [15] , «подкруты в подвяз» [16] и «косые подсеки» [17] , словно в свалке-сцеплялке, групповом побоище где-нибудь за околицей. Наконец он один остался на ногах, но все никак не мог уняться — плечи так и ходили ходуном.

— Ну все, будя. — Великан поманил его со сцены и сурово притопнул ножищей: — Будя, сигай сюды. Охолонись малость. — Он повернулся к лысому организатору: — Вдругорядь надо будет, свистнешь. А мы пока пойдем махнем по чекушке. Там, глядишь, может, и я разойдусь, тряхну стариной.

Очередь начала потихоньку таять.


— Хорош молодец. — Полковник глянул на подсиненное лицо капитана Злобина, и в голосе его

note_1кользнула озабоченность. — Только мозги-то тебе не вышибут до финала? Не тяжело?

— Легко, товарищ полковник, только девок щупать. — Тот молодецки притопнул «говнодавом», лихо подбоченился и, спохватившись, виновато покосился на Майора Брюнетку. — Мы, пскопские, будем еще на «фордах» ездить!

— Ладно, иди отдыхай, пскопской. — Полковник по-отечески потрепал его по плечу, и Злобин выкатился из кабинета — вразвалочку, поигрывая на ходу бицепсами.

Крепко вошел в роль.

— Артист! — Брюнетка эффектно закинула ногу на ногу и пробежалась пальцами по клавиатуре компьютера. — Я тут поинтересовалась персоналиями — компания в «Занзибаре» подобралась славная. Мордобоем командует некто Степан Владимирович Калмыков, подполковник в отставке, в свое время вел спецкурс по рукопашке в Краснознаменном институте имени товарища Андропова. Очень, очень серьезный господин. В помощниках у него бывший капитан ГБ Дмитрий Александрович Бабкин, специалист по скоротечным огневым контактам и холодному оружию. Был жестоко обижен отечеством, потом взят под крыло и обласкан господином Морозовым. А по женской части, — Брюнетка ухмыльнулась и выразительно взглянула на Полковника, — верховодит особа, примечательная во всех отношениях. Некто Инга Павловна Зайковская, девичья фамилия Дзерве, в узких кругах более известна под прозвищем Кобылятница. Дама сия начинала путаной, потом держала сеть массажных салонов с девочками, занималась сводничеством и растлением малолетних. С господином же Морозовым знакома давно, до сих пор поставляет ему «недозрелую клубничку». Официально числится директором модельного агентства «Три звезды», по сути дела являющегося своднической конторой. К мужчинам индифферентна, одно время имела репутацию активной лесбиянки, теперь увлекается компьютерным сексом — интерактивное порно, V-шлемы, специальные установки для мастурбации. В общем, идет в ногу со временем. — Она ткнула пальцем в клавишу, и принтер выдал красочное, словно рекламный постер, изображение блондинки, одетой лишь в черные чулки. — Это Инга Павловна в молодые годы, любительский снимок. —Брюнетка, наслаждаясь эффектом, продемонстрировала госпожу Зайковскую присутствующим, элегантно поднялась и остановила взгляд на старшем прапорщике Небабе.

— Ну, а у вас какие-нибудь мысли имеются? Может быть, пожелания какие, предложения? — С непроницаемым лицом она включила кофеварку и неожиданно криво усмехнулась про себя — до чего же все-таки Небаба напоминает Илью Муромца, такой же безразмерный! Только тот, помнится, отечество от Соловья-Разбойника избавил. А этот… Видимо, перевелись богатыри на Руси… Остались только мудаки…

— Очень даже имеются, товарищ майор. — Небаба вдруг замолк на полуслове, потупился, его могучая шея и уши покрылись пунцовыми разводами. — То есть, я хотел сказать, без хитрости тут не обойтись. Никак. По мне, лучше всего катит вариант с дракой. Шум, гам, визг, девки голые по сцене скачут. — Он вскочил, показал, как обычно скачут по сцене голые девки, сел. — Главное, свет не забыть вырубить. Пока местная секьюрити глаза протрет, можно много чего успеть. Но подстраховаться, конечно, надо, взять все входы-выходы под контроль. Ежели не задастся с дракой и телохранители начнут кантовать клиента наружу, надо, чтоб снайперы не сплоховали… Промаху не дали… А дали бы жару… Вот так, в таком разрезе. Ну а уж драку мы устроим, будьте уверены.

Он потряс огромным, кувалдообразным кулаком и вдруг сделался необыкновенно серьезен:

— Товарищ майор, разрешите вопрос? Что это за установка такая для мастурбации?

Глава 9

— Ой, Серега, смотри. — Женя вдруг застыла, нагнулась, и по ее лицу расплылась блаженная улыбка. — Это же белый. Какой красавец!

— Подберезовик это, черноголовик. — Прохоров осторожно, чтобы не повредить грибницу, выкрутил изо мха крепенькую ножку, глянул снизу вверх спутнице в лицо и усмехнулся — немного же нашей женщине нужно для счастья!

Они общались с природой уже более двух часов. Вначале нелегкая занесла их в болотину — худосочные березки, глухое чавканье под сапогами, буйная зеленая осока. Однако, когда взяли к югу, низина превратилась в еловник, стали попадаться сыроежки, и вот, о радость, Женя опустила в корзину первенца — неказистый, тронутый слизнями подберезовик. Это у нее он первенец, а у Прохорова их уже с десяток, пара белых да моховиков с полдюжины — на жареху хватит. В лесу надо под ноги смотреть, а не восторгаться красотами природы. Все равно золото пожухших трав в ломбард не примут.

Наконец еловник кончился, пошел смешанный лес, и Тормоз, высмотрев полянку, смилостивился:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация