Книга Война с джиннами, страница 40. Автор книги Василий Головачев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Война с джиннами»

Cтраница 40

Однако прибывшим к Тритону на кораблях службы безопасности и погранслужбы оперативникам Калаева было не до любования красотами самого спутника и Нептуна. Демон был замечен наблюдателями еще в полутора миллионах километров от синей планеты, при попытке «пощупать» автоматическую станцию болидного патруля, изучающую комету Миеко. Уничтожив станцию, то есть превратив ее в сросток пуха, мха и колючек, Демон, по расчетам наблюдателей, подался в сторону Нептуна. А так как в одном из поселков на Тритоне под названием Голливуд отдыхала молодая особа по имени Ираида, с которой не раз встречался Оскар Файнберг, следовало ожидать появления Демона именно над этим поселком.

Спейсер службы безопасности «Тандерболт» прибыл к Тритону первым и развернул все свои поисковые системы, а также сеть зондов с датчиками излучений и полей. Спейсер погранслужбы «Гепард» появился у Тритона чуть позже и тихо приземлился, точнее, приледнился у поселка Голливуд в режиме «инкогнито». Его задачей была попытка контакта с Демоном либо его уничтожение с помощью всех имеющихся на борту средств.

Кроме экипажа из семи человек во главе с командиром Ярошевичем на борту спейсера находились специалисты ИВКа — контактеры и ксенологи, представитель СЭКОНа, спецгруппа Калаева, сам начальник особого отдела и Игнат Ромашин. В свою очередь в состав спецгруппы входили не только высокопрофессиональные оперативники, мастера воинских искусств и рукопашного боя, но и техники, инженеры витс-систем, инкеры и эксперты-универсалисты, физики и математики. Они должны были дать рекомендации — как действовать команде спейсера, если ни договориться с Демоном, ни захватить, ни уничтожить его не удастся. Впрочем, и Калаев, и Ромашин, и сами эксперты не обольщались насчет этих рекомендаций. Родившийся в Солнечной системе подросток-«джинн» продолжал жить по законам иной физики, и, чтобы его уничтожить, надо было эти законы знать. Ученые же только-только начинали разбираться в этой проблеме.

Тем не менее оружие «Гепарда» — генераторы «суперструн», аннигиляторы, лазерные и плазменные излучатели, гравипушки и «раздиратели кварков» — «глюки» были приведены в боевую готовность. По сигналу командира спейсера они могли обрушить на предполагаемого противника лавину яростной энергии, которой хватило бы на уничтожение всего Тритона. Однако атаковать Демона надо было осторожно, можно сказать, ювелирно, и это накладывало на действия экипажа весомые ограничения. В крайнем случае боевого робота гиперптеридов, вылупившегося в «инкубаторе» колец Сатурна, надо было хотя бы отогнать от поверхности Тритона, чтобы он не успел трансформировать строения земных инженеров в нечто, не поддающееся никаким объяснениям и логическим умозаключениям.

Игнат, Калаев и представитель ИВКа ученый-ксенолог Шоммер находились в зале визинга спейсера «Гепард», занимая кокон-кресла оперативного управления, что позволяло им контролировать ситуацию и своевременно вмешиваться в события. Официальный руководитель операции Тадеуш Вильковский и представитель СЭКОНа предпочитали наблюдать за происходящим из рубки спейсера «Тандерболт». Это несколько облегчало жизнь Калаеву и его подчиненным. После того как главой СЭКОНа стала Фарина Делануа и поменялись властные структуры этой суровой организации, многие проекты Правительства, направленные на улучшение жизни населения Земли, были заблокированы СЭКОНом, и среди друзей Игната и Калаева мало кто относился с симпатией к любым его эмиссарам. Хотя и среди них встречались отличные работники и умные люди.

Уже после прибытия спейсера к Тритону Игнат получил короткое сообщение от сына: «Отец, все в порядке, я на рабочем месте», — и успокоился. Относительно успокоился, конечно. Первую попытку нейтрализации Кузьмы они сорвали, но впереди наверняка их ждала серия покушений на мешающего Джадду проводить свою политику — Кузьма успешно справлялся со своими обязанностями — начальника Чрезвычайного комитета.

Поселок Голливуд располагался в самом центре крупного метеоритного бассейна, прямо на плоской вершине его центральной горки. Вид на панораму Тритона с его пыльно-ледяными образованиями открывался с этой вершины великолепный. Да и нависшая над горизонтом пухлая масса Нептуна с отчетливо видимым струением облаков, его сверкающие, как алмазная пыль, кольца придавали пейзажу захватывающую дух гротесковость. Искорки зондов и звезда спейсера «Тандерболт», освещенные далеким Солнцем, вносили в эту картину дополнительные штрихи законченности, хотя причина появления россыпи искр была вполне прозаической и вместе с тем мистической: люди готовились встретить Демона, продолжавшего крутиться возле больших планет Солнечной системы и их спутников.

Игнату нравились космические панорамы, среди которых встречались поистине выдающиеся шедевры, и, если бы не подтекст тихого бдения сотен людей над Тритоном и на его поверхности, созерцание ледяного цирка, испещренного буграми и трещинами всех оттенков голубого цвета, доставило бы ему удовольствие. Однако он отчетливо представлял последствия новой встречи родившегося «джинна» с людьми, поэтому настроение у советника службы безопасности наличествовало далеко не философское.

Подсказать что-либо пограничникам и безопасникам, непосредственно привлеченным к операции, Игнат не мог, его опыт встреч со «спящим джинном» давно был изучен и применен. Оставалось только ждать появления ребенка-«джинна» с частицей человеческого сознания и гадать, какой сюрприз он преподнесет на этот раз. И еще Игнат считал, что включение памяти Оскара Файнберга, а в особенности — его пси-сферы с раздутым самомнением, самолюбием и убежденностью в собственной исключительности, еще не раз аукнется во время контактов людей с Демоном.

— Внимание! — взлетел над всеми порядками земных сил голос Тадеуша Вильковского, официального руководителя засады. — Все разговоры в зоне ответственности прекратить! Объявляется нулевая готовность!

В эфире повисла шелестящая настороженная тишина, изредка нарушаемая тоненькими посвистами разной тональности — это переговаривались между собой инки спейсеров и станций в зоне Нептуна. Ожидание могло продлиться не один час, и Игнат подключился к линии связи со штабом ЧК. Перед глазами развернулся объем видеопередачи с фигурой абонента.

— Что они от тебя хотели?

— Ничего особенного, — ответил Кузьма, не удивляясь звонку отца. — Рекомендовали больше опираться на опыт Паши Куличенко, посоветовали чаще привлекать агентов СЭКОНа и запретили прибегать к помощи оперативников СБ без рекомендаций заместителей Фарины.

— Джадд хочет ограничить твои полномочия, а главное — сузить сферу деятельности, снизить вариативность и активность Комитета.

— Я догадался.

— Держи меня в курсе всех дел.

— Хорошо, отец. — Кузьма помял лицо ладонью, бросил на Игната взгляд исподлобья. — От Артема ничего?

Кузьма знал, что ему доложат о выходе на связь Артема в числе первых, наравне с Игнатом и другими ответственными лицами, пославшими младшего Ромашина на Полюс Недоступности, и его вопрос лишь символизировал волнение за судьбу сына.

— По-прежнему, — буркнул Игнат, отключая консорт-линию. Подумав, развернул кокон-кресло, собираясь пройтись по залу визинга, и увидел в соседнем развернутом кресле Калаева. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация