Книга Сулейман Великолепный и его великолепный век, страница 3. Автор книги Александр Владимирский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Сулейман Великолепный и его великолепный век»

Cтраница 3

Формирование и снабжение феодального войска производилось самими военными ленниками. Эти ленники, сипахи, за свою военную службу получали из государственного земельного фонда на правах условного владения большие и малые поместья (зеаметы и тимары) и имели право взимать в свою пользу определенную часть ренты-налога. Тимар – это поместье с размером дохода менее 3 тыс. акче (1 акче – это серебряная монета весом 1,15 грамма), а зеамет – это поместье с размером годового дохода от 3 до 100 тыс. акче. Однако, постоянно участвуя в походах, хозяйство они вели плохо, отдавали его на откуп управляющим, и сельское хозяйство империи постепенно приходило в упадок. Султан также раздавал большие поместья своим придворным и наместникам провинций. Доходы с них превышали 100 тыс. акче в год. Эти поместья назывались хассами, и сановники пользовались ими лишь до тех пор, пока занимали свой пост на определенных должностях. К частной феодальной собственности принадлежали земли феодалов, получавших за военные или государственные заслуги особые султанские грамоты на неограниченное право распоряжаться предоставляемыми имениями. Эта категория феодальной собственности на землю называлась «мюльк». Данные земли можно было продавать, дарить или передавать по наследству. Хотя количество мюльков постоянно возрастало, их удельный вес вплоть до конца XVI столетия был невелик. Обращение в мюльки тимаров и зеаметов уменьшало количество выставляемых воинов и подрывало мощь империи.

В царствование Сулеймана Великолепного, равно как и в правление его отца, владельцы тимаров, зеаметов и хассов обычно жили в городах и в подавляющем большинстве не вели собственного хозяйства. Они собирали феодальные повинности с сидящих на земле крестьян с помощью управителей и сборщиков податей, а нередко и откупщиков, представлявших немусульманское население империи.

Вакуфные земли являлись собственностью мечетей и различных мусульманских религиозных и благотворительных учреждений. С интересами духовенства султаны вынуждены были считаться, тем более что вакуфные земли нельзя было конфисковать.

Во времена Сулеймана Великолепного военно-ленная система еще не достигла той степени разложения, которая была бы опасной для военой мощи государства. Османы унаследовали данную систему от сельджуков. Она способствовала успехам турецкого оружия, начиная с царствования первого султана Османа I в конце XII – начале XIII века. Видный турецкий политический деятель и писатель XVII века Кочибей Гемюрджинский писал в своем трактате, что османское государство «саблей добыто и саблей только может быть поддержано». Эти слова абсолютно справедливы по отношению ко всем периодам истории Османской империи. Когда турецкая сабля затупилась и проржавела, Османская империя начала постепенно рушиться. Военная добыча, рабы, дань и налоги с завоеванных земель были в течение нескольких столетий главным средством обогащения турецких феодалов-воинов и их подчиненных, а также основой финансовых поступлений в имперский бюджет. Не случайно с конца XVII века, когда завоевания полностью прекратились и Османская империя начала постепенно сокращаться в размерах, ее стали сотрясать перманентные финансовые кризисы.

Военно-ленная система утрачивала свое прежнее значение с развитием товарно-денежных отношений. Займы (владельцы зеаметов) и тимариоты (владельцы тимаров) составляли, по выражению одного турецкого историка, «настоящую рать, сражавшуюся за веру и государство». Хотя турецкая пехота – янычары, а также значительная часть кавалерии состояли на постоянном государственном денежном жалованье, получение тимара оставалось заветной мечтой каждого офицера (а порой тимар могли получить и рядовые янычары, отличившиеся в сражении). Поскольку жалованье войскам выплачивали не всегда регулярно и в полном объеме, военная добыча оставалась важным источником дохода и для постоянного турецкого войска. Долго держать янычар в Стамбуле без войны было опасно: как показывал опыт, они легко могли взбунтоваться. Поэтому ведение завоевательных войн становилось для турецких султанов жизненно необходимым. Это прекрасно сознавал и Сулейман Великолепный после вступления на престол.

Крестьянская и городская райя – податное население Османской империи (термин «райя» только к немусульманскому населению страны стал применяться лишь с конца XVIII века) не имело никаких политических прав и все сильнее эксплуатировалось займами и тимариотами. Крестьянство в Турции было прикреплено к своим земельным наделам еще в конце XV века. Во второй половине XVI века Сулейман Великолепный издал закон, окончательно прикрепивший крестьян к земле по всей территории Османской империи. В законе утверждалось, что райят обязан жить на земле того феодала, в реестр которого он вписан. В случае самовольного ухода крестьянина к другому феодалу прежний феодал мог вернуть его к себе в течение 10–15 лет и даже наложить на него штраф. На практике же крупные землевладельцы предпочитали крестьян не возвращать, ограничиваясь уплатой штрафа. Но продавать крестьян без земли запрещалось. Однако пока сипахи были заняты на войне, у крестьян изымалось не так много производимой продукции, и им вполне хватало на жизнь. Их хозяева во многом удовлетворялись военной добычей. В ведение крестьянского хозяйства тимариот не вмешивался, ограничиваясь взиманием фиксированного налога.

Характерно, что в отличие от европейских феодалов турецкое законодательство строго регламентировало величину ренты, которую тимариоты и займы могли взимать с крестьян, а также их отношения с крестьянами. Турецкие феодалы не пользовались, например, таким важным правом, как феодальная юрисдикция; их роль в управлении ленами была невелика, поскольку судебная и гражданская власть принадлежала кадиям.

При Сулеймане некоторое число христиан-ленников сохранялось только в недавно завоеванных венгерских и сербских землях, но к началу XVII века все они перешли в мусульманство.

Подавляющая часть земледельческого христианского населения Османской империи была прикреплена к земле и без разрешения феодалов или местных властей не могла покинуть своего надела. Законы Сулеймана Великолепного устанавливали 10–15-летний срок сыска беглых крестьян. Но в горных районах Балкан издавна было много скотоводческих христианских общинных поселений. Крестьяне-скотоводы по-прежнему уплачивали налоги с каждого дома, делали поставки скотом и продуктами скотоводства. Они, как правило, не передавались частным владельцам, поэтому их положение было значительно легче, чем положение земледельцев.

Земледельцы-мусульмане платили десятину (ашар), а христиане от 20 до 50% урожая (харадж). Немусульмане (христиане и иудеи) платили еще подушную подать – джизью, которая позже слилась с хараджем, увеличив его размер до половины урожая.

Интересно, что крестьяне раньше, чем их хозяева, стали наследовать свои земельные участки. Однако уже в конце правления Сулеймана Великолепного в связи с прекращением завоеваний и отсутствием сколько-нибудь значительной военной добычи, а также в связи со все большей нуждой в денежных средствах, сипахи повысили уровень эксплуатации крестьян. Это вызвало недовольство и волнения райя. С другой стороны, отсутствие новых военных походов уже в конце XVI века вызвало мятежи расквартированных в Стамбуле янычар, которые в XVII—XVIII веках неоднократно свергали с престола султанов. Сильная турецкая армия, достигшая при Сулеймане зенита своего могущества, в дальнейшем стала могильщиком империи. Не в силах противостоять европейским армиям, она лишь усиливала внутреннюю смуту и противилась проведению необходимых для выживания страны реформ по европейскому образцу.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация