Книга Потерянный город Обезьяньего бога, страница 16. Автор книги Дуглас Престон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Потерянный город Обезьяньего бога»

Cтраница 16

Так они обратились к новому инструменту – лидару. Лидар использовался для картографирования лунной поверхности и составления крупномасштабных земных карт, но только в прошлом десятилетии удалось получить разрешение, необходимое для выявления мелких археологических подробностей. Лидар использовался после урагана для картографирования руин Копана, но дальше этого его применение в Центральной Америке не пошло. Чейзы, объединив усилия с НАСА и Национальным центром воздушного лазерного картографирования (NCALM) при Хьюстонском университете, начали работать над картой Караколя с помощью лидара, средства гораздо более совершенного, чем радарная и спутниковая съемка, которой пользовался Блом. Максимальное разрешение для наземных объектов, доступное Блому, составляло около девяноста футов; лидар обещал дать разрешение менее трех футов даже под лиственным пологом дождевого леса.

У NCALM имелся небольшой самолет «Сессна скаймастер», на который установили объемистый зеленый ящик с лидаром стоимостью в миллион долларов. Пилот, имевший навыки работы с лидаром, совершил перелет из Хьюстона в Белиз, где к нему присоединились три картографа. Они совершили пять облетов Караколя и окрестностей, сканируя дождевой лес при помощи лазера, – на всю работу ушло чуть больше недели.

Увидев изображения, Чейзы были ошеломлены. «Казалось, без всяких усилий, – написали они, – система создала подробное изображение территории почти в восемьдесят квадратных миль (прежде картографированную только на 13 процентов). Отчетливо видны детали местности, древние сооружения, тротуары и сельскохозяйственные террасы», а также пещеры, террасированные склоны, здания, гробницы – десятки тысяч археологических подробностей, упущенных при наземном картографировании. За пять дней лидар позволил получить в семь раз больше результатов, чем то, что собрали Чейзы за двадцать пять лет.

В статье Чейзов объявлялось, что лидар позволил совершить «революцию в науке» и «переворот в археологии». По их мнению, лидар стал важнейшим из новых археологических методов со времен открытия радиоуглеродного анализа.

Глава 9
Такого еще никто не делал

Чем больше Элкинс узнавал о технологии лидара, тем больше убеждался, что, если он решится возобновить поиски и если потерянный город существует, с помощью лидара его удастся найти. Однако воодушевление угасало при мысли о том, что придется получать разрешение от гондурасских властей – в прошлый раз это стало сущим кошмаром. С тех пор сменилось несколько правительств, произошел военный переворот, и процесс выдачи разрешения выглядел еще более пугающим, чем прежде. «Я задавался вопросом о том, – сказал мне Элкинс, – стоит ли вступать в это дерьмо еще раз». Москития за прошедшее десятилетие стала чрезвычайно опасным местом, царством беззакония, контролируемым жестокими наркокартелями и организованными бандами. Даже полет туда представлял опасность, потому что в регионе пролегал главный воздушный коридор для транспортировки кокаина и неустановленные самолеты сбивались военными – американскими либо гондурасскими.

Затем случилось непредсказуемое совпадение, из тех, которые ни один уважающий себя писатель не отважится вставить в книгу. Когда Стив Элкинс размышлял, что делать, ему позвонил его старый гондурасский приятель – решальщик Брюс Хейнике.

Брюс и его жена-гондураска Мейбл переехали в Сент-Луис в 1966 году, после того как в Гондурасе убили сестру Мейбл. Брюс оставил контрабанду наркотиков и мародерство, избрав более безопасные занятия. Но, как и Элкинс, он не мог отделаться от мысли о поисках Белого города.

В конце 2009 года Мейбл вернулась в Тегусигальпу без Брюса – на похороны отца. Страна приходила в себя после военного переворота, случившегося ранее в том же году. Левый президент Хосе Мануэль Селайя принял ряд жестких мер с целью проведения референдума по изменению конституции, чтобы получить возможность избраться еще раз [29]. Верховный суд назвал их незаконными, а Национальный конгресс Гондураса постановил арестовать Селайю. Рано утром в воскресенье военные разоружили президентскую охрану, вытащили Селайю из кровати и посадили на самолет, вылетавший в Коста-Рику. Облаченный в пижаму Селайя произнес в аэропорту пламенную обвинительную речь. Пресса сообщала, что Селайю выставили из страны с ужасающей скоростью – он не успел даже одеться. Однако впоследствии гондурасские чиновники в частных беседах со мной утверждали, что ему позволили одеться и взять с собой личные вещи, но экс-президент для пущего эффекта переоделся в пижаму уже в самолете, чтобы вызвать у народа сочувствие к себе и гнев по отношению к устроителям переворота.

Военные вернули власть гражданским, и через пять месяцев состоялись выборы. Хотя их результаты оспаривались, к власти пришел Порфирио Пепе Лоба Соса. Во время отпевания отца Мейбл слышала, что в следующую субботу новоизбранный президент Пепе посетит службу в этой же церкви вместе с членами кабинета, чтобы Господь благословил его на четырехлетнее правление.

Она сообщила об этом Брюсу в ходе телефонного разговора, и тот настоятельно попросил ее не упускать такую возможность: «Брюс целую неделю не отставал от жены. „Подберись поближе к этому парню, – говорил он, – и расскажи ему про Белый город. Остальное предоставь мне“».

В назначенный день она вместе со своим братом Манго, гондурасской футбольной звездой, пошла на службу, рассчитывая пробиться к президенту. Церковь была набита битком. Президент появился поздно, в сопровождении двадцати телохранителей и местных полицейских с оружием. После службы Манго велел Мейбл оставаться на месте – мол, он все устроит. Он пошел поговорить с пастором, но Мейбл, наблюдавшая за ним, поняла, что разговор не клеится. Тем временем президент со своей свитой уже собирался покинуть церковь, и Мейбл поняла, что рискует упустить возможность побеседовать с ним. Тогда она поднялась со своего места и протиснулась сквозь толпу к президенту, окруженному кольцом сцепивших руки охранников. Мейбл выкрикнула его имя – «Пепе! Пепе!», – но он никак не отреагировал. Наконец она подошла вплотную к охранникам, протянула руку и ухватила президента за рукав. «Я сказала ему: „Пепе, мне нужно поговорить с вами!“».

«Ну хорошо, – неохотно ответил он, поворачиваясь к ней, – я вас слушаю».

«Я обратилась к охранникам: „Простите, дайте мне пройти“. Но они отрицательно качали головами – „нет“. Некоторые положили руки на пистолеты. Кольцо было очень плотным, а я все пыталась прорваться сквозь него. Пепе рассмеялся, и я сказала ему: „Прикажите им пропустить меня“. Меня пропустили, а потом кольцо вновь плотно сомкнулось.

Я спрашиваю его, знает ли он о Сьюдад-Бланка. Он отвечает: „Да“. Я говорю, что мой муж двадцать лет назад пытался найти этот город. Он отвечает: „Это интересно, не оставляйте попыток“. Я сообщаю, что мой муж там бывал [30]. „Ваш муж может отправиться туда еще раз?“ – „Вот для этого нам и нужно ваше разрешение“».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация