Книга Занавес упал, страница 4. Автор книги Дмитрий Видинеев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Занавес упал»

Cтраница 4

— Пить хочу. Ма, можно мне сока?

— Конечно, сейчас принесу.

Дарья выдавила ободряющую улыбку, вышла из комнаты и поспешила вниз на кухню. «Все от чертовой духоты, — твердила она себе. — Ничего страшного. Просто душный вечер».

Когда вернулась с кружкой яблочного сока, застала дочку сидящей на кровати все в той же позе. Девочка, нахмурив брови, глядела в окно.

— На вот, попей. — Дарья сунула ей в руку кружку.

Кира сделала несколько глотков.

— Ма, а мне опять она снилась.

— Кто?

— Ну, она, злая Кира. — Девочка наморщила носик. — У нее такие глаза были черные… Не хочу больше ее видеть.

Дарья ощутила, как по коже побежали мурашки. Вернулись мысли о сверхъестественном. Звон колокольчики и сон дочки виделись ей звеньями одной цепи. Ну не может все это быть совпадением. Творилось что-то очень неладное.

— Она стояла в темноте, — мрачно продолжала Кира, — и у нее был такой же джинсовый комби… комбине…

— Комбинезон?

— Да, он был такой же, как у меня. — Кира сделала еще несколько глотков и поставила кружку на тумбочку возле кровати. — А к лямке был прикреплен мой значок со смайликом. Ну, тот, помнишь? Тот, который она утащила, — снова задумчиво уставилась на окно. — Она указала пальцем в темноту и сказала, что приближается гроза. И сразу же в темноте молния сверкнула, и гром прогремел. — Она перевела взгляд на маму: — А еще она сказала, что папа никогда не выберется из колодца.

Дарья взяла дочку за руку.

— Какого еще колодца?

Кира ответила пожатием плеч и тяжелым вздохом. В воздухе повисла тишина, которую Дарья нарушила спустя минуту.

— Это всего лишь сон, Росинка. Всего лишь сон.

— Знаю. — Девочка рассеянно улыбнулась. — Но я не хочу, чтобы она снова мне снилась. Я… боюсь ее, мамочка. Она плохая.

— Ничего не бойся, — Дарья прижала ее к себе. — Все у нас будет хорошо, Росинка, обещаю. Ничего не бойся.

Она успокаивала ее, а самой было страшно. Слова дочки о злой Кире, о том, что папа никогда не выберется из колодца, оказались последней каплей. Предчувствие чего-то зловещего полностью завладело сознанием. Дарья лихорадочно принялась мысленно твердить, что не нужно накручивать себя. Утром, когда солнце прогонит тени, все будет выглядеть в ином свете… Но сейчас это внушение работало плохо.

Кира зевнула в ее объятиях, прикрыла глаза. Через несколько минут Дарья услышала ровное дыхание дочки и уже с нажимом, злясь на себя, мысленно повторила: «Утром все наладится!»

Она аккуратно опустила голову дочки на подушку, поцеловала в лоб, прошептала:

— Все наладится.

Подошла к окну, желая ощутить хотя бы малейшее дуновение ветерка. Но, увы, теплый вечерний воздух был недвижим. Вдалеке над лесом небо по-прежнему озаряли вспышки зарницы. Молнии бесновались за сотню километров отсюда. Даже отголосков не слышно. Дарья подумала, что злая Кира ошиблась насчет грозы. А вот по поводу колодца, из которого никогда не выберется папа… Эти слова вообще выглядели как бред, но отчего-то именно они тревожили Дарью. Волновали не меньше, чем звон колокольчика в темноте вишневой рощицы. Они походили на приговор. И то, что их произнес персонаж из страшного сна, делало эти слова еще более жуткими. Дарья не могла припомнить, чтобы ей самой снилось нечто подобное.

«Папа никогда не выберется из колодца», — мысленно повторила она и поспешно вышла из комнаты, оставив дверь открытой. Сбежала по лестнице, схватила с тумбочки в коридоре сотовый телефон и позвонила мужу.

Гудки, гудки, гудки…

— Да ответь же ты, дуралей! — со злостью прошипела Дарья.

За Артуром водилась привычка игнорировать телефонные звонки жены. Позже с напыщенным видом он объявлял, что был очень занят, и такое объяснение всегда вызывало у Дарьи гнев. Она знала мыслительное устройство мужа до последнего винтика и не сомневалась, что на звонки он не отвечал по одной простой причине: это недостойно внимания его высокой персоны. К тому же жена все равно не сообщит ничего важного. Вот из таких бредовых упертостей и был скроен человек по имени Артур.

— Ну и черт с тобой!

Дарья швырнула телефон на тумбочку и задумалась над тем, что бы сказала мужу, если бы он оказал честь ответить на звонок. Немедленно возвращайся домой, потому что персонаж из сна дочери накликал беду? Остерегайся колодцев? Да уж, после таких слов можно смело ставить табличку перед домом: «Осторожно, здесь проживает семейка идиотов!»

Нервно усмехнувшись, Дарья прошла в гостиную, уселась в кресло, но тут же поднялась. Она и сама от себя не ожидала, что будет так беспокоиться о муже. Да, не любила его. Да, вышла замуж по расчету. Но, черт возьми, зла Артуру она никогда не желала. Ее вполне устраивала такая семейная жизнь. Главное, Кира росла, ни в чем не нуждаясь.

Нужно было срочно успокоить нервы, и Дарья знала, как это сделать. Способ, проверенный временем.

Она прошла в другую комнату, взяла лежащий на пуфике баян и уселась с ним на стул. Некоторое время задумчиво глядела в потолок, затем встрепенулась, нажала на кнопки и медленно растянула меха. Начала с композиции «Дом восходящего солнца», но скоро сменила тему, принялась импровизировать. Играла тихо, чтобы звуки инструмента не достигли ушей спящей дочки. Играла и постепенно успокаивалась. Она не была виртуозом, но инструментом все равно владела неплохо. Научилась в интернате — из всех инструментов в музыкальном классе были только пианино, металлофоны, кларнет и баян. Последний сразу вызвал у Дарьи интерес, она буквально влюбилась в его звучание. Улыбчивый старичок-учитель, которого дети называли дедушка Андрей, был превосходным педагогом. Обучение детей владению инструментом ему самому доставляло какую-то детскую радость.

Свекровь пренебрежительно называла баян инструментом для развлечения колхозников и не понимала, как вообще уважающая себя женщина может брать его в руки. У Дарьи такие слова вызывали злорадство, она не упускала случая своей игрой потрепать нервы старой стерве.

Во время своей свадьбы, по настоянию некоторых гостей, Дарья как вдарила «Цыпленок жареный» во всю мощь, растянув меха… А потом с улыбкой наблюдала, как меняются лица чванливых особ. Ее выходку поддержал уже порядком набравшийся Лешка Краснов, который выглядел среди этой богемы, как птица додо среди императорских пингвинов. Он принялся ногами такие кренделя выделывать, что у особ челюсти отвисли. Хотя и среди них нашелся нормальный человек — престарелый оперный певец одобрительно подмигнул Дарье и начал пританцовывать и хлопать в ладоши. Пожалуй, ей запомнился только этот эпизод на той необычайно скучной свадьбе, и вспоминала она его всегда с улыбкой.

Ее умение играть на баяне не раз использовал Веня Каховский в своих спектаклях. Дарья входила в труппу экспериментального театра, и Веня, обладатель внушительной коллекции женских париков и почитатель творчества братьев Вачовски и Элтона Джона, был режиссером. Сейчас в театре творился полнейший раздрай. В последнее время Веню начало заносить, он хотел, чтобы новые постановки были на грани, чтобы вызывали шок. Труппа разделилась на две части. Одна половина, в которую входили и Дарья с Лешкой, считала, что последние веяния режиссера откровенная пошлятина. Другая же, наоборот, была в восторге. Переругались и решили взять паузу. Вернее, пришлось взять, ведь у Вени совсем шарики за ролики заехали. Дарья слышала, что неделю назад его сняли с крыши мэрии, где он в мини-юбке и топике размахивал радужным флагом.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация