Книга Маркус Вольф, страница 136. Автор книги Леонид Млечин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Маркус Вольф»

Cтраница 136

В марте 1997 года Маркуса Вольфа признали виновным в организации похищений людей. Но судья постановил отложить исполнение приговора.

«Я увидела его на телевизионном экране, — писала помнившая его по довоенной Москве актриса Ольга Аросева, — постаревшего, совершенно седого, но легко узнаваемого. Всё та же, что в юности, прямая, неогрузневшая фигура атлета. И загорелое, хотя и в морщинах, лицо. И светлые глаза, как в юности, смотрят иронично, цепко, умно, все видевшие, знающие цену всему. Я рада, что он жив. Что на свободе. Что пишет уже не первую книгу».

СОВРЕМЕННАЯ АТЛАНТИДА

Впоследствии прокуратура ФРГ сожалела, что так легко отпустила бывшего начальника восточногерманской разведки. Маркуса Вольфа недооценивали. Со временем были установлены имена еще тысяч западных немцев, работавших на разведку ГДР.

Некоторые открытия поражали. Например, священник Йозеф Фриндт из западногерманского города Дорстена. Он информировал разведку ГДР о положении внутри католической церкви в Западной Германии. Именно он когда-то обратил внимание разведчиков Вольфа на молодого прелата по имени Йозеф Ратцингер, который впоследствии стал папой римским Бенедиктом XVI. То, что пастор Йозеф Фриндт — агент, вскрылось через два года после его смерти.

149 «неофициальных сотрудников» в Бонне и 542 в Западном Берлине работали на Вольфа. А всего в 1980-е годы 1929 западных немцев сотрудничали с внешней разведкой ГДР. За четыре десятилетия помощники Вольфа завербовали в Западном Берлине и ФРГ в общей сложности 12 тысяч человек. И еще многие имена остались неизвестны, потому что в МГБ успели уничтожить относившиеся к ним документы.

Некоторые из агентов гордились своей тайной работой на Министерство государственной безопасности ГДР. В их числе Петер Вольтер. В 1970-е годы он изучал социологию и философию в Университете Мюнстера и присоединился к марксистской студенческой группе «Спартак», которую тайно финансировала ГДР. Часто ездил в Восточный Берлин, где однажды к нему обратились сотрудники разведки. Он стал успешным журналистом, работал в немецком информационном агентстве ДПА, затем в британском агентстве Рейтер. А его родственник служил в ведомстве по охране конституции. Петера Вольтера арестовали после объединения Германии. Он признал, что работал на МГБ, но отказался называть себя шпионом или агентом:

— Я помог Европе полвека сохранять мир.

В единой Германии бывшие сотрудники Министерства госбезопасности получили обычные пенсии. Средняя пенсия в восточной части Германии — 826 евро в месяц.

ГДР — немецкая Атлантида. Навсегда исчезнувшее социалистическое государство. Только в отличие от той Атлантиды ГДР не исчезла бесследно. Ее граждане — восточные немцы — влились в единую Германию. Но одним целым восточные и западные немцы, похоже, еще не стали.

До объединения, когда существовали Федеративная Республика Германия и Германская Демократическая Республика, говорили так: одна нация — два государства. Сейчас говорят иначе: одно государство — две нации.

ГДР исчезла в считаные дни. А она была самым процветающим социалистическим государством. Исчезла с политической карты мира не по воле небесных сил, не по причине природных катаклизмов, не из-за козней врагов и даже не по вине немногочисленных восточногерманских диссидентов, в которых власти видели своего главного врага.

Диссиденты и не помышляли об упразднении ГДР и объединении Германии. Они хотели всего лишь демократизации, политических реформ и экономических преобразований. Для этих людей ГДР была страной, которую они сами создали. Они надеялись, что реформы помогут. До последнего момента повторяли: это наше государство. Верили в возможность усовершенствования, «очеловечивания» социализма.

Вот главный вопрос: почему в ноябре 1989 года народ, выйдя на улицы, в восемь часов утра потребовал смягчения режима, в десять часов — демократии, а в полдень — исчезновения ГДР?

Конечно, создание социалистического государства в Германии было частью сталинского плана преобразования Восточной Европы. И теперь легко говорить, что ГДР была грандиозным экспериментом, заведомо обреченным на неудачу. Но ведь после 1945 года у немцев был реальный выбор: в самом начале существования ГДР и ФРГ они могли свободно перемещаться из одной части Германии в другую, из социализма в капитализм и обратно. В основном, конечно, уезжали на Запад, но кто-то выбирал Восток!

Некоторое время Западная и Восточная Германии развивались как бы параллельно, как близнецы, разлученные в детстве. Но где же развилка? Где один из близнецов, совершив ошибку, выбрал тупиковый путь? В тот момент, когда компартия — СЕПГ — присвоила себе монополию на власть? Когда в Восточной Германии провели полную национализацию и принудительную коллективизацию? Но тогда еще неясно было, к чему приведет такое переустройство экономики. Так когда же проявился характер нового режима? Эту дату можно назвать точно — 17 июня 1953 года.

К тому времени ГДР существовала всего четыре года. Однако уже росло недовольство новым режимом, неспособным разумно организовать жизнь в стране. Но это еще не было катастрофой для ГДР, это был всего лишь кризис. А вот когда демонстрации в Берлине и других городах были разогнаны советскими танками, стал ясен характер режима. До этого не всем немцам было легко сделать выбор между ГДР и ФРГ. Помогли советские танки.

После 1953 года миграция происходила только в одном направлении — на Запад. Власти ГДР пытались остановить беглецов. До возведения Берлинской стены 13 августа 1961 года Восточная Германия потеряла три миллиона граждан. Партийные власти рисковали остаться в одиночестве.

Берлинская стена остановила массовое бегство. Но жители ГДР почувствовали себя заключенными в большом лагере, обнесенном колючей проволокой. Попытка преодолеть стену многим стоила жизни. Покинуть ГДР можно было только одним путем: если попадешь в список тех, кого генеральный секретарь ЦК СЕПГ продавал Западной Германии за полновесные западные марки.

Создание одновременно социалистической ГДР и капиталистической ФРГ было чистым экспериментом. В советской системе ГДР считалась передовой. Но по сравнению с ФРГ у нее не было преимуществ. Экономика ГДР оказалась неэффективной и неконкурентоспособной, ее провал не компенсировали даже замечательные качества немецкой рабочей силы. Социализм построили только в отдельно взятом дачном поселке Вандлиц, где находились виллы партийной элиты.

Но справедливо ли считать Германскую Демократическую Республику маленькой империей зла? Среди ее граждан было немало тех, кто сторонился партии, идеологии, они не были причастны к тому, что творили власти страны.

В городе Халле находится известная психотерапевтическая клиника, принадлежащая евангелической церкви. Главный врач — доктор Ханс-Йоахим Маац, автор нескольких популярных книг. Мы с ним долго беседовали о психологическом состоянии немецкого общества.

— После того как газеты опубликовали списки тех, кто работал на МГБ ГДР, — рассказывал доктор Маац, — многие обратились к нам за помощью. Фактически они хотели исповедаться. Хотели, чтобы им помогли понять, как же они согласились работать на Министерство госбезопасности? Мы пытаемся им помочь, но для этого они должны осознать свою вину, найти ответ внутри себя. Но бывшие агенты ищут себе оправдания. Они не понимают своей вины и всё сваливают на трагические обстоятельства своей жизни. Мы нация соратников. Один поддакивал другому, каждый был частью целого. У всех за спиной большой личный опыт лжи, обмана, отчуждения. Каждый должен бы спросить себя: «Да как же я сумел так приспособиться ко лжи?» Но мало кто ощущает за собой вину. В основном перекладывают ее на других.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация