Книга Майя, страница 143. Автор книги Ричард Адамс

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Майя»

Cтраница 143

– Красивая?

– Такая красавица, что словами не опишешь. Ее красоту в старости даже вспоминать больно. Помнится, от нее будто сияние исходило, свет какой-то неземной – ну, мне тогда так показалось. Конечно, тогда полдень был, солнце светило ярко, но все равно она его затмевала.

– А как она была одета?

– Очень просто, без украшений – да и не нужны ей были украшения, это все равно что розу или там золотую рыбку драгоценностями осыпать. Помню, руки и ноги у нее были голые, а по плечам золотистые кудри рассыпаны, так и сияют. Платье на ней белое, короткое, расшитое летящими птицами, а на голове венок из живых кувшинок, и на шее тоже, вроде как ожерелье. С кувшинок капли воды стекали ей на руки, мерцали на солнце, что твои самоцветы.

– И что, вот так просто и приехала – ни фанфар, ни флагов?

– Ну да. Странно, конечно, теперь такое слышать, но все равно это было очень торжественно. Понимаешь, от неожиданности – вот как проснешься, а за окном снег выпал. Или вот как в лесу на неведомого зверя или птицу натолкнешься, когда не думал и не гадал, что такие на свете бывают. Нет, это трудно описать. Вот и она такая была – живая, из плоти и крови. Смотришь на нее – и глаз не отвести, как от леопарда или от колибри. А еще в ней было что-то такое особенное, какая-то благодать и неуязвимость. Жаль, память у меня уже не та, я всех подробностей не помню, будто полузабытая мелодия – помнишь, что красивая, да только не споешь, хотя очень хочется ее еще раз услышать.

– А король что делал?

– Ну, стоял и ждал, пока лодка не причалит. Во все глаза на красавицу глядел. На нее все смотрели, конечно, но король Карнат настоящим великаном был, выше всех на целую голову. Потом к нему Анда-Нокомис подошел, У-Ленкрит, еще какие-то генералы… Целая толпа набежала, удивительно даже, как никого в воду не столкнули. Так вот, выступил король вперед, хотел помочь из лодки выбраться, а красавица с улыбкой поклонилась и почтительно ладонь ко лбу приложила. Тогда король – вот хотите верьте, хотите нет, – сам король тоже ладонь ко лбу приложил. Тут красавица засмущалась и покраснела, так и вспыхнула, а Карнат ей что-то сказал по-беклански, уж не знаю, что именно. Только он на бекланском наречии плохо говорил, поэтому Анда-Нокомис объяснил, что король считает за честь с ней познакомиться, – я рядом стоял, мне слышно было. А потом они все рассмеялись, потому что Анда-Нокомис хистольский тоже плохо знал. Долго ли, коротко ли, велел король позвать одного из своих бравых командиров, молодого красавца… как же его… катрийское имя у него было… А, Зан-Керель! Он у короля служил, по-чужеземному хорошо говорил, помогал пленников допрашивать и все такое. Вот, значит, вышла она из лодки, а следом за ней старый лекарь У-Нассенда. Анда-Нокомис его королю представил, а король говорит: «Как же, я про вас наслышан! Вы моим солдатам жизнь сохраните, верно?» И тут вдруг красавица вмешалась – хорошо, что я голос ее услыхал, он был такой напевный, медовый, она же родом откуда-то с востока. Так вот, она вмешалась и говорит: «Ах, ваше величество, У-Нассенда мне нужнее – он мою жизнь обещался оберегать». Ну, король ей что-то ответил, шутливо так, а потом и Зан-Керель подошел, и все ушли во дворец.

– Она прямо так с королем и заговорила?

– Ага. Я даже от удивления рот разинул – она с Карнатом будто на равных беседовала. Я только потом сообразил, отчего это. Понимаешь, вот, к примеру, прославленные охотники или там рыбаки лес и реку как свои пять пальцев знают, от этого им почет и уважение. Так что охотник в лесу и в лесных зверях лучше любого короля разбирается. Вот и приходится королю с егерем говорить как с равным, перешучиваться и советы выслушивать. И с этой красавицей было то же самое. Конечно, всем хотелось с ней поближе познакомиться, только чувствовалось, что она особенная. Такую красоту нельзя не уважать. Понятно, что субанцы ее отпускать от себя не хотели – она им удачу приносила. Вот и мне повезло в тот день, что я ее увидел.

– Дедушка, а потом что было?

– Ох, потом много всякого было, вот послушайте…

49
Выбор клинка

За ужином Майя, сидя между Зан-Керелем и Байуб-Оталем, изо всех сил старалась вести себя просто, но с достоинством. Время от времени король, сидевший по левую руку Зан-Кереля, наклонялся и заговаривал с ней. Майя отвечала ему тепло, но сдержанно, понимая, что заигрывать не стоит. Карнат не скрывал своего восхищения, но к этому Майя привыкла, однако догадывалась, что он не желает вызывать недовольства Байуб-Оталя, который помог ей сбежать из Беклы. Король слыл великим военачальником и полководцем, подданные его обожали и чуть ли не обожествляли. Он держал себя как истинный повелитель, ни на миг не забывая о своей власти и могуществе, хотя дружелюбно, с искренним радушием и теплотой обращался и к своим командирам, и к субанским союзникам. Майя решила, что ему не хочется, чтобы поползли слухи о его увлечении красавицей-тонильданкой, но если он того пожелает, то тайно пошлет за ней, как Кембри, – в конце концов, на то он и король. Она улыбалась, на вопросы отвечала прямо, без лукавства, с похвалой отозвалась о его войске и о Терекенальте, хотя почти ничего не знала об этом крае. Когда Карнат спросил ее о Бекле, Майя сказала, что там она была несчастлива и что очень рада своему избавлению и приезду в Субу.

И все же, несмотря на то что Майю осыпали всевозможными почестями и оказывали ей знаки внимания, больше всего ей хотелось сбежать из Субы. После торжественного прибытия в Звездный дворец несколько знатных субанок велели своим служанкам помочь Майе совершить омовение, накормили ее и предложили ей на выбор свои наряды, ахая и восхищаясь ее сходством с Нокомисой. Майя сдержанно поблагодарила их и в очередной раз заверила, что, насколько ей известно, она не родственница легендарной Субанской стрекозы.

Скромные наряды субанской знати не шли ни в какое сравнение с бекланскими. Майя выбрала самый подходящий – светло-серое платье с пышной юбкой, усыпанной золотыми звездами, – вымыла голову, заколола кудри красивыми гребнями и надела ожерелье из прозрачных тельтеарнских аквамаринов. Субанки заверили ее, что выглядит она чудесно, но на их мнение Майя полагаться не стала и горько пожалела о том, что зеркал в Мельвде не было.

Ее страшила мысль о жизни в Субе – так называемый дворец мало чем отличался от лачуги на озере Серрелинда. Чумазые слуги в обносках никого не удивляли; горячая вода для мытья была мутной и пахла тиной; тонкие полотенца мгновенно промокали. Когда Майе предложили выбрать платье, из распахнутой дверцы кладовой порскнули полчища жуков или тараканов, но знатные дамы не выказали ни малейшего испуга или удивления.

Впрочем, Майю несколько утешило отведенное ей жилище: никаких лесенок в нем не было. Крохотный уютный домик стоял на вершине невысокого холма, окруженный лужайками и цветущими кустарниками. За ним простирались поля, а далеко, у самого горизонта, виднелся лес. Деревянный стол, сундуки, табуреты и лавки были мастерски сколочены. В спальне стояла широкая кровать с мягким тюфяком, набитым осокой, – Майю поселили в лучшем доме для гостей, где обычно жили супружеские пары.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация