Книга Гагара, страница 29. Автор книги Надежда Васильева

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Гагара»

Cтраница 29

Пока Галина Ивановна смазывала чем-то его ссадины, Рита зашила и постирала его футболку. Митька тут же натянул ее, сырую, на голое тело и, буркнув: «Спасибо. Я пойду», – заторопился к двери.

– Что так быстро? – удивилась Галина Ивановна. – Садитесь с нами чай пить, молодой человек. У нас есть вкусные пирожные.

– Извините, в другой раз. – А про себя подумал: «Еще, чего доброго, отец прибежит. Он – шальной. Не щелбанов, так подзатыльников надает. Стыда не оберешься…»

Но отец, к Митькиному удивлению, спокойно смотрел по телику ужастики. Наверное, Валентин Петрович провел с ним подготовительную работу.

– Рассказали мне про твои «боевые подвиги». Поделом тебе! Не будешь шастать где не надо. Еще раз сбежишь – ремень привяжу и, как щенка, на поводке таскать за собой буду. Понял?

«Дурак!» – подумал Митька. Разговаривает, как с пятилетним. А он, Митька, насквозь его видит, каждую мысль читает. Ну вот – на часы смотрит. Сейчас скажет: «Я до дяди Жоры дойду. В шахматы сыграем». А сам с Бегемотом на дискотеку двинет. Вот и все шахматы. Придумал бы что-нибудь другое. Так, видно, фантазии не хватает. И что он с этим Бегемотом связался? Есть же нормальные мужики. Вот Валентина Петровича взять. Глаза умные, добрые, спокойные, как у деда. А Бегемот – пародия на мужскую половину человечества. Словно только для того и создан, чтобы другим показать, какие мутанты бывают на свете! Одно на уме: пиво, анекдоты да женщины! Будто из джунглей его выпустили. Пьяный в поезде нюни распустил: «Жена от меня ушла!» Да какая с таким жить будет?

– Ну, я пойду? – подкидывая в руке ключи, то ли сказал, то ли спросил отец.

«Вали!» – про себя разрешил ему Митька. А вслух буркнул:

– Угу!

– Ты давай спать ложись.

– А я что делаю? – беззлобно огрызнулся Митька и стал разбирать постель.

Как только дверь за отцом захлопнулась, Митька стал рисовать в своем воображении Риту. Представил ее врачом, в белом халате и колпачке. Галина Ивановна говорила, что они с мужем из династии врачей и что девочки тоже по их стопам пойдут. Неудивительно. Рита могла бы лечить одним прикосновением руки. Интересно, она с кем-нибудь из парней дружит? Неужели кто-нибудь берет ее за руку? От такого счастья умереть можно! Он бы не посмел! А что она кричала, когда бежала к нему? Ведь что-то кричала: он хорошо это помнит. Только что? Увидел ее – и забыл про все на свете. Вот приеду в деревню, расскажу про Риту деду. Тот не отец – смеяться не будет.

Однажды дед рассказывал, как они с бабушкой познакомились. В конце войны, на год постарше Митьки были, работали на военном заводе, делали снаряды. Бабушка с голоду упала в обморок. Дед к ней первым подбежал. После этого частенько отдавал ей свою пайку, а сам варил в котелке кору деревьев. Надо будет завтра купить Рите мороженое. Хотя почему только Рите? И Светлане, и Галине Ивановне. Дарить – так всем. А то еще чего подумают…

Засыпая, снова увидел Риту. Она кружилась по сцене летней эстрады. На ней было длинное бальное платье с разрезами, сквозь которые мелькали красивые загорелые ноги. Она порхала по сцене бабочкой. И Митька не мог оторвать от нее глаз. Но вдруг, откуда ни возьмись, у сцены появился Бегемот и стал пытаться рукой схватить Риту за ногу. У Митьки помутилось в глазах. Он кинулся к Бегемоту и стал изо всех сил колотить его по толстой спине. Но спина у Бегемота была железной. Он разбил об нее все кулаки в кровь. А Бегемот хохотал.

В комнате что-то загремело. Митька открыл глаза, включил ночник. Отец, пробираясь к кровати, в темноте опрокинул стул. От него несло водкой. Часы на телевизоре показывали четыре утра. Митька перевернулся на другой бок. Выключил ночник. Дорвался! И почему мужчины изменяют своим женам? Вот если бы Рита была его женой, разве стал бы он ее обманывать? Неужели отец маму не любит? Она ведь красивая. Наденет голубой сарафан на тонких бретельках – вообще как девушка. Может, его раздражает то, что она на дедушку похожа? Глаза такие же, большие и голубые. А вот характером – в бабушку. Суетится много. Или все женщины такие? Нет, Рита другая – спокойная, с достоинством, как Валентин Петрович. И все-таки где ее завтра найти?

Ответить себе на этот вопрос Митька так и не успел – уснул.

Вождь темнокожих

Утром первым делом взглянул в зеркало. Слава богу! Губы нормальные. И даже улыбнулся. Синяки посветлели. Ну а шрамы и ссадины, как сказал бы дед, только украшают мужчину.

Отец встал весь опухший. Ну и наклюкался вчера! И всему виной этот Бегемот! Надо было ему к ним в купе подселиться! Отец молчал. Ему было не до разговоров. Через каждые пять минут пил воду из-под крана. У них там, «на Будуне», была явная засуха! Услышанные в дороге анекдоты Бегемота невольно иллюстрировали каждую мысль, ярко высвечивая ситуацию.

На пляже искал глазами Риту. Но их семьи нигде не было видно. Пройти бы по берегу, да отец не отпустит. Это факт. Упрашивать его бесполезно. Злющий с похмелья. Пошел искупнуться. Что ни говори, а купаться в море – кайф! Особенно когда есть волны. Облизывают тебя пенистым ртом. Сначала никак не мог привыкнуть к медузам. Скользкие и противные, как лягушки. Прикоснутся – и на коже остается краснота. Правда, крапивят не все, а только те, у которых в середине рисунок. Вдруг из воды вынырнула голова в маске. Глаза смеются. Где же он видел этого парня? Хотя где он мог его видеть? Это болгарин. А парень между тем снял маску и протянул ему руку.

– Прывет! Прыми мои поздравлэния! Я и ты – друзия!

Митька ничего не понял, но руку пожал.

– Прошу прощэния за вчера. Это был экзамэн. Ты – молоток! Нэ трусы!

И только тут до Митьки дошло: вчерашний вождь аборигенов! Ухмыльнулся.

– А! Это ты!

– Нэ сэрдись! – хлопнул его по плечу парень. – Давай будэм друзия! – И радушно протянул руку. – Как тэбя зовут?

– Дмитрий. А тебя?

– Званэк. Умеешь доставать рапаны?

– У нас их нет.

– А что есть?

– Раки.

– Краб?

– Ну, наподобие. Кто тебя научил русскому?

– Мама. Она учитэль русского языка.

– Понятно.

– Тебе сколько лет?

– Скоро тринадцать будет, – для солидности малость приврал Митька. До тринадцати нужно было еще жить и жить, целых десять месяцев.

– И мне тринадцать. Спортом занымаешься?

– Времени нет. На гитаре учусь играть.

– А на каникулах что дэлаешь?

– В деревню езжу.

– Кто твой друг?

– Из ребят – Витька Смирнов. Одноклассник мой. А по большому счету – мой дед, – не задумываясь, ответил Митька.

– У мэня нэт дэда.

– Жалко. Умер?

– Давно.

– Не повезло.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация