Книга Зеркало Рубенса, страница 52. Автор книги Елена Селестин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Зеркало Рубенса»

Cтраница 52

«Она удивительная, моя Сусанна, нет такой другой женщины, все чувствует и все способна понять! – мысленно восхитился Рубенс. – Скоро я расскажу ей про зеркало и признаюсь, что теперь для меня только она, моя Сусанна, – живительный источник! А может, я смогу вернуть зеркало и тогда расскажу ей о нем?»

– А вторая часть?

– Меня всегда удивляло: в зеркало смотрится одна женщина, а отражается в нем другая. Будто в зеркале лицо итальянки, а здесь, перед нами – профиль фламандки. Посмотрите сами!

Рубенс вглядывался в картину, однако в комнате было почти темно.

– Я схожу за огнем на кухню! – сказал он, но остался стоять рядом с Сусанной.

– Ну, а другая часть – нижняя! Никогда не могла понять, почему у нее такая толстая задница! – Сусанна расхохоталась, словно крестьянская девчонка на ярмарочном представлении, приседая и хлопая себя по бедрам.

– Огромная! Не обижаетесь? Нет?..

Она подошла и прильнула к нему на мгновение, будто извиняясь за свой смех, он почувствовал ее тепло и аромат волос. Сусанна быстро отстранилась и побежала к двери, но вернулась, схватила руку Рубенса и поцеловала, а потом протянула руку для поцелуя. Он выкрикнул, удерживая ее:

– Твой отец не может знать, где ты катаешься по утрам и кого встречаешь по дороге!

Сусанна в полумраке приложила палец к губам:

– Тс-с-с… Нам лучше не делать ничего запретного. Лучше не надо.

Счастливый Рубенс остался стоять перед своей Венерой.

Ла-Манш, вблизи острова Ре, королевское судно «Св. Георгий», август 1628 года

Бэкингем устроился в кресле напротив картины, перед которой было устроено подобие алтаря, и закрыл глаза. Сначала он представлял лицо Анны Австрийской, затем медленно приподымал веки и взглядывал на картину, выхватывая все новые детали, любуясь телом женщины, которая спала, раскинув руки. Затем герцог извлек из шкатулки крупный изумруд и, сощурив один глаз, принялся рассматривать картину сквозь прозрачный камень. Подушки, на которых лежала дама, сделались лиловыми. Кожа спящей женщины засветилась нежным фиалковым светом…

Герцог взял из шкатулки почти черный сапфир и сказал громко, таким тоном, будто был не один:

– Никто не посмеет помешать мне, я спасу вас от бесов! Нет – от демонов, что окружают вас… Ваше Величество Красота!

Он достал из-под камзола небольшое бронзовое зеркало с фигурной костяной ручкой, поднялся, положил зеркало и драгоценности перед картиной и отошел, любуясь композицией.

– Милорд. – Граф Холланд прятался за портьерой, понимая, что отрывать герцога от сладких грез опасно. – Там лейтенант Фелтон снова требует аудиенции…

– Сказал ведь, он мне надоел, как с-собака.

Холланд растерялся: Фелтон прорвался на корабль с бранью, грозился всех перебить, если его не пропустят в личные покои герцога. И куда только запропастился Жербье – единственный человек, способный смягчить гнев герцога!

– Ненавижу! Когда мешают думать! – заорал герцог. – Тащи Фелтона сюда. Нет, погоди, я сам выйду. Построй-ка офицеров на верхней палубе: я дам урок политеса этому дубине.

Эскадра, возглавляемая герцогом Бэкингемом, осадила форт Сен-Мартен на острове Ре, занятый французским гарнизоном, и готовилась к штурму. Англичане прибыли сюда десять дней назад, и не проходило суток, чтобы герцогу не докладывали о подвигах Фелтона: то он во главе маленького отряда ночью пробрался в Сен-Мартен и вывел из строя несколько артиллерийских орудий французов, то взорвал строение, похожее на продовольственный склад. Сегодня с утра доложили о пленных, которых захватил все тот же лейтенант.

Шествуя вдоль шеренги подобострастно вытянувшихся офицеров, Бэкингем припомнил еще одну подробность: Фелтон родом из того же запыленного Лейчестершира, что и он сам. Это означало, что храбрый лейтенант прекрасно представляет себе историю восхождения всесильного герцога, знает, из каких низов ему пришлось пробиваться.

– Ты! – Герцог остановился напротив Фелтона, сощурил глаза и угрожающе поднял подбородок.

– Джон Фелтон, милорд, готов служить Англии, его величеству королю и вашему высочеству! – Юноша выпятил грудь и сделал два шага вперед. – Осмелюсь доложить, утром мною захвачено несколько французских солдат с пятью мушкетами, а также дворянин, как выяснилось – маркиз, наверняка осведомленный о плане кампании. Я прошу разрешения допросить его! И еще: я подготовил прошение с просьбой назначить меня капитаном брига «Мэри-Роуз» на место погибшего лейтенанта Уотсона, сэр.

И Фелтон протянул герцогу свернутую в трубку бумагу.

«Храбрый наглец». – Бэкингем внезапно почувствовал симпатию к бравому земляку. О Фелтоне рассказывали, что однажды он вызвал на дуэль некоего дворянина, но тот отказался от поединка с человеком столь низкого звания, и Фелтон в знак презрения послал обидчику отрезанную фалангу собственного пальца.

– Как, ты сказал, тебя зовут? – холодно прищурил глаза Бэкингем и машинально перевел взгляд на руки лейтенанта.

– Джон Фелтон, милорд.

– Тааа-ак. Эсквайр? Фелтон-баронет? – Герцог повысил голос. – Я что-то о таком не слыхал!

По рядам офицеров пронеслись угодливые смешки.

– Джон Фелтон, сэр.

Лейтенант страшно побледнел.

– Ага. Просто Джон Фелтон требует в управление корабль с сорока двумя орудиями, боевой корабль второй линии его величества короля Англии. – Бэкингем ловко щелкнул по свитку прошения, тот выпал из рук юноши и упал в лужу.

Про себя герцог решил, что за храбрость в скором времени пожалует Фелтону какой-нибудь титул. Шхуну «Мэри-Роуз», разумеется, надо дать ему в командование, пусть геройствует и показывает пример другим. Но сперва надо паренька проучить, чтобы тот в будущем был послушнее.

Офицеры хохотали, но трое из них вцепились в руку лейтенанта, схватившегося за шпагу. За спиной герцога возник Жербье, что-то негромко сказал.

Бэкингем тотчас, забыв о Фелтоне, вместе с Жербье направился к себе в каюту. Офицеры растерянно переминались с ноги на ногу, боясь нарушить строй.

На ходу герцог крикнул:

– Привести ко мне того пленного французского маркиза, буду ужинать с ним тет-а-тет!

Мадрид, дворец Реал Алькасар,

осень 1628 года

Филипп IV – инфанте Изабелле

Мадрид, 6 июля 1628 года

Светлейшая государыня,

…Поскольку Рубенс дал понять, что приедет сюда, если ему это прикажут, и привезет находящиеся у него письма и бумаги, касающиеся переговоров с Англией, то было бы хорошо, чтобы Вы предложили ему это исполнить.


Мнение испанского короля о возможной роли художника в переговорах изменилось: за считаные месяцы Франция окрепла и стала нападать на земли Габсбургов, правителей Мадрида. Ришелье грозил захватить Эльзас и Лотарингию, а там – кто знает? – и приступить к разделу испанской Фландрии. О планах кардинала можно было прочитать даже в парижской газете: «Габсбурги не имеют никаких прав на территорию, лежащую по левую сторону Рейна, – писал французский журналист, – так как эта река в течение 500 лет служила границей Франции. Права испанских Габсбургов зиждятся на узурпации!»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация