Книга Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера, страница 67. Автор книги Олег Пленков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера»

Cтраница 67

СД передавала, что в начале 1940 г. среди лейпцигской молодежи были популярны клубы, в которых танцевали и слушали джаз, причем особенно популярен был свинг, имевший негритянское происхождение. Последнее обстоятельство особенно раздражало нацистских ревнителей национальной культуры и музыки; кроме того, юно воспринималось как нонконформизм. Чтобы воспрепятствовать распространению в молодежной среде западной культуры и музыки, нацисты стали ограничивать возможности общения молодых людей: 9 марта 1940 г. вышло полицейское распоряжение, запрещающее молодым людям до 18 лет с наступлением темноты появляться на улицах, им было запрещено ходить на вечерние сеансы в кино и появляться после 19.00 часов в кабаре, клубах и ресторанах. Детям до 16 лет не продавали спиртные напитки и табак, а за курение в публичных местах их наказывали .

Деятельность оппозиционных групп (независимо от направления) в молодежном движении ограничивалась совместным времяпровождением (помимо ГЮ), включавшим туристические поездки, обсуждение актуальных проблем, сочинение и распространение печатных материалов, имеющих оппозиционный характер. Функционеры ГЮ расценивали как «моральное разложение нации» всякие попытки открытого публичного обсуждения острых проблем; за это наказывали сначала родителей, а по достижению совершеннолетия — и самих активистов. С началом войны молодежные «банды» (по определению властей и ГЮ) пытались устраивать настоящие акты саботажа, устанавливали контакты с военнопленными и иностранными рабочими, распространяли «пораженческую» информацию о положении на фронтах и т. п. Эти попытки, однако, ни в один из моментов истории Третьего Рейха не носили организованного характера . В целом, однако, во время войны обозначилась устойчивая негативная по отношению к режиму линия поведения некоторых молодых людей; так, летом 1943 г. — после Сталинграда, после выхода Италии из войны, накануне третьей русской зимы вермахта — СД составили сводку «Отношение молодежи к партии». Сводка была представлена руководителю отдела Олендорфу и, поскольку она носила чрезвычайно негативный характер, тот приказал ее переделать. Олендорфу и без того часто доставалось от начальства за непредвзятые и точные социологические анализы общественного мнения (что, собственно, и рассматривалось им как главная задача отдела). Однако и смягченный по его приказу вариант отчета чрезвычайно не понравился Борману. В сводке речь шла о празднике приема в партию юношей 1924 и 1925 гг. рождения, которые крайне индифферентно отнеслись к этому событию; имели место даже негативные высказывания о необходимости вступления в партийные подразделения. Авторы сводки пеняли на негативное влияние на юношей родителей, церкви , но причиной этого было военное положение Рейха, которое все очевидней указывало на приближающийся крах. Кроме того, для немецких подростков военной поры борьба Гитлера за власть, разрушение им Версальского диктата и преодоление следствия незаслуженного поражения в войне — Веймарской республики — было далекой «историей», которую они сами не пережили и не понимали ее пафоса. Сама НСДАП для молодежи уже не считалась революционной силой молодежного происхождения, но являлась частью истеблишмента со всеми вытекающими отсюда последствиями. Партийные символы веры многие молодые люди считали искусственными, устаревшими, натянутыми; они воспринимали их лишь nolens volens.

Негативно расположенную к режиму молодежь можно разделить на следующие группы. Во-первых, это стихийные, отчасти анархистские банды криминального характера, часто следствие безотцовщины; во-вторых, группы бюндише, культивировавшие старые романтические ценности; в-третьих, политические оппозиционные группы, например, такие, как «Охотники за эдельвейсами» (эта кельнская группа была обнаружена и уничтожена гестапо в ноябре 1944 г.); в-четвертых, молодежные группы прозападной, часто англофильской ориентации.

Особенную активность молодежных банд СД отмечала в 1943–1944 гг. Так, в сентябре 1944 г. кельнская банда Ханса Штайнбрюка (1921 г. рождения) ночью после бомбежки похитила тонну сливочного масла стоимостью в 120 тыс. рейхсмарок. На эти деньги молодежь купила оружие и снаряжение. Банда быстро росла, к ней охотно присоединялись дезертиры, «Пираты эдельвейса». Идеей Штайнбрюка было захватить остров на озере недалеко от Кельна и оборонять его от нацистских властей, создав таким образом свой собственный мир, свободный от войны. Однако кто-то донес, и подругу Штайнбрюка арестовали. Тогда он решил вместе со своими дружками штурмовать здание гестапо. Штурм не увенчался успехом, несмотря на то, что один эсэсовец был убит . Штайнбрюк был арестован и 10 ноября 1944 г. повешен вместе со своими сообщниками. Кто они были: бандиты или борцы Сопротивления?


Следует отметить, что немецкое молодежное Сопротивление было цепью усилий — при недостаточных средствах и крайне неблагоприятных условиях — избежать фронтального унификационного давления ГЮ, но эти усилия к явным переменам не привели: это было следствием не столько слабости Сопротивления, сколько специфики действительности тоталитарного общества. Эта действительность, как мы сейчас знаем, не оставляла никаких шансов на успех; попытки вызвать массовое сопротивление в условиях тоталитарного общества нужно рассматривать как бесперспективные и опасные. Молодежи, однако, свойственен возвышенный и романтический подход к действительности, поэтому и попытки молодежного Сопротивления в Третьем Рейхе нельзя рассматривать, опираясь на критерии взвешенной реалистической политики. Тем более что эти попытки имели высокие моральные цели: восстание против политической системы, разрушающей личность, системы, формируемой бесчеловечными и бесплодными «идеалами» или, как писали в листовке молодежной группы Сопротивления «Белая роза» [39], «нельзя позволить управлять собой клике властителей, руководствующихся безответственными и необузданными инстинктами». С другой стороны, нельзя втискивать наши знания о молодежном Сопротивлении в рамки морализирования, сколь важным оно бы ни было: реальная жизнь, особенно жизнь ребенка и юноши, протекает в других измерениях, которые могут не иметь никакого отношения к политике и морали. Немецкая молодежь подвергалась исключительно сильному давлению и военной муштре; огромное количество детей с 10 лет практически служило в армии, и чем ближе приближался срок призыва, тем интенсивнее становилось это давление. Прецеденты политического Сопротивления ГЮ и режиму в целом в молодежной среде были: можно указать на группы «Белая роза» или «Охотники за эдельвейсами», но такая активность требовала исключительного мужества, так как плата за нее всегда была одна — жизнь, поэтому требовать и ожидать такого мужества от всех было невозможно.


В заключении следует подчеркнуть, что, несмотря на особенный характер нацистского молодежного движения в рамках ГЮ, его нельзя представить вне традиции немецкого молодежного движения, которое еще на рубеже веков твердо установило, что молодежью может руководить только молодежь, что молодежное движение должно отражать национальное единство вне зависимости от социальных рамок и барьеров. ГЮ нельзя представить без традиционной антибуржуазности немецкого молодежного движения, без его специфической активности в туризме, без песен у костра, без народных игр, ставших выражением романтизма и протеста против мещанства.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация