Книга Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера, страница 77. Автор книги Олег Пленков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера»

Cтраница 77

Не меньшим радикалом и сторонником «истинного» национального социализма был и Отто Вагенер, образ мыслей которого долго был близок Гитлеру. Для того, чтобы воспрепятствовать Вагенеру стать министром экономики, Геринг убедил Гитлера назначить на этот пост Курта Шмитта, директора мюнхенского страхового общества «Альянс» . Шмитт, разумеется, представлял интересы прежде всего бизнеса, а не социалистов из НСДАП. Шмитт и подобные ему политики — при помощи ловкого трюка с разделением капитализма на «грабительский еврейский» и «производственный творческий арийский» — смогли избежать необходимости критики капитализма как такового и превратили предпринимателя в «вождя предприятия», для которого более важной является общая польза и общее благо. Наемные работники должны были стать его послушной «дружиной», действующей заодно с вожаком во имя процветания нации. Неуемное стремление некоторых предпринимателей к наживе и беспощадной эксплуатации рабочих были объявлены нацистами проявлением «бесхарактерности», которую следовало карать учрежденным для этого судам чести. Такие угрозы многие предприниматели справедливо воспринимали как фарс. При этом Гитлер не раз высказывался в том смысле, что главную долю ответственности за классовую борьбу несут не рабочие и их идеологи, а падкие до наживы буржуи . Правда, не менее часто он говорил и о происках евреев.

Как бы там ни было, но Гитлеру в исторически короткий срок удалось при помощи сочетания позитивных и репрессивных действий (масштабы и размах сопротивления коммунистов и социал-демократов не были большими) унифицировать самое мощное в Европе рабочее движение. Этот несомненный и быстрый успех в формировании новой рабочей политики свидетельствует о наличии динамики в действиях нацистов, а также об их умении формулировать притягательные для рабочих цели социальной политики и реализовывать их на практике.

Труд и занятость рабочих во время войны

В Германии во время войны положение в сфере занятости радикально отличалось от других западных стран, где сохранялась высокая безработица, и массовый призыв в армию только сбалансировал занятость; в Третьем Рейхе необходимость формирования все новых крупных военных соединений действовала подобно помпе, высасывающей не только гражданские структуры занятости , но и негативно действующей на военное производство. Уже летом 1939 г. вермахт изъял из производства 2,5 млн. военнообязанных. Проблема усугублялась тем, что полная занятость в Германии была достигнута за счет форсированного производства вооружений, а заменить военнообязанных, уходящих в армию, было некем.

Если в первый период войны как солдат, так и рабочих, было достаточно, то с началом войны на Восточном фронте положение резко изменилось в худшую сторону. Приоритет, естественно, был отдан армии, и из-за призыва на военную службу ощущалась нехватка рабочих: между маем 1939 и маем 1942 гг. было призвано 9,7 млн. мужчин, оставивших рабочие места. К таким потерям нацистская система занятости не была готова; учет рабочей силы был поставлен плохо: система «трудовых книжек», созданная министерством труда, учитывала только занятых, не имеющих самостоятельного дела, и оставляла неучтенными всех остальных (крестьян, ремесленников, лиц свободных профессий); так называемая «народная картотека» (она должна была учесть все трудовые ресурсы Германии) к 1939 г. еще не была готова и только выходила из стадии планирования. В результате этой неразберихи к началу войны была учтена только половина занятых, что стало серьезной помехой для мобилизации.

Первоначально все рабочие военных предприятий получали «бронь» (освобождение от военной службы), поэтому каждое предприятие стремилось получить военный заказ и сохранить таким образом квалифицированных рабочих, машинный парк и складские помещения. Это приводило к распылению военных заказов. Хотя с началом мобилизационных мероприятий «незаменимые» специалисты (рабочие и инженеры) были освобождены от военной службы, но они рассматривались как мобилизованные и должны были считаться с отрывом от семьи, казарменным положением и снижением оплаты труда. «Бесполезные» в военное время предприятия закрывались, а специалистов переводили оттуда на военное производство, что, понятно, также не вызывало восторга у рабочих.

Потребность в «пушечном мясе» росла, и соблюдать систему «брони» (к началу операции «Барбаросса» ее имели 5 млн. немецких рабочих) уже было трудно; тогда перешли к беспрецедентной практике отзыва солдат из действующей армии и возвращения их на время в военную промышленность. Но такая практика была возможна только при среднестатистических потерях, ведь каждая фронтовая потеря ощущалась вдвойне — и на фронте, и в тылу: нужно было найти замену и погибшему или раненому солдату, и потерянному для производства специалисту. На подобный риск мог пойти лишь тот, кто был убежден в абсолютном успехе своего стратегического планирования ; эта убежденность Гитлера, казалось, на самом деле сработала в сенсационной победе над Францией, где вермахт имел глубоко эшелонированные оперативные резервы, которых у вермахта летом 1941 г. в СССР почти не было, да и не могло быть хотя бы в силу совершенно немыслимых масштабов кампании.

На вакантные рабочие места первоначально начали вербовать иностранцев из Польши, Голландии, Бельгии, Люксембурга, Норвегии и Дании. Ответственным за вербовку был гитлеровский уполномоченный по рабочей силе Фриц Заукель [42] (гауляйтер Тюрингии, бывший моряк и фабричный рабочий), который пообещал быстро привлечь 5 млн. иностранцев, преимущественно западных рабочих (их не нужно было изолировать и охранять). Рабочие западных стран, однако, не особенно охотно ехали в Германию, и Заукель начал переходить к практике передач военных заказов западноевропейским заводам, которые за это освобождались от мобилизации рабочих в Германию. Эта политика, впрочем, не имела особого успеха, и Заукель организовал охоту за людьми: миллионы людей по всей Европе, — кто обманом, а кто и силой, — были вывезены в Германию для работы на полях и заводах. Интересно, что Заукель серьезно относился к обещаниям, данным людям, отправлявшимся на работу. Во Франции, например, он заключил своеобразную сделку с добровольцами: военнопленным предложили немедленное освобождение, если они подпишут контракт и поедут работать на немецких фабриках. По условиям еще одного договора предлагалось освободить одного военнопленного в обмен на трех добровольцев, которые согласятся покинуть Францию и поехать в Рейх . До конца 1941 г. призывам немецких вербовщиков в западных странах последовало 300 тысяч человек. Уполномоченные Заукеля носили армейскую форму: и сам Заукель и Гитлер считали организацию подневольного труда приравненной к участию в военных операциях.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация