Книга Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера, страница 84. Автор книги Олег Пленков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Тайны Третьего Рейха. Спартанцы Гитлера»

Cтраница 84

Хотя технократы, военные и промышленники наставали на введении обязательной женской трудовой повинности, партийная верхушка была против социальных перегрузок, в итоге примат политики оказался решающим фактором. Вернее, не примат политики, а, как доказала в своей монографии Дора Винклер, личные убеждения Гитлера были главным препятствием введения женской трудовой повинности в полном масштабе . Руководителям экономики оставалось одно — призвать женщин сознательно и добровольно помочь стране в трудный час; развернулась широкая пропагандистская кампания, которая, правда, никаких ощутимых результатов не принесла: слишком мало женщин откликнулось на гитлеровский призыв (по указанной уже причине меньшей моральной мобилизации и патриотического воодушевления, чем в Первую мировую войну).

Годичная трудовая повинность (РАД) для женщин старше 25 лет (с 1939 г.) ничего не меняла в принципиальной ориентации Гитлера и в фактическом положении в женской занятости. Хотя женская РАД во время войны — с введением обязательной трудовой повинности для девушек в сентябре 1939 г. и с изданием в 1941 г. «Закона о вспомогательной военной службе» — превратилась в массовую организацию — на деле число работающих женщин с 1939 до 1941 гг. даже сократилось на 0,5 млн., что было обусловлено уже указанными причинами: выплаты родственникам солдат были такие, что многие женщины бросали работу или, в отличие, например, от английских жен и матерей солдат, вынужденных работать по необходимости, — довольствовались уже имеющимися средствами. К 1941 г. из 3 миллионов женщин в возрасте от 17 до 45 лет работой было охвачено лишь 0,9 млн . В июне 1941 г. Геринг попытался вернуть на производство всех женщин, покинувших работу с началом войны. В народе это было воспринято негативно, поскольку указ не касался тех, кто до 1939 г. нигде не работал; реакция была такова: «обманывают только простых людей». Доверенные лица СД доносили: простой народ недоволен тем, что дам из высоких социальных слоев не принуждают идти на фабрики . Еще раньше — 13 февраля 1941 г. — Геббельс выдвинул лозунг занятости бездетных женщин с 14 до 40 лет и началась пропагандистская кампания под лозунгом «женщины приближают победу». СД в своих «Вестях из Рейха», однако, передавала, что пропагандистские призывы не возымели на женщин никакого действия .

После поражения под Сталинградом Гитлер был вынужден принять решение о трудовой мобилизации — 13 января 1943 г. был выпущен «Указ о всеохватывающей мобилизации мужчин и женщин на решение задач обороны Рейха». По этому указу еще не охваченные мобилизацией должны были явиться в местные отделения ведомства труда: мужчины с 16 до 65 лет, женщины — с 17 до 50 лет. Исключение делалось для женщин, имеющих детей с 2 до 14 лет, студенток и беременных. В указе было много неясностей: например, было не понятно — рассматривать ли женскую работу в благотворительных организациях как достаточную для освобождения от мобилизации, или нет. Указ был нацелен на многомиллионную группу незанятых женщин, но он не имел никакого эффекта, так как предусматривал огромное количество исключений и никаких наказаний . Желающие увильнуть от работы находили в указе сколько угодно лазеек, поэтому в народе этот указ прозвали «резиновым» (Gummi-Verordnung) . Более жесткие мобилизующие средства находились в руках Гитлера, но он не желал прибегать к ним по идеологическим мотивам . Ясно, что идеологические и рациональные мотивы нацистской женской политики явно вошли в противоречия, и предпочтение было отдано первым. До конца 1943 г. 3,1 млн. женщин заявило о своем желании работать, из них пригодными к работе было признано 1 235 000 человек; причем половина была занята только часть рабочего дня. Указ принес больше вреда чем пользы, так как семьи чиновников, служащих, офицеров и людей свободных профессий были возмущены «большевистскими методами» трудовой мобилизации и вмешательством в частную жизнь. Дамы из средних и высших слоев общества избегали работы, пользуясь связями, отъезжая в деревню или получая легкую работу в каких-либо бюро .

В итоге результаты акции Заукеля (ответственного за трудовые ресурсы) были мизерными: удалось мобилизовать только 1,3 млн. человек, из них 1,2 были женщины, из них только 70% работало полный день, а остальные — полдня . Прибегать же к репрессивным мерам можно было только с разрешения Гитлера, который от них решительно воздерживался, и «тотальная» мобилизация была таковой только на словах. Министр вооружений Альберт Шпеер часто просил Гитлера заменить плохо и неэффективно работающих военнопленных немецкими женщинами, но каждый раз следовал отказ — из опасения причинить немкам психический и моральный ущерб, который мог негативно повлиять на женское психическое состояние и, следовательно, на потомстве. Шпеер вспоминал, что Гитлер в 1941 г. мог бы иметь гораздо большую армию, если бы в таких же масштабах, как в США или в Англии, увеличил женскую занятость. Тогда почти 5 млн. немецких женщин заменили бы на производстве более 3 млн. мужчин, которых можно было мобилизовать в армию и вермахт увеличился бы по меньшей мере на треть .

17 января 1943 г., с началом «тотальной войны», в геббельсовской еженедельной газете «Рейх» была опубликована передовица самого министра пропаганды, в которой констатировалось, что «тотальную войну» приветствуют во всех слоях населения Германии. Информаторы СД сообщали, что немцы говорили о том, что давно уже следовало реализовать крутые меры по мобилизации всего населения. В то же время в отчетах СД подчеркивалось, что многие немцы вовсе не были уверены, что возможно реальное осуществление этих мер. Так, никто не верил, что трудовая мобилизация коснется дам из высшего общества . В «Вестях из Рейха» прямо говорилось, что в провинциальных немецких городках никто не верил, что жену местного бургомистра или прокурора можно будет принудить к работе . На самом деле, немецкие женщины из высших слоев общества были вообще освобождены от каких либо повинностей, что, конечно, осознавалось нацистами как социальная несправедливость и противоречила их доктрине, но этот вопрос старательно замалчивали: Гитлер отвергал уравнение женщин как коммунистическое, а Геринг цинично заявлял, что кобылу хорошей породы нельзя впрягать в плуг. В этой связи у руководства женским движением возникли большие трудности с трудовой мобилизацией женщин из буржуазной среды — нужно было как-то реализовывать представления о национальном единстве и об одинаковом распределении тягот . Эти «трудности» так до конца и не были преодолены.

Геббельс был наиболее последовательным сторонником введения принудительной мобилизации женщин на производство. Жена Геббельса Магда, подавая личный пример, стала работать на фабрике, ежедневно добираясь туда и возвращаясь обратно на общественном транспорте. Геббельс, ссылаясь на донесения СД, еще летом 1941 г. указывал на «вопиющее положение», сложившееся на южно-немецких курортах, куда «беженки» из высших слоев общества устремлялись от тягот обыденной жизни и работы. В этой связи министр пропаганды предложил регистрировать всех женщин и девушек, которые находятся на курортах более четырех недель, и направлять их на военное производство. Геббельс предложил даже последовать примеру Ганновера, гауляйтер которого распорядился конфисковывать пустующее жилье «беженцев» на южные курорты . Все эти усилия Геббельса и летом 1941 г. и позже были напрасны — Гитлер ничего не хотел слушать о принуждении женщин к труду.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация