Книга История династии Романовых, страница 141. Автор книги Эдвард Радзинский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «История династии Романовых»

Cтраница 141

По всей стране возникают Комитеты добровольцев и собирают пожертвования восставшим братьям-славянам. В петербургских ресторанах под водку и цыганские пляски идут развеселые проводы добровольцев. Духовые оркестры играют марши на вокзале, и прекрасные девушки провожают отъезжающих героев. Идеалисты, патриоты, авантюристы, неудачники, запутавшиеся в долгах, или потерпевшие крушение в любви, или попросту, как писал Толстой, «бесшабашные люди, готовые и в шайку Пугачева, и в Хиву, и в Сербию» – все отправляются в Сербию. В толстовской «Анне Карениной» герой романа Вронский после самоубийства Анны выходит в отставку и уезжает воевать в Сербию. И многие вчерашние народники также поехали проливать кровь за братьев-славян.

Три с половиной тысячи русских волонтеров пересекли границу. Семьсот русских офицеров и две тысячи солдат оказались в ополчении Черняева.

Именно в это время Достоевский, славивший войну за освобождение славян, получил письмо.

Корреспондентка писала: «И вот кончилась мнимая рознь народа и интеллигенции… Среди приготовлений к войне за освобождение братьев-славян состоялось святое торжество примирения».

Это написала молодая женщина, народница Александра Корба, будущая участница покушений на царя. Написала, отправляясь на войну санитаркой, – помогать восставшим славянам.


Но турки оказались сильнее – армия Черняева потерпела сокрушительное поражение. Только ультиматум Александра остановил разгром славянских княжеств и готовившуюся резню.

Теперь было самое время для царя поддержать разбитых братьев-славян.

И все понявший военный министр Милютин запишет в дневнике о «нетерпении государя скорее взяться за оружие».


Наступил этот долгожданный в России день – 12 апреля 1877 года: Александр объявил войну Турецкой империи.

Что творилось! Какой восторг общества! В Москве, когда он ехал в Кремль, в Успенский собор, все главные улицы были заполнены ликующими людьми. Крики «ура», овации. На Соборной площади в Кремле – неописуемое зрелище. Люди истерически хлопали, бросались друг другу на шею, рыдали… Россия переживала миг всеобщего единения– второй и последний «медовый месяц» любви Государя и Народа. И государь вспомнил дни отмены крепостного права. Тут бы ему вспомнить, что было после – вспомнить, как быстро проходит народная любовь. Но тогда..


К восторгу народа, царь отправился на войну. Но решил действовать, как когда-то его дядя Александр I против Бонапарта. Царь должен быть судьей, разбирателем споров, но ни в коем случае не главнокомандующим… Ответственность за боевые действия и кровь должен нести другой. Царь должен быть безгрешен.

На фронте он будет посещать госпитали, участвовать в обсуждении операций, разрешать споры, но главнокомандующим во главе двухсоттысячной Дунайской армии он поставил великого князя Николая Николаевича.

«Мужские представители династии были высоки – шесть футов. В нем же было без сапог шесть футов пять дюймов, так что все высокие Романовы и сам Государь казались значительно ниже его», – писал великий князь Александр Михайлович. Гигант Николай Николаевич был воплощением воинственности. «Он даже за столом сидел так прямо, словно каждую минуту ожидал исполнения национального гимна» (Александр Михайлович).

Флотом, естественно, командовал Костя. Другой брат – Миша (великий князь Михаил Николаевич, наместник на Кавказе) – командовал Кавказской армией. Армейскими частями командовали наследник и младший брат Владимир. Николай и Евгений Лейхтенбергские получили кавалерийские бригады.

Так что все руководители военных действий были Романовы. В этом заключался ход царя: не принимая официального участия в управлении армией, через них он мог проводить нужные решения.

Иностранные корреспонденты, сопровождавшие армию царя, насмешливо описывали, как приехали свита государя и генеральный штаб. Из многочисленных вагонов выгружались великолепные лошади, кареты с величественными кучерами, похожими на генералов. Под ветерком покачивались плюмажи из павлиньих перьев.

На все это великолепие смотрели беспощадные глаза бедных армейских офицеров. Они-то хорошо знали, что иные из этих разодетых господ никогда не вернутся обратно в Россию. То, что война будет кровавой, никто из армейцев не сомневался – у турок была отличная армия, подготовленная превосходными европейскими инструкторами.


План российского командования предусматривал завершение войны в течение нескольких месяцев, чтобы Европа не успела вмешаться в ход событий.

Компания началась с успеха: войска императора легко перешли Дунай, турки отступили. Царь отправил послание болгарскому народу: «Болгары, мои войска перешли Дунай, где уже не раз они сражались за облегчение бедственной участи христиан Балканского полуострова. Задача России – созидать, а не разрушать. Она призвана Всевышним промыслом согласить и умиротворить все народности и все исповедания в тех частях Болгарии, где совместно живут люди разного происхождения и разной веры».


Вперед был отправлен отряд генерала Гурко.

Гурко должен был захватить перевал, открывавший путь в Южную Болгарию и далее – дорогу на Стамбул. Началось кровопролитное сражение за деревню Шипку (Шибку) у подошвы Балканских гор. И здесь генералу Гурко преподнесли урок азиатской войны. Турки выслали парламентера с белым флагом навстречу двум наступавшим стрелковым батальонам Гурко. Русские, поверив, что турки сдаются, подошли вплотную к турецким позициям. И были встречены шквальным залпом турок, положившим на месте 140 солдат. Батальоны отступили с поля боя, оставив убитых и раненых.

Но уже вскоре государь читал телеграмму о падении Шипки. «Шибка, атакованная с севера и юга, покинута турками, причем брошены пушки, знамена и лагерь». Отряд Гурко поднялся в горы: Шипкинский перевал был захвачен. Путь в Болгарию и далее, на Стамбул, был открыт.

После взятия Шипки русские увидели прелести варварского Востока – у убитых были отрезаны руки, носы, уши, а у некоторых головы.

Преодолев Шипкинский перевал, русские полки и отряды болгарских добровольцев спустились в Долину роз, восторженно встреченные населением. Но на этом продвижение Гурко закончилось. Двадцатитысячное войско Сулеймана-паши встретило генерала и отогнало его отряд обратно, к Шипкинскому перевалу.

В это время главные силы русских (Дунайская армия) не могли двигаться вперед. На фланге русской армии повисла крепость Плевна, где стоял Осман-паша с пятнадцатитысячным гарнизоном. Оставить в своем тылу постоянную угрозу флангового удара Александр не мог.


Было решено наступать на Плевну и захватить крепость с ходу.

Но первое же наступление провалилось! Три тысячи русских солдат полегли на поле боя.

Ко второму штурму Плевны приготовились обстоятельней. Но подготовился и Осман-паша. В Плевну подошли подкрепления: 24 тысячи турок обороняли теперь крепость. За короткий срок Осман-паша превратил Плевну в неприступную твердыню, опоясанную оборонительными укреплениями и редутами.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация