Книга Homo Incognitus. Автокатастрофа. Высотка. Бетонный остров, страница 14. Автор книги Джеймс Грэм Баллард

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Homo Incognitus. Автокатастрофа. Высотка. Бетонный остров»

Cтраница 14

Плотный поток запрудил северную автостраду от Эшфорда до лондонского аэропорта. Солнце сияло на перегретой нитроэмали. Усталые водители высовывались из окон, слушая новости по радио. Запертые в автобусах будущие авиапассажиры следили, как поднимаются с далеких взлетных полос аэропорта реактивные лайнеры. К северу от зданий терминала я видел эстакаду над въездным туннелем аэропорта, забитую машинами, готовыми повторить в замедленной съемке нашу аварию.

Хелен Ремингтон достала из кармана плаща пачку сигарет и поискала на приборной доске прикуриватель – ее правая рука испуганной птицей вспорхнула над моими коленями.

– Хотите сигарету? – Сильными пальцами она сорвала целлофановую обертку. – Я начала курить в Эшфорде – глупо, наверное.

– Смотрите, какое движение. Мне нужны все успокоительные, какие есть.

Хелен обвела сигаретой салон.

– Вы снова купили точно такую же машину. И модель, и цвет.

Она повернулась ко мне, уже не пытаясь спрятать шрам на лице, и на меня накатила волна ее ненависти. Мы достигли Стануэллской развязки. Держась в автомобильном потоке, я думал, как она поведет себя в сексе. Я пытался представить, как ее крепкие губы охватывают член мужа, как острые пальцы раздвигают ему ягодицы, чтобы добраться до простаты. Хелен обратила внимание на желтую цистерну бензовоза рядом с нами – заднее колесо было всего футах в шести от ее локтя. Пока она читала пожарную инструкцию на цистерне, я уставился на ее крепкие икры и бедра. Знала она уже, с каким мужчиной – или с какой женщиной – будет у нее следующий половой акт?.. Когда зажегся зеленый, я почувствовал, как шевельнулся мой пенис.

Арка эстакады поднималась на фоне неба, северный конец прятался за белой прямоугольной пластиковой фабрикой. Нетронутые прямоугольные формы фабрики сплавились в моем мозгу с очертаниями голеней и бедер женщины, прижатых к сиденью. Хелен Ремингтон не замечала, что мы приближаемся к месту нашей первой встречи. Она сплела ноги, потом расплела, перемещая белые пухлости, пока мы проезжали мимо пластиковой фабрики.

Дорога пошла вниз; мы ускорялись к развязке с Дрейтон-парк. Хелен ухватилась за хромированную стойку поворотной форточки, чуть не уронив сигарету себе на колени. Стараясь выправить машину, я прижался головкой члена к нижнему ободу руля. Машину повело к первой точке столкновения с разделительной полосой. Линии разметки неслись под нами наискосок, за моим плечом тихо вякнул автомобильный клаксон. Сугробы стеклянных осколков мигали на солнце азбукой Морзе.

Сперма толкнулась в моем члене. Я потерял контроль над машиной, и переднее колесо ударилось в бордюр разделительной полосы, подняв смерч пыли и окурков до лобового стекла. Машина съехала со скоростной полосы и вильнула в сторону аэропортовского автобуса, выезжающего из-за поворота. Когда сперма брызнула из члена, я пристроил машину за автобусом. Последняя дрожь маленького оргазма затихла.

Я почувствовал, что Хелен Ремингтон держит меня за руку. Она передвинулась на середину сиденья, прижавшись ко мне крепким плечом и положив ладонь поверх моей руки на руле. Справа и слева нас объезжали, гудя, машины.

– Сверните здесь. Поедем потихоньку.

Я подвел машину к съезду в сторону бетонных бульваров одноэтажного поселка. Почти час мы ехали по пустынным улицам. У ворот жилищ стояли детские велосипеды. Хелен Ремингтон держала меня за плечо, ее глаза были скрыты за очками. Она рассказывала мне о своей работе в иммиграционной службе аэропорта и о проблемах с завещанием мужа. Знала ли она, что произошло в моей машине, о пути, который я столько раз репетировал в разных машинах, и что в смерти ее мужа я прославлял единство наших ран и моего оргазма?

Глава 8

Движение ширилось, бетонные полосы расходились по ландшафту. Мы с Кэтрин возвращались от коронера; эстакады громоздились одна на другую, как совокупляющиеся гиганты. Вердикт о смерти в результате несчастного случая был вынесен безучастно, без всяких церемоний; полиция не выдвигала против меня обвинений ни в убийстве, ни в неосторожном вождении. Я позволил Кэтрин довезти меня до аэропорта и четверть часа просидел у окна в ее кабинете, глядя на сотни машин внизу на парковке. Их крыши сливались в металлическое озеро. Секретарша Кэтрин стояла за ее плечом и ждала, когда я уйду.

Кэтрин проводила меня до вестибюля.

– Джеймс, лучше поезжай в офис. Поверь, я желаю тебе добра. – Она с любопытством тронула меня за правое плечо, как будто искала вновь появившиеся раны. У коронера она крепко держала меня за руку, словно боясь, что меня унесет в окно.

Не желая пререкаться с угрюмыми надутыми таксистами, заинтересованными только в лондонских тарифах, я прошел через стоянку напротив здания грузового терминала. Над головой, в металлизированном небе, ревел реактивный авиалайнер; когда он пролетел, я поднял голову и увидел в сотне ярдов справа доктора Хелен Ремингтон. Она спокойно шагала среди рядов автомобилей ко входу в иммиграционную службу. Ее крепкая челюсть упрямо выдавалась вперед, на меня она не смотрела, словно нарочито вычеркнула из памяти все следы моего существования.


Через неделю после нашего визита к коронеру Хелен ждала на стоянке такси у Океанского терминала. Я как раз отъехал от офиса Кэтрин, окликнул Хелен и остановился за аэропортовским автобусом, показав на пассажирское сиденье. Покачивая сумочкой, она подошла к машине и поморщилась, узнав меня.

Мы ехали к Вестерн-авеню, и Хелен с интересом оглядывала машины на дороге. Она отвела черные волосы от лица, выставив напоказ бледнеющий шрам.

– Куда вас отвезти?

– Может, просто покатаемся? – спросила Хелен. – Мне нравится смотреть на движение.

Похоже, что в своей сухой манере она уже оценивает возможности, которые я перед ней открыл. С бетонных площадок парковок и крыш многоэтажных автостоянок Хелен смотрела ясным и бесчувственным взглядом на технику, которая привела к смерти ее мужа.

– Вчера взяла такси и сказала водителю: «Куда угодно». И попали в плотную пробку у туннеля.

Мы ехали по Вестерн-авеню; слева остались служебные здания и ограда периметра аэропорта. Я вел машину по медленной полосе, и в зеркале заднего вида уплывала назад эстакада. Хелен щебетала о новой жизни, которую уже распланировала.

– В Лабораторию дорожных исследований требуется медработник. Причем зарплата там больше, теперь для меня это важно. Есть что-то высокоморальное в том, чтобы быть материалисткой.

– Лаборатория дорожных исследований… – повторил я. В документальных передачах часто показывают съемки экспериментальных автоаварий; изуродованные машины овеяны странной грустью. – А это не слишком близко…

– В том-то и дело. Кроме того, я чувствую, что могу много такого, о чем раньше и не думала. Это не столько долг, сколько призвание.

Через пятнадцать минут, когда мы возвращались к эстакаде, она подвинулась ко мне, глядя на мои руки на руле; мы снова двигались к месту аварии.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация