Книга Великие загадки мира искусства. Истории о шедеврах мирового искусства, страница 78. Автор книги Елена Коровина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Великие загадки мира искусства. Истории о шедеврах мирового искусства»

Cтраница 78

Зал взрывался аплодисментами. Недаром молодые актеры тут же стали любимцами зрителей. Но выходил на сцену граф Альмавива (Юрий Завадский), которого столь самозабвенно дурачила эта парочка, смотрел на зал через пенсне, вздыхал, утонченным жестом поправляя то кружево воротника, то выбившуюся прядь напудренного парика, и… зрителям становилось как-то неуютно. Над чем шла издевка? Над роскошным барином в старинном камзоле или над самой уходящей эпохой – такой изящной, прелестной (декорации мирискусника Александра Головина), но, увы, исчезающей навсегда?..

И вот что поразительно: уже через несколько лет произошла невероятная аберрация: «насмешники» Баталов и Андровская играли в спектаклях МХАТа все реже и реже, а «аристократ» Завадский набирал силы и уже с начала 30-х годов начал создавать собственный театр, из которого вырос один из самых «аристократических и интеллигентских» сценических коллективов Москвы – Театр имени Моссовета. С народным балагуром и вовсе случилось нехорошее – Николай Баталов (1899–1937) заболел туберкулезом и умер в самом расцвете сил – в 38 лет.

Вспомним иной пример – не столь давний: «Женитьба Фигаро» в Московском театре сатиры (1969). Блестящая режиссура Валентина Плучека – истинная интеллектуальная игра ума. Роскошные декорации (Валерий Левенталь) и еще более роскошные костюмы (Вячеслав Зайцев). Зрелище утонченное, рафинированное. Воистину – эпоха рококо с ее скрытой негой и приоткрытой ленью, когда слуга (Фигаро), томно и скучающе вдыхающий аромат алой розы, еще более аристократичен и утончен, чем сам граф Альмавива. Куда уж желчному графу (Валентин Гафт) до остроумца слуги! Фигаро читает стихи и даже сочиняет сам, он образован и свободно говорит по-английски. Граф же только и знает, что ездить на охоту, заваливать на сено служанок, чистить обожаемые ружья. Роли поменялись – граф приобрел замашки грубияна-вояки, Фигаро же потянулся к роскошной и утонченной жизни. И вот он женится – по любви. И вся жизнь и окружение приобретают красоту, изящество, гармонию. Или не приобретают – ибо Фигаро не уверен: не изменяет ли ему обожаемая Сюзанна?

И вот уже он вертится, словно загнанный зверь в роскошной клетке. Действие приобретает совершенно мистический оттенок – не понять, что наяву, что в мире наваждений. Ведь первая часть названия пьесы – «Безумный день». Герои перепутались, события смешались. А зрители совершенно неожиданно начинают чувствовать, как на всю эту милую, изящную атмосферу событий наползает нечто непредсказуемое, темное, иррациональное. Символы всей этой роскошной обстановки, похожей на фантастическую шкатулку рококо, уже видятся знаками беды. Мир Фигаро двоится, троится и разрушается, словно роскошные ткани расползаются в черноте, рассыпаются в прах. Актеры еще пытаются собрать его в финале (ведь финал счастливый!). Но этому счастью как-то не верится. Зрители уходят с непонятной грустью. О чем они грустят? Не о рассыпавшейся ли в прах красоте ушедшего мира? О том, что все когда-то были такими молодыми, энергичными и блестящими, как Фигаро и его друзья, но времена веселых проделок молодости пройдут, хоть об этом и не напишут пьес и не поставят спектаклей?..

И неудивительно, что исполнитель Фигаро, легендарный Андрей Миронов (1941–1987), рухнул без сил прямо на сцене, играя сей мистический спектакль 14 августа 1987 года в Риге. Его еще сумели отвезти в больницу, но 16 августа он уже покинул сей бренный мир. Отчего в сценической красоте «Фигаро» оказалось заложено столько разрушительной силы?..

Посмотрим в корень: вспомним премьеру пьесы. 27 апреля 1784 года, Париж. Главный театр страны – «Комеди Франсез». Толпа желающих огромна. Ведь комедию Бомарше ждут уже много лет. Первую пьесу о Фигаро («Севильский цирюльник») сыграли еще девять лет назад в 1775 году. Успех был большой. В роли Фигаро выступил великий комик Превиль. Почему вдруг комик? Да потому, что слуга Фигаро, умеющий провернуть любое дельце, представал в «Цирюльнике» ярким и озорным, вполне комическим персонажем. Эдаким умельцем на все руки и наперсником своего обожаемого господина молодого графа Альмавивы, которому он и помог жениться на любимой девушке Розине. Однако вторая пьеса о Фигаро – «Безумный день, или Женитьба Фигаро» – получилась у Бомарше совсем иной. Как отметили современники, пьеса сочинена с «беспримерной дерзостью о сильных мира сего – их нравах, их невежестве, их подлости». И герой пьесы, пусть и слуга-умелец на все руки, но уже серьезный. Гордый, много переживший человек, больше того – бунтарь, романтик. С таким героем пьеса Бомарше приобрела тайное звучание. Она стала пьесой-взрывом, направленным против косности отживающего мира. А то, что мир монархии доживал во Франции последние годы, уже было понятно всем: и монархам, и нищим. Перемены носились в воздухе и просились вылиться в делах. «Воздух революции», – говорил впоследствии о тех годах Наполеон. А тут еще пьеса, прославляющая слуг и дерзко высмеивающая господ. Недаром король Людовик XVI (уж на что был увалень!) понял: «Если разрешить эту пьесу, то Бастилия будет разрушена!» И вот гротескный парадокс: король запретил ставить крамольное создание Бомарше (автор ведь – из простых часовщиков!), но придворные, подначиваемые королевой Марией-Антуанеттой, хотят слыть фрондерами. Во главе с графом д’Артуа они добиваются постановки. И «Фигаро» ставят прямо в Версале для «узкого круга». Часть ролей исполняют актеры, часть сами придворные. Хихиканье, смех, полное удовлетворение – мы пошли вразрез с мнением короля и победили! И никому не приходит в голову, что это пиррова победа. Недаром ведь потом Бонапарт скажет: «Эта комедия – революция в действии».

Ясно, что, прознав про скандальный показ, Париж решил хотя бы прочесть пьесу. Понятно, что она не была опубликована, но с нее стали делать списки. Монологи учили наизусть! Стало хорошим тоном произносить их в гостиных. И опять трагический парадокс – это же были аристократические гостиные! Эти странные люди словно накликали на себя будущие бедствия.

Когда же «Фигаро» поставили, наконец, в «Комеди Франсез», премьера 27 апреля 1784 года стала общественным событием. Только этому обществу сразу же был дан явный знак Беды. На премьере толпа полезла в двери театра, едва их распахнули. Троих зрителей задавили в давке. Потом через этот окровавленный вход прошли остальные. И так уж вышло, что многие дамы сидели на спектакле с подолами платьев, а господа с рукавами камзолов, испачканными в крови. Но это не помешало зрелищу и его невероятному успеху!..

Зал был полон высшей знатью. Блистали бриллианты, струились шелка и бархат. Со всех мест раздавались восторги, смех радость. Как потом написал Пушкин: «Бомарше влечет на сцену, раздевает донага и терзает все, что еще почитается неприкосновенным. Старая монархия хохочет и рукоплещет. Общество созрело для саморазрушения». Так и было! Сидящие в зале женщины, сверкающие драгоценностями, и мужчины в роскошных камзолах отлично понимали, что их рафинированное общество уже катится в пропасть, а сами они смеются и рукоплещут этому разрушению, которое происходило на их глазах. Вот только самым мистическим образом их глаза словно закрыла пелена. Интересно, забавно, хотя бы еще капельку удовольствия! – вот чего они желали в последние годы своей жизни. «Никогда бы не подумала, что это так забавно – смотреть, как тебя вешают заочно!» – сострила актриса Гимар. Ах, какой пророческой оказалась шутка. И не только для множества зрителей, погибших на гильотине революции, но и для самой Гимар. Как актрису королевского театра, ее тоже казнили.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация