Книга Секс и вытеснение в обществе дикарей, страница 16. Автор книги Бронислав Малиновский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Секс и вытеснение в обществе дикарей»

Cтраница 16

Особенно интересны любовная магия туземцев и связанная с ней мифология. Считается, что в любов- ной магии сосредоточена вся сила сексуальной притягательности и обольщения. Меланезийцы верят, что корни этой магии уходят в драматические события прошлого, зафиксированные в странном трагическом / мифе об инцесте между братом и сестрой. Таким образом, наша научная позиция, основанная на изучении социальных внутрисемейных отношений и анализе родственных связей, подтверждается также благодаря исследованию культуры этих меланезийских племен.


2. Болезни и перверсии

Данные, приводимые в этой части моего исследования, не вполне однородны: если по некоторым вопросам мне удалось собрать всю необходимую информацию, то относительно других я должен признаться в своем невежестве или недостаточном знании и скорее обозначить проблему, нежели объявить ее решенной. Это связано отчасти с недостатком специальных знаний в области психических заболеваний, отчасти с тем, что, как я выяснил, традиционная техника психоанализа неприменима к аборигенам; отчасти с проблемой неизбежной неравноценности материала, особенно собранного среди других племен, где я жил намного меньше и работал в куда менее благоприятных условиях, чем на Тробрианских островах.

Я начну с самого слабого пункта. Тут прежде всего возникает вопрос неврозов и психических заболеваний. Сравнительный анализ развития ребенка в нашем обществе и на Тробрианских островах показал, что матрилинейный комплекс формируется в жизни ребенка позднее и вне семейного круга, влечет за собой меньше травм, если они вообще бывают, в основном обусловлен драмой соперничества, а его эротическая составляющая не имеет отношения к ранней детской сексуальности. Исходя из этого и опираясь на фрейдовскую теорию неврозов, мы можем предположить меньшую распространенность неврозов, связанных с травмами детства. Очень жаль, что не нашлось квалифицированного психиатра, который смог бы изучить тробрианцев в их естественных условиях: полагаю, его находки пролили бы новый свет на гипотезы психоанализа.

Этнографу нет смысла сравнивать тробрианцев с европейцами, так как в нашем обществе существует бесконечное множество других факторов, осложняющих картину и способствующих формированию психического заболевания. Но примерно в тридцати милях к югу от Тробрианских островов находятся Амфлетские острова, населяемые народом в целом той же расы, с похожими обычаями и языком, но с иной во многих отношениях социальной организацией. Здесь господствуют строгие сексуальные нравы, т. е. секс до брака осуждается, нет институтов, поддерживающих сексуальную свободу, и семейная жизнь намного стабильнее. Несмотря на то что общество матрилинейно, патриархальная власть развита намного сильнее, и это в сочетании с сексуальным подавлением формирует картину детства, похожую на нашу [30].

Далее, даже при моем ограниченном знании предмета у меня сложилось совершенно иное впечатление о невротической предрасположенности этих аборигенов. Среди обитателей Тробрианских островов, при том что многих из них я знал близко или во всяком случае «шапочно», я бы не смог назвать ни одного страдающего истерией или даже просто неврастенией. Я не обнаружил у них ни нервных тиков, ни навязчивых состояний или идей. В туземной системе патологий, — основанной, конечно, на вере в черную магию, но вполне согласующейся с симптомами болезней, — существуют две категории психических нарушений: нагова, которое соответствует кретинизму, идиотизму и также распространяется на людей с дефектом речи; и гвайлува, которое примерно соответствует мании и распространяется на тех, кто периодически проявляет склонность к насилию и психически неуравновешенному поведению. Коренные жители Тробрианских островов хорошо знают, что на соседних Амфлетских островах и островах д'Антркасто существуют другие виды черной магии, которые могут влиять на сознание неизвестным им образом и вызывать, судя по их рассказам, нервные тики и различные формы навязчивых состояний. Я пробыл на Амфлетских островах пару месяцев, и моим первым и сильнейшим впечатлением было то, что это общество неврастеников. После открытого, веселого, сердечного и доступного для наблюдения общества тробрианцев было удивительно оказаться в обществе людей, недоверчивых к чужаку, нетерпеливых в работе, самонадеянных в своих требованиях, однако легко запугиваемых и крайне нервных, если взяться за них энергичнее. Женщины, когда я высаживался в их деревнях, разбегались и прятались в течение всего времени моего пребывания — исключение составляли разве что несколько старух. Помимо этой общей картины я сразу заметил немало болезненно нервных людей, которых не мог использовать в качестве информантов, потому что они стали бы либо врать от страха, либо волноваться и раздражаться при более подробных расспросах. Интересно, что на Тробрианских островах даже медиумы скорее позеры, чем психически больные люди. И если жители Тробрианских островов занимаются «научной» черной магией, т. е. их методы лишь в малой степени претендуют на связь со сверхъестественным, то на южных островах действуют «летающие чародеи», чья магия на других островах считается прерогативой полулегендарных колдуний; на первый взгляд они производят впечатление совершенно ненормальных людей.

В еще одном племени, с которым я работал во время своей первой этнографической практики и поэтому использовал другие методы и не узнал их так близко, как тробрианцев, подавление выражено даже еще более ярко, чем на Амфлетских островах. Маилу, населяющие часть южного побережья Новой Гвинеи, следуют патрилинейному принципу, в семье ярко выражена отцовская власть, и в сексуальной сфере действуют достаточно строгие репрессивные нормы морали [31]. Среди этих аборигенов я заметил несколько людей, которых я бы назвал неврастениками; тем самым в качестве информантов они были совершенно бесполезны.

Но все эти предположительные замечания, хотя и не являются голословными догадками, имеют целью только обозначить проблему и указать наиболее вероятное решение. Таким образом, наша задача состоит в следующем: изучить ряд матрилинейных и патрилинейных сообществ одного уровня культуры, установить вариации сексуального подавления и устройства семьи и отметить соотношение между степенью сексуального подавления и распространенностью истерии и невроза навязчивых состояний. Меланезия, где бок о бок живут сообщества с совершенно разным социальным устройством, как кажется, представляет собой естественную площадку для подобного эксперимента.

Другой момент, который может быть истолкован в пользу фрейдовского объяснения проблемы, — это корреляция между сексуальными перверсиями и сексуальным подавлением. Фрейд показал, что между развитием детской сексуальности и возникновением перверсии в дальнейшей жизни человека существует глубокая связь. Если исходить из его теории, то в нестрогом обществе по типу тробрианского, не вмешивающемся в свободное развитие детской сексуальности, наличие перверсий должно сводиться к минимуму. Это положение полностью подтверждается на примере тробрианского общества. Тробрианцы, осведомленные, что гомосексуальность встречается в других племенах, считают ее чем-то отвратительным и смехотворным. На Тробрианских островах она появилась только под влиянием белого человека, а именно — морали белого человека. Мальчикам и девочкам на миссионерской базе, запертым в отдельных и строго изолированных домах, пришлось выручать друг друга, поскольку им было отказано в том, что каждый тробрианец считает своим правом и обязанностью. Подробный опрос как подвергнутых миссионерской обработке, так и избежавших ее туземцев свидетельствует о том, что гомосексуальность — норма среди тех, кому таким неблагоразумным и ненаучным методом насильственно пытались привить мораль Белых Людей. Так или иначе, было несколько случаев, когда «грешники», застигнутые in flagrante delicto, были с позором изгнаны «с глаз Божьих» обратно в деревни, где один из них попробовал было продолжить это занятие, но вынужден был отказаться от своих попыток под давлением местной морали, выражавшейся в презрении и осмеянии. У меня также есть основания полагать, что перверсии намного более распространены на Амфлетском архипелаге и островах д'Антркасто, но, как я уже писал, к сожалению, мне не удалось тщательно изучить этот важный вопрос.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация