Книга Средневековая Франция, страница 24. Автор книги Мари-Анн Поло де Болье

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Средневековая Франция»

Cтраница 24

Первое время (XII в.) Капетинги спустя рукава наблюдали за обретением городами свободы, затем в течение XIII столетия они вновь взяли в свои руки контроль над ними, возложив на «добропорядочные города» оказание военной и финансовой помощи государству.

От трех разрядов к социальному дроблению общества

Трехчленная схема, разработанная Герардом Камбрийским и Адальбероном Ланским, поделившая средневековое общество на три разряда: молящихся, сражающихся и трудящихся, не прошла испытания временем и более не соответствовала эволюционным процессам, зародившимся в XI в. Начиная с этого периода взаимодействие между миром воинов и церковников, объединенных общим движением за Мир Божий и крестовыми походами, опровергло существующую классификацию. К тому же к трудящимся в этой упрощенной схеме относили только беднейшее крестьянство, не учитывая социального расслоения в деревнях, выявившего несколько групп населения: сервы, арендаторы, владельцы аллодов, поденщики, земледельцы, относительно богатые крестьяне и состоящие на службе у сеньора жители деревни. Классификацией также не принималось во внимание возникновение городской буржуазии, явившейся результатом динамичного развития ремесленничества и торговли. Следует отметить, что григорианская реформа усугубила различия между духовенством и остальным обществом, хотя на самом деле церковники не ограничивали сферу своей деятельности отправлением служб и молитвами: они осуществляли правосудие, выполняли политические и феодальные функции, обучали в школах и университетах, финансировали королевские проекты. Молитва для многих из них представляла лишь второстепенное занятие.

Городская и сельская аристократия

Не все французские аристократы проводили свою жизнь в загородных замках. Появилась и городская аристократия: это были министериалы епископов и служащие счетных ведомств. И даже если на севере Франции нобили в принципе были исключены из управления городами, они тем не менее обладали земельными наделами, патронировали приходы, принимали участие в кафедральных капитулах (советах). Впрочем, большая часть дворянства проживала в деревнях, где земельная собственность и эксплуатация крестьян приносили им немалые доходы.

Они жили в замках, ставших символами влиятельности и богатства. И действительно, замок был не только престижной резиденцией и крепостью, защищавшей их владельцев, но и центром феодальной системы эксплуатации людей в рамках организации феодального землепользования и баналитета. Феодальное землепользование было непосредственно связано с собственностью сеньора на землю: он был рантье, получавший доходы от работы зависимых крестьян – держателей наделов в его домене. Баналитет заключался в обладании сеньором монопольного права, по которому он осуществлял правосудие, оказывал защиту жителям округи и, обладая собственностью на инвентарь, принуждал крестьян пользоваться его печью, виноградным прессом или мельницей и т. д. в обмен на уплату ими баналитетных пошлин. Замки были также местом общения, где встречались вассалы и проводились празднества, на которые приглашались менестрели, и во время проведения которых устраивались турниры для демонстрации силы и ловкости сеньоров. Между XII и XIII вв. дух рыцарства постепенно завладевает аристократией. Шевалье (рыцарь), обладавший фьефом, обосновывался в своем замке, получал звание «dominus» (лат. «господин») и в качестве вассальной обязанности доверял вассалу охрану своей резиденции (в дополнение к сорока дням феодальной службы). Аристократические семьи имели тесные связи с близлежащими аббатствами, которые были основаны одним из их предков или существовали на их финансовые пожертвования. Они становились семейными усыпальницами, и священники, которых содержали, молились за весь линьяж, включая как живых, так и умерших его членов.

Особо пристального внимания средневековых писателей удостоились молодые выходцы из аристократических семей. Понятие молодости не зависело от возраста и определялось социальным положением. Молодой человек, прошедший все ступени образования и воспитания, а также посвящение в рыцари, не считался достигшим зрелости: он во всем, включая владение семейным достоянием, зависел от своего отца. Для младших сыновей ситуация зависимости длилась всю жизнь. У старших момент юности заканчивался смертью отца. Наследник становился главой семьи и распорядителем всего имущества. В ожидании этого момента молодые аристократы, не имеющие ни власти, ни денег, растрачивали свой воинственный дух в бесконечных турнирах, крестовых походах, а иногда и открыто восставали против своих отцов (мятеж сыновей Генриха II Плантагенета). Период взросления характеризовался также агрессивной сексуальностью: частыми были случаи насилия и противоестественного поведения. Дама внушала уважение в той степени, в какой она обладала богатством, которое она после заключения брака передавала своему мужу. Если брак в силу каких-либо причин был невозможен, похищение, за которым следовала свадьба, было единственным способом для рыцаря, не дожидаясь смерти отца, достичь зрелости, обрести богатство и основать собственную семью.

В класс аристократов постепенно входили и рыцари. Представители благородных семей дорожили чистотой крови, основанной на вымышленной или действительной древности их линьяжа.

Большое распространение получила литература, основанная на изучении родословных королей, а затем и аристократических родов. Клирик или монах занимались составлением краткой истории семьи по мужской линии, по которой наследовалось движимое и недвижимое имущество, оставляя в тени младших представителей линьяжей, и упоминая женщин только в тех случаях, когда они приносили в приданое новые домены или более благородную кровь. Целью этих генеалогий, дополненных семейными хрониками, являлось подтверждение законности владения имуществом и осуществления некоторых прав (отправления правосудия, взимания податей, полицейских функций и т. д.). Более или менее легендарный основатель рода, обычно представляемый в образе героического искателя приключений, был образцом для подражания для молодых аристократов XII столетия, о чем свидетельствует «История графов де Гин и сеньоров д'Ардр», составленная в 1194 г. Символом этого класса, находящегося в апогее своего развития, был замок.

Внутренний мир замка

Замок становится обычным жилищем сеньоров-шателенов, в момент передачи власти оспаривающих другу друга баналитетное право со всеми вытекающими преимуществами. Начиная с конца X в., во многих регионах Франции отмечался рост количества новых замков. В Шаранте до тысячного года их было не более дюжины, между 1050 и 1100 гг. построили 36 замков, 25 – с 1100 по 1150 г., затем еще 15 с 1150 по 1200 г. Королевское право возводить укрепления делегировалось королем, власть которого была ослаблена, графам и герцогам, передававшим его своим вассалам. Хотя некоторые замки, называемые «незаконнорожденными», возводились противоправно.

Иногда сеньоры разрушали их, но чаще мирились с их существованием, не имея достаточной власти над этой быстро растущей массой мелких вассалов-шателенов, окруженных гарнизоном воинственно настроенных и преданных рыцарей, milites castri. Будучи первоначально стратегическим укрепленным пунктом, замок возводился на невысоком естественном или насыпном холме (называемым «феодальным»), окруженным деревянной изгородью – «палисадом». Внутри палисада находился двор, на котором в случае опасности укрывались подвластные сеньору крестьяне, а на холме возводился деревянный дожнон, состоящий из нескольких этажей и служащий убежищем при осаде замка и жилищем феодала, его семьи и его прямых вассалов. Для поддержания порядка в замке и осуществления дозорных функций привлекались крестьяне. Если для обороны недорогих и быстро возводимых укрепительных сооружений и не требовалось большого войска, то в случае пожара они быстро поглощались огнем и не выдерживали длительной осады.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация