Книга III рейх. Социализм Гитлера, страница 90. Автор книги Олег Пленков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «III рейх. Социализм Гитлера»

Cтраница 90

«Нюрнбергские законы» [669] были приняты по инициативе Геббельса. Первый из «Нюрнбергских законов» сделал евреев гражданами второго сорта, а второй — «закон о защите немецкой крови и немецкой чести» запрещал, помимо прочего, браки между немцами и евреями; внебрачные связи такого рода расценивались как ущерб нации и карались: смешанные браки или связь немца (немки) с евреями каралась каторгой, а с 1939 г. — смертной казнью. Чудовищные сами по себе, «Нюрнбергские законы» еще и создавали предпосылки для дальнейшей дискриминации, особенно закон о гражданстве, служивший основой для дальнейших многочисленных уточнений и запретов с целью ограничить права еврейского меньшинства. Советник министерства внутренних дел доктор Бернхард Лезенер в мемуарах писал, что «Нюрнбергские законы» нельзя рассматривать как первый шаг в преследовании евреев: ложная интерпретация «Нюрнбергских законов» пришла из-за океана, а затем утвердилась в Европе. Этот юрист считал, что безобразные преследования евреев и их последующее уничтожение развивались, скорее, помимо «Нюрнбергских законов» — по произволу CA, СС, СД и партии [670]. Накал антисемитской пропаганды, нагнетаемый названными инстанциями, был так велик, что переходил всякие мыслимые пределы; немцы это, разумеется ощущали, что отразилось в анекдоте нацистских времен: в нацистском школьном учебнике было сказано: «Евреи хотели высосать кровь немецкого народа, но фюрер их опередил».

Как указывалось выше, в определенном смысле «Нюрнбергские законы» положили конец бессистемным гонениям на евреев, так как они давали точное определение, кто, собственно, является евреем (ранее этого не было), и предоставляли им некоторые (хотя и узкие) права. Известные комментарии Штукарта и Глобке к «Нюрнбергским законам» имели целью охватить возможно большее количество прецедентов с тем, чтобы гарантировать действенность сохранившихся за евреями прав. После 1949 г. Глобке пытался сделать политическую карьеру в новой Германии, и эти комментарии поставили ему в вину. Обвинения были напрасными, ибо целью Глобке было возможно более точное правовое определение положения евреев в немецком обществе, а, значит, и попытка их спасения [671]. Например, в комментариях указывалось, что поцелуя и объятий между евреем (еврейкой) и арийцем (арийкой) недостаточно, чтобы осудить человека. На практике комментарии Глобке вскоре стали излишними по той причине, что стали преобладать ненормативные подходы к положению евреев — настало время беззаконных и беспредельных гонений и произвола властей; дело втом, что «Нюрнбергские законы» не были звеном в цепи террора — они просто на время прервали его. Например, 5 сентября 1938 г. немецкий суд приговорил еврея к каторжным работам за то, что тот сказал вошедшей в комнату «арийской» даме: «снимайте пальто, устраивайтесь удобнее». 13 марта 1942 г. суд приговорил еврея к смерти, так как удалось доказать, что он целовался и обнимался с арийкой [672]. Даже слух мог стать причиной причисления гражданина к евреям; немногие попавшие таким образом в тенета нацистской бюрократической машины могли из нее выбраться. Так, один мелкий служащий из Хемница, рожденный вне брака, долгое время боролся со слухами, что его отцом был еврей, и даже тот факт, что его предполагаемый еврейский предок в момент рождения этого служащего сам был ребенком, не убедил нацистские инстанции. Лишь вмешательство канцелярии фюрера позволило этому человеку продолжить работу в государственном учреждении в качестве метиса второй степени [673].

Гораздо большее значение, чем «Нюрнбергские законы», имела активность режима в разжигании антиеврейских настроений — с января 1933 г. до 1 сентября 1939 г. на государственном, земельном, коммунальном уровне было проведено 1448 антиеврейских мероприятий, по 20 мероприятий каждый месяц. [674] Этого было, наверное, достаточно, чтобы сделать и равнодушных к проблемам маленького нелюбимого меньшинства немцев враждебными или недоброжелательными по отношению к евреям.

«Нюрнбергских законов», собственно, было три: о гражданстве, о браке между евреями и не евреями и о внебрачных связях между евреями и не евреями. Закон о гражданстве был сформулирован в высшей степени лапидарно, и хотя сам термин «еврей» в нем отсутствовал, было ясно, что они не являлись более гражданами Рейха, и этим законом им было запрещено занимать государственные должности. Евреем по «Нюрнбергским законам» считался человек, имевший обоих родителей евреев, состоявший в еврейской религиозной общине, женатый на еврейке. Еврей (по этому определению) не считался, как немцы, гражданином, но — «обладавшим принадлежностью к государству». Метисы, имевшие одного родителя-еврея (метисы первой степени), получали временные гражданские права и могли учиться в высшей школе. Метисы второй степени (евреи на 1/4) объявлялись военнообязанными. На основании «Нюрнбергских законов» нацистские суды приговорили к различным срокам заключения за «ущерб расе» в 1935 г. -11 человек, в 1936 г. — 358 человек, в 1937 г. — 512 человек, в 1938 г. — 434 человека, в 1939 г. — 365 человек, в 1940 г. — 231 человек. В судебном же порядке на основании «Нюрнбергских законов» у евреев конфисковывали имущество — к 1938 г. — а сумму 2–3 млрд марок (для сравнения: прямые расходы на армию составили 40,5 млрд). Если в январе 1933 г. в Германии было около 100 000 еврейских предприятий, то в 1938 г. их осталось 39 532, а все остальные были либо ликвидированы, либо «аризированы» [675]. Одновременно с принятием «Нюрнбергских законов» рейхстаг и 7 съезд НСДАП одобрили Закон о флаге, сделавший антисемитский символ фель-кише — свастику — государственной эмблемой Германии.

В год Олимпиады (зимние Олимпийские игры проходили в Гармиш-Партенкирхене с 6 февраля, а летние с 1 августа 1936 г. в Берлине), положение евреев несколько улучшилось, так как нацисты не хотели афишировать антисемитизм по той причине, что ни одно событие не принесло нацистскому режиму столько международного признания, как великолепно организованные Игры. На время проведения Олимпиады таблички с надписью «для евреев закрыто» в Берлине были сняты. К тому же, Геринг медлил с исключением евреев из экономики, что также благоприятно сказывалось на их положении.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация