Книга Судьба Темного Меча, страница 55. Автор книги Маргарет Уэйс, Трейси Хикмэн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Судьба Темного Меча»

Cтраница 55

Потом, чтобы дать время леди Розамунде подготовить гостевые комнаты, проинструктировать повара и послать слугу уведомить лорда Самуэлса об оказанной его семье чести, Гвендолин вернулась в кафе и предложила гостям осмотреть чудесные достопримечательности города.

Хотя каталист не слишком обрадовался этому предложению, его молодые спутники согласились весьма охотно, чем немало порадовали Гвендолин. Очевидно, оба юноши были в Мерилоне впервые. Гвендолин обнаружила, что ей будет очень приятно показать им город. Девушка поднялась в воздух и подождала, когда они присоединятся к ней. Но они не взлетели, и, посмотрев вниз, Гвендолин удивилась, заметив, что юноши переминаются с ноги на ногу и смущенно переглядываются. Гвен вдруг сообразила, что они все время ходили по земле и ни разу не взлетали. Сперва она не поняла почему. Но потом догадалась. Конечно же! Они, наверное, очень утомились после путешествия, слишком утомились, чтобы растрачивать силы на магию...

— Я найму экипаж, — предложила Гвендолин, прежде чем кто-либо из них успел сказать хоть слово. Взмахнув белой ручкой, девушка подозвала позолоченное белое яйцо, которое тащила упряжка малиновок. Все забрались в экипаж. Гвендолин немного смутилась, когда Джорам предложил ей руку и помог подняться наверх.

Гвендолин велела кучеру провезти их мимо лавок и магазинчиков, которые выросли вокруг Врат Земли, как кольцо зачарованных грибов. Многие люди показывали на их повозку, узнавая в пассажирах спутников Симкина, и весело смеялись им вслед. Уехав подальше от Врат, они попали в роскошные сады, где росли чудесные благоуханные цветы — только здесь, и ни в каком другом месте во всем Тимхаллане. Зачарованные деревья в аллее Искусств пели хором и приподнимали ветви, когда под ними проплывала повозка. Мимо пролетел отряд императорской гвардии, верхом на морских коньках, которые подскакивали дружно, все одновременно.

В садах можно было гулять еще очень долго, но солнце на небе приблизилось к той точке, после которой Сиф-ханар устраивали сумерки. Пришло время возвращаться домой. По приказу Гвендолин их экипаж присоединился к веренице других, которые поднимались по дуге вверх, к парящему в воздухе каменному основанию Верхнего города.

Сидя в экипаже напротив молодых людей, Гвендолин думала о том, что время пролетело совсем незаметно и слишком уж быстро. Она готова была гулять здесь целую вечность. Видя отражение чудес Мерилона в глазах своих гостей — особенно в темных глазах одного из них, — Гвендолин как будто и сама видела город в первый раз. Она не могла вспомнить, чтобы раньше замечала, насколько он прекрасен.

А о чем думали ее гости? Мосия полностью поддался очарованию Мерилона. Он смотрел вокруг, разинув рот, ахал и показывал на удивительные красоты города с такой наивной, детской непосредственностью, которая забавляла всех, кто смотрел на юношу.

Сарьон вообще не замечал чудес волшебного города. Каталист был глубоко погружен в собственные мысли. Восхитительные виды пробуждали в нем лишь горькие воспоминания, от которых бремя хранимой тайны становилось еще более невыносимым.

А Джорам? Наконец-то он увидел город чудес, который мать так живо описывала ему в детстве, едва ли не каждый вечер. Но Джорам видел Мерилон не таким, каким он представлялся полубезумной Андже. Юноша видел такой Мерилон, каким он был для прекрасной девушки с невинными голубыми глазами и сияющими золотыми волосами. От этой красоты сердце Джорама болезненно сжималось.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ ДОМ ГЛАВЫ ГИЛЬДИИ

— Мама! Позволь представить тебе отца Данстабля, — сказала Гвендолин.

— Отец, — леди Розамунда протянула каталисту кончики пальцев и присела в легком реверансе.

Каталист поклонился, бормоча слова благодарности за гостеприимство, оказанное миледи, на что миледи ответила как подобает, хотя и несколько неуверенно. Ее ожидающий взгляд был устремлен на входную дверь позади каталиста. Леди Розамунда встречала гостей в садике перед домом, как это было принято в Мерилоне. Миледи вполне законно гордилась своим садиком, где росли прекрасные розовые деревья и декоративные папоротники.

— А это Мосия и... и Джорам, — продолжала Гвен, слегка краснея. Услышав сзади приглушенные смешки кузин, девушка постаралась сделать вид, будто она совершенно не замечает, что имя темноволосого юноши звучит в ее устах как радостная песнь. При обычных обстоятельствах такая чуткая и внимательная мать, как леди Розамунда, непременно заметила бы румянец, вспыхнувший на щеках дочери, когда та представляла молодого человека, и тотчас же обо всем догадалась бы. Но леди Розамунда и сама была немного взволнована.

— Добро пожаловать, — сказала миледи, протянув каждому из молодых людей руку и оглядываясь вокруг, особенно в сторону входной двери. — Но где же Симкин? — спросила она, когда прошло несколько мгновений! а больше никто так и не появился.

— Леди Розамунда, — сказал Джорам, — мы благодарим вас за гостеприимство и просим вас принять это в знак нашей признательности.

С этими словами юноша вынул из складок одежды немного примятый тюльпан и протянул хозяйке дома.

Леди Розамунда приподняла брови и чуть поджала губы, как будто заподозрила, что ее пытаются как-то разыграть. Она холодно взглянула на Джорама, протянула руку... и прикоснулась к пурпурному шелковому рукаву рубашки Симкина.

— Олмин милосердный! — воскликнула леди и отпрянула назад от неожиданности. Потом пробормотала: — Простите меня, отец Данстабль, за богохульство, — и порозовела, в точности как ее юная дочь.

— Вполне понятная реакция, миледи, — мрачно сказал Сарьон, глядя на Симкина, который прошелся по садику, пошатываясь, ловя ртом воздух и обмахиваясь вместо веера оранжевым шелковым платком.

— Кровь Олминова, мой милый мальчик! — Симкин повернулся к Джораму. — Тебе немедленно следует принять ванну. Ей-богу, у меня даже голова закружилась. — Он прижал ладонь ко лбу и закатил глаза.

— Ах, бедный! — воскликнула леди Розамунда и взглядом призвала домашних слуг.

Спокойным и ровным голосом миледи раздала приказания и направила действия своих подчиненных с искусством, достойным боевого мага. Все это время леди Розамунда не сводила обеспокоенного взгляда с Симкина, который в человеческом обличье выглядел гораздо более помятым и поникшим, чем когда был тюльпаном. Призвав самых сильных домашних магов, миледи велела им провести Симкина в лучшую гостиную дома. Потом миледи своей собственной рукой наколдовала уютную кушетку, которая поспешила встать рядом с Симкином. Молодой человек рухнул на кушетку и принял трагическую позу.

— Мария, — приказала леди Розамунда, — приготовь укрепляющие травяные настои.

— Благодарю вас, моя дорогая, — слабым голосом сказал Симкин и сморщил нос, почуяв аромат чая. — Но только глоток бренди поможет мне пережить это потрясение. Ах, мадам! — воскликнул он и жалобно посмотрел на леди Розамунду. — Если бы вы только знали, какое ужасное испытание мне довелось пережить! Эй, послушай, любезный! — крикнул он слуге. — Принеси «Год ледяного винограда», из подвалов герцога де Монтеня. Что, у вас только домашнее? Ничего, думаю, оно подойдет.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация