Книга Триумф Темного Меча, страница 10. Автор книги Маргарет Уэйс, Трейси Хикмэн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Триумф Темного Меча»

Cтраница 10

Гаральд описывал границу как мягко клубящийся туман. Мосия увидел круговерть мерзких зеленоватых облаков. По краям их сверкали молнии, ветер втягивал песок в воронки, которые затем выплевывали его из вихрящейся пасти, словно бы вдыхали и выдыхали, как живое существо. Мосия почувствовал, что его магическая сфера начинает подаваться.

— Моя Жизнь иссякает! — задыхаясь, проговорил он. — Больше не могу удерживать защиту!

— Коридор! — бесстрастно сказал Симкин. — Бежим к нему!

Повернувшись, они спотыкаясь побрели по песку. Симкин шел впереди, иначе Мосия тут же потерялся бы среди бури.

— Мы почти на месте! — крикнул Симкин, бросаясь к упавшему Мосии. С помощью молодого человека Мосия поднялся на дрожащие ноги, но тут сотворенная им сфера исчезла. Вихрь песка опрокинул их. Ветер визжал и выл в ушах, колотил их гигантскими кулаками, тянул назад, в пасть воронки, толкал вперед, бросая на колени.

Мосия ничего не видел и не слышал. Вокруг были только рев ветра, ураган, тьма и сдирающий кожу песок.

И вдруг наступила благословенная тишина.

Открыв глаза, Мосия изумленно огляделся по сторонам. Вроде бы он не испытывал тех ощущений, которые обычно посещали его в Коридоре, — и все же он снова стоял в комнате Радисовика вместе с Симкином, который выглядел особенно нелепо с лицом, до глаз закрытым оранжевым шелком.

Поднявшись с кресла, кардинал Радисовик в изумлении уставился на парочку.

— Что случилось? — спросил он, спеша на помощь Мосии и помогая ему, бледному и дрожащему, сесть в кресло. — Успокойся. Где ты был? Я пошлю за вином...

— Граница... Приграничье! — заикаясь, заговорил Мосия, безуспешно пытаясь сдержать дрожь. Он вскочил на ноги, отталкивая пытавшегося успокоить его кардинала. — Я должен увидеть Гаральда! Где он?

— Думаю, в Военном зале, — ответил Радисовик. — Но зачем он тебе? Что случилось?

— Этот галстук, — сказал Симкин, критически оглядывая себя в зеркале, висевшем на стене кардинальского кабинета. — Лиловый... отвратительно смотрится на сером.

ГЛАВА ПЯТАЯ ШАРАКАН ГОТОВИТСЯ К ВОЙНЕ

На самом деле Военный зал был большим бальным залом, расположенным в одном крыле королевского дворца города-государства Шаракан. В отличие от величественного, плавающего в воздухе хрустального дворца Мерилона шараканский дворец стоял на твердой почве. Построенный из гранита, он был незамысловатым, крепким и добротным, как здешние жители и их правители.

Когда-то замок был горой — пусть маленькой, но все же горой, а затем гору магически перестроили мастера-каменщики из Прон-альбан и сделали из нее крепкую, чрезвычайно мрачную крепость. Последние правители Шаракана сами приложили руку к строительству дворца, смягчив грубые линии стен, устроив в середине внутреннего двора сад, который считался самым прелестным во всем Тимхаллане, и, в общем, превратили дворец в более приятное место для жизни.

Но дворец все равно оставался крепостью. И было у этой крепости одно важное свойство: ее никогда не удавалось взять врагам, даже во время разрушительных и страшных битв Железных войн, во время которых, между прочим, были сровнены с землей дворцы Зит-Эля и Мерилона. Так что принцу Гаральду было легко превратить дворец Шаракана в военный лагерь, в который он собрал колдунов и каталистов из города и окрестностей, чтобы обучить их военному делу. В сам город он призвал чародеев из Внешних земель, приказал им ковать оружие, изготавливать осадные машины и другие приспособления Техники для разрушения.

Обитатели Шаракана также вооружались для войны. Иллюзионисты перестали тратить энергию на живые картины или усиливать цвет заходящего солнца и занялись созданием более серьезных иллюзий, способных проникнуть в разум врага, повредив его не слабее, чем стрела — тело.

Гильдии Прон-альбан, включая магов-каменщиков, древоделов, ткачей и так далее, забыли о приземленных бытовых делах и занялись военными. Каменщики укрепляли стены города на тот случай, если вдруг Ксавьер преступит клятву и откажется от решения, принятого на Поле Доблести, а тогда он, несомненно, атакует сам город. Древоделы вместе с чародеями Темного искусства стали делать копья, стрелы и осадные механизмы.

Некоторым мастерам было трудно примириться с тем, что приходится работать в таком тесном контакте с чародеями. Хотя у них были куда более либеральные взгляды на Технику, чем в остальном Тимхаллане (в их городе даже телеги на колесах появлялись), маги Шаракана все же были воспитаны на убеждениях, что интенсивное использование Техники — первый шаг на пути в царство Смерти. Только их любовь и верность принцу и королю, и их вера в то, что эта война необходима для того, чтобы жить по-прежнему, заставляли народ Шаракана, стиснув зубы, делать то, что считалось смертным грехом: давать жизнь Безжизненному.

Гильдейцы работали вместе с чародеями, и многие, к своему удовольствию и изумлению, обнаружили, что у Техники есть определенные преимущества и что в сочетании с магией она может создавать много полезных вещей — кирпичные дома, к примеру, которые так поразили кардинала Радисовика. Пока гильдейцы и чародеи работали, Сиф-ханар обеспечивали погоду в городе, чтобы она по большей части была ясной, но чтобы дождь все же поливал посевы в деревнях ради обильного урожая. Если город будет осажден, колдуны и каталисты не смогут позволить себе тратить Жизненную силу на создание припасов.

Знать Шаракана — Альбанара — тоже по-своему готовилась к войне. Те, у кого были земли, старались, чтобы их полевые маги работали изо всех сил. Те, кто разбирался в придании форм, вызвались помогать гильдейцам в их работе. Это поветрие быстро вошло в моду в Шаракане, и вскоре стало обычным делом увидеть, к примеру, маркиза, заделывающего магическим способом трещину в городской стене, или барона, который весело раздувал мехи в кузне. Знатные люди очень приятно проводили время, предаваясь столь напряженной работе час-другой в неделю, а затем возвращаясь домой, чтобы свалиться от усталости, отмокнуть в горячей ванне и поздравить себя с тем, что внесли свой вклад в дело обороны. К несчастью, они были для гильдейцев скорее помехой, а не помощью, но гильдейцы ничего не могли с этим поделать, а потому с нетерпением ожидали конца трудовой помощи, чтобы исправить неполадки, после того как усталая знать расходилась по домам.

Аристократки Шаракана жаждали помочь общему делу не менее горячо, чем их мужья. Многие отправляли на работу собственных домашних магов, что было существенным пожертвованием. «Причесываться самостоятельно» стало повальным увлечением, хотя порой какая-нибудь баронесса, которая со вздохом сообщала, что сегодня ей «не хватает Жизни, чтобы завить локоны», поскольку ее каталиста вызвали во дворец, чтобы обучить военному делу, становилась предметом зависти для менее удачливых дам, чьих каталистов сочли неспособными к делу и отослали домой.

Принц Гаральд знал об этих глупостях и не обращал на них внимания. Маркиз, который провел три часа, придавая форму маленькой скале, половину своего состояния пожертвовал на войну. Барон, работавший мехами, имел столько запасов, что на них город мог бы продержаться месяц. Гаральд был вполне доволен тем, как его город готовился к грядущему противостоянию. Он и сам неустанно трудился над совершенствованием обороны, проводя долгие часы за маневрами или обучением.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация