Книга Драконы Исчезнувшей Луны, страница 89. Автор книги Маргарет Уэйс, Трейси Хикмэн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Драконы Исчезнувшей Луны»

Cтраница 89
20. Ослепительный свет

Завидев огромное красное туловище Малис, появившееся из разорванных облаков, защитники Оплота хором закричали. И так же дружно умолкли, когда насылаемый ею страх приливной волной обрушился на город, сокрушив еще теплившуюся в сердцах его жителей надежду и заставив всех взглянуть в глаза собственной смерти. Лучники, обязанные пускать стрелы в сверкающие красные чешуйки, побросали свои луки и разбежались по домам, где теперь и лежали, дрожа и поскуливая. Люди, приставленные к катапультам, не замедлили последовать их примеру.

Лестницы, ведшие к бойницам, были забиты перепуганными воинами, так что никто не мог пробраться ни наверх, ни вниз. И везде вспыхивали драки, поскольку некоторые солдаты периодически предпринимали решительные попытки перелезть через головы своих товарищей. Наиболее отчаявшиеся доходили до того, что прыгали с башен. Те же, чье мужество пребывало на должной высоте, терпеливо успокаивали остальных, но их было так мало, что они все равно ничего не могли изменить. Один офицер, который попытался прекратить стычку, завязавшуюся между его подчиненными, был убит своим же мечом и растоптан в давке.

Каменные стены и металлические решетки также перестали быть надежным укрытием, и томившийся в штабе рядом с Западными Воротами Сильванеш почувствовал, как непонятный ужас поднимается внутри него, когда он, лежа на жесткой тюремной кровати, грезит о Мине. Он знал, что забыт ею, но не мог принудить себя сделать то же самое, а посему проводил свои бессонные ночи в бесплодных мечтах о том, что однажды она все-таки ступит на порог этой камеры и пойдет вместе с ним по темной и запутанной тропе его жизни.

Сильванешу принесли полагавшуюся ему дневную порцию еды как раз в тот момент, когда страх, насылаемый Малис, накрыл город. Утомленный своими скучными обязанностями, тюремщик охотно оживлял их тем, что мучил узников. Эльф был поистине легкой мишенью, и, хотя всем в штабе категорически запретили причинять эльфийскому королю физическую боль, этот тюремщик старался всячески изводить его морально. А тот факт, что пленник упорно хранил молчание, он приписывал своему грозному и воинственному виду, от которого эльф якобы робел и немел. На самом деле Сильванеш едва ли слышал чьи-то слова, и голос надзирателя был для него лишь одним из многих: матери, Самара, потерянного отца... Существовал еще и особый голос — тот, что дал Сильванешу множество обещаний, так их и не сдержав. Настоящие же голоса — например принадлежавший вредному тюремщику — были не такими громкими и отчетливыми, как те, что звучали у эльфа в душе, а посему досаждали ему не больше, чем шуршание грызунов, наводнявших его камеру.

Страх перед драконицей вырвал Сильванеша из придуманного мира, ставшего местом его постоянного обитания, и грубо швырнул на жесткий пол реальности. Там теперь и корчился король, боясь даже пошевелиться, ибо ужас проник в самое его нутро и оттуда впился ему в горло, заставляя эльфа дрожать и задыхаться.

— Мина, спаси нас! — простонал тюремщик, стоявший в дверном проеме.

Он вдруг кинулся к Сильванешу и с такой силой схватил его за руку, что чуть не вывернул ее. Разревевшись, надзиратель вцепился в заключенного, словно перепуганный ребенок в старшего брата.

— Что это? — в изумлении воскликнул Сильванеш.

— Малис! — с трудом выдавил из себя тюремщик; его зубы так стучали друг о друга, что он едва мог говорить. — Она здесь. Мы все умрем... Мина, спаси нас!

— Мина... — прошептал Сильванеш. Ее имя разрушило окутавший его липкий страх. — А какое она имеет к этому отношение?

— Она собирается сразиться с драконицей.

Сильванеш оттолкнул от себя дрожавшую, всхлипывавшую массу, которая совсем недавно была его надзирателем, и, вынырнув через открытую дверь камеры, устремился к выходу. Узники умоляли его освободить и их, но король промчался мимо.

Выскочив наружу, он глубоко вдохнул воздух, не имевший ничего общего с тюремным смрадом, который исходил от немытых тел и крысиного помета. Потом король посмотрел наверх и обнаружил там красного дракона — огромного жирного монстра, парившего в облаках. Без всякого интереса скользнув взглядом по Малис, Сильванеш продолжал исследовать небо, пока наконец не отыскал Мину. Его острое зрение позволяло ему видеть девушку лучше, чем кому бы то ни было. Он даже заметил у нее в руках какой-то металлический предмет, источавший яркое серебристое свечение.

Эльф стоял посреди улицы. Люди куда-то бежали, налетали на него, толкали и кружили в безумной суматохе. А он лишь машинально отмахивался от них, пытаясь удержаться на ногах и не потерять из виду маленькую серебряную точку.

С появлением Малис Палии обнаружил, что у его состояния было одно крупное преимущество: страх перед драконицей, ввергший население Оплота в хаос, совершенно не коснулся его. Он мог абсолютно спокойно наблюдать за громадной красной хищницей, думая в это время о чем-то другом.

Его дух находился рядом с тотемом. Он глядел в пламя, сверкавшее в глазницах черепов, и слышал крики погибших драконов, поднимавшиеся к небесам, к их Владычице. Все они умоляли ее о мести. Палин не сомневался в себе, как и в своем долге: Такхизис нужно было остановить или по крайней мере ослабить ее силу. Она получала слишком много энергии от тотема и теперь рассматривала его как дверь для проникновения на Кринн, где собиралась соединить физический и духовный планы бытия. И никто — ни духи, ни смертные — не могли противостоять ей.

— Ты был прав, — сказал Мирроар, находившийся рядом с магом. — Город обезумел от страха.

— Скоро это пройдет и... — начал было Палин и вдруг умолк на полуслове.

С вершины тотема спустился дух Даламара.

— Оттуда битва видна как на ладони, — сообщил он. — Вы не привязаны к земле, Маджере. Мы можем вместе сидеть среди облаков и наблюдать за каждым рывком, каждой атакой, каждой струйкой пролитой крови. Почему бы вам не присоединиться ко мне?

— Меня мало волнует исход этого сражения, — ответил Палин. — Кто бы его ни выиграл, мы все равно окажемся в проигрыше.

— Говорите за себя, — ухмыльнулся Даламар.

К великому неудовольствию Палина, эльф очень заинтересовался Мирроаром.

Видел ли Даламар только слепого человека или же и серебряного дракона тоже? Мог ли он разгадать их план? Если да, то собирался ли сорвать его или же с головой ушел в осуществление собственного? В том, что таковой у Даламара имелся, Палин был абсолютно уверен. Он никогда не доверял темному эльфу, а в последние дни стал относиться к нему еще более настороженно.

— Битва разворачивается успешно, — продолжал Даламар, не сводя глаз с Мирроара. — Малис обречена, это бесспорно. Ужас, который драконица нагнала на Оплот, уже рассеивается, и люди потихоньку успокаиваются. Кстати, похоже, что ваш нищий приятель имеет к нему стойкий иммунитет. Интересно почему?

Даламар не ошибся: страх действительно пошел на спад, и солдаты, в истерике катавшиеся по земле и кричавшие о том, что всех их ждет лютая смерть, начали подниматься, растерянно и смущенно оглядываясь по сторонам.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация