Книга Одноразовые люди. Новое рабство в глобальной экономике, страница 59. Автор книги Кевин Бэйлз

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Одноразовые люди. Новое рабство в глобальной экономике»

Cтраница 59

Грязь, деньги и производство кирпича

Что будет дальше с семьями, занятыми производством кирпича в Пакистане? По многим причинам еще рано об этом говорить. Учитывая сползание страны в гражданские конфликты и вызывающий тревогу уровень коррупции, мало надежды на то, что правительство сможет изменить ситуацию. Хотя в одном отношении производство кирпича в Пакистане фундаментально отличается от других типов нового рабства: оно не приносит высоких прибылей. Материал для производства кирпича стоит столько, сколько грязь, потому что это и есть грязь. Но есть другие дорогостоящие затраты. В среднем кирпич в Пакистане сегодня продается по цене 1000 рупий ($20) за 1000 кирпичей. Как мы видели, семья рабочего получает примерно 100 рупий ($2) за превращение глины в 1000 сырых кирпичей. Кроме того, откатчикам, загрузчикам, рабочим на обжиге, разгрузчикам и транспортным рабочим также нужно заплатить. Это добавляет еще 200 рупий ($4) к стоимости производства 1000 кирпичей. Но самые большие затраты в производстве кирпича связаны не с рабочей силой, а с топливом. Чтобы круглосуточно поддерживать температуру печи в 1500 градусов по Цельсию нужно много угля — сотни тонн ежемесячно. Стоимость угля, древесины и нефти добавляет еще 500 рупий ($10) к стоимости 1000 кирпичей. Добавьте сюда зарплату менеджеров, расходы на ремонт, воду, налоги, обслуживание транспорта и так далее, и получится, что владелец печи затрачивает 900 рупий ($18), чтобы произвести кирпичи, которые он продаст за 1000 рупий ($20).

Таким образом, максимальная прибыль на печи составляет 10-15 % в год. Даже если рабочие закабалены и не получают ни копейки, прибыль вырастает до 25 % в лучшем случае. Некоторые владельцы печей улучшают свое положение, начиная заниматься строительными работами, используя собственную печь, чтобы избежать услуг посредников по продаже кирпича. Но для большинства владельцев такая скромная прибыль это все, на что они могут рассчитывать. Существующие по всей стране 7000 печей создают достаточную конкуренцию, чтобы цены оставались низкими, кроме того, спрос на кирпич сейчас невелик. Этот низкий уровень прибыли в сочетании с нестабильным и временным характером производства помещает пакистанских рабочих-кирпичников в особую категорию новой системы рабства. Хотя система предварительных выплат возникает из экономической реальности, в значительной степени несправедливой и неравной, это практически единственный вид кредита, доступный беднякам. Эта система сочетает в отношениях между рабочими и владельцами некоторые аспекты феодализма и переходной экономики современного капитализма, создавая тип закабаления, наполовину старый и наполовину новый. Учитывая это, трудно сказать, что будет с отраслью.

На первый взгляд, производство кирпича кажется очень уязвимым по отношению к механизации. Мы ведь говорим о кирпиче, сделанном вручную. Современные машины производят кирпич в 10 раз быстрее, чем самые старательные и быстро работающие семьи, и даже самая маленькая автоматическая печь может произвести 40 000 кирпичей в день, вдвое больше, чем ручное производство. Но современная механизация не угрожает мелким производителям. Цена нового оборудования высока, и лишь много времени спустя инвестор окажется в состоянии снизить цены до уровня цены кирпича, произведенного вручную. Следовательно, производство кирпича выстоит: произведенный вручную кирпич так дешев, что даже машина не может тут соревноваться, хотя прибыль стабильно остается низкой. Значит, семьи рабочих даже на самых лучших печах вынуждены будут продолжать вести нищенский образ жизни. И в условиях нынешнего экономического спада в Пакистане кирпичники, потерявшие свою работу, могут быстро скатиться от жизни на уровне прожиточного минимума к нищете. Здесь мы сталкиваемся с одной из фундаментальных этических проблем рабства: что предпочтительнее, свобода, сопровождающаяся голодом, или рабство, дающее еду?

Сексуальные домогательства на рабочем месте, зарплаты на уровне прожиточного минимума, растущие долги, низкая доходность печей, религиозная и этническая дискриминация, коррумпированность полиции, не работающие законы — все это вместе выстраивает западню нищеты, или еще хуже, долгового рабства. Поскольку все перечисленные негативные факторы усиливаются, прогнозы для рабочих-кирпичников не могут быть хорошими. Если бы фундаменталисты, которые так влиятельны в Пакистане, уделяли больше внимания воспитанию уважения к женщине, честности в бизнесе, защите бедных — как и требует Коран — ситуация могла бы стать другой. Если бы правительство претворяло в жизнь собственные законы, искореняло коррупцию, поставило полицию под контроль закона, существовала бы надежда. Если бы рабочие смогли черпать силы в своей численности, эффективно организоваться и оправиться от событий 88-89 годов, серьезные перемены были бы возможны. Но поскольку конфликты нарастают, не видно даже намека на перемены. Унылые перспективы становятся еще более мрачными, когда мы видим, что совсем рядом, в Индии, ситуация совсем другая. В стране, обремененной большинством тех же самых проблем, что и Пакистан, семьи сумели выбраться из долгового рабства. Ключом к решению проблемы стали, похоже, наш старый друг мул и 40 акров земли.

Глава шестая.
ИНДИЯ.
Обед пахаря

Что это значит — быть индийским сельскохозяйственным рабочим, попавшим в долговую кабалу? Вы можете получить представление об их повседневной жизни, проведя дома следующий эксперимент.

Найдите дома пакет риса, а еще лучше обычной нешлифованной пшеницы. Возьмите четыре кружки риса или пшеницы. Теперь попытайтесь прокормить семью из пяти человек в течение дня отмеренным зерном. Трапеза одного человека будет состоять всего из трети кружки зерна, и так в течение дня. Если у вас пшеница, размелите ее в муку, смешайте с водой и сделайте мягкий пресный хлеб. Если это рис, вы можете сварить его как обычно. Следуйте этому рецепту каждый день всю свою оставшуюся жизнь.

Правда, возможны варианты. Один раз в две недели заменяйте половину нормы зерна бобами или чечевицей. Наберите на заднем дворе одуванчиков или клевера и добавьте зелень к рису, когда варите его (поверьте мне, через неделю даже сорняки покажутся вам очень вкусными). А если у вас хватит сил, вы можете выращивать перец или лук, или те же бобы. Поработайте еще усерднее, и у вас будет лук на продажу, чтобы была возможность купить растительное масло и соль. Так вам придется работать на протяжении 20 или 30 лет.

Если вы хотите приобрести подлинный опыт, вам нужно добавить к эксперименту подходящие условия: вы должны жить в глинобитной хижине с земляным полом и носить воду из источника по меньшей мере в полумиле от дома. Кроме того, готовить еду и обогревать жилище вам придется, сжигая коровьи лепешки в углу комнаты. Если кто-нибудь из детей заболевает из-за постоянного дыма, продайте зерно, вместо того, чтобы его есть, и купите лекарства. В это время у вас не будет никакой еды.

Это медленное умирание от голода, жестко сбалансированный способ получить максимум работы от закабаленных рабочих за минимум вкладываемых средств. На протяжении веков в Индии возникли разные системы неволи, эта, возможно, самая древняя и долговечная из всех систем закабаления в мире. Индия может нам помочь увидеть, как рабство начиналось в истории человечества. Но что еще важнее, она дает нам примеры того, как оно заканчивается. Индия, которая по числу рабов, возможно, превосходит все остальные страны вместе взятые, продвинулась дальше других по пути прекращения кабалы.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация