Книга Комната воды, страница 13. Автор книги Кристофер Фаулер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Комната воды»

Cтраница 13

Между Хизер и Полом существовала давняя взаимная антипатия. Именно по этой причине подруги не виделись последние два года.

– Если ты так хочешь, чтобы у вас с Полом все срослось, почему бы тебе не купить какую-нибудь квартиру и не покончить с этим? – Хизер налила чай, разложила печенье, выложила подставки для чашек и вымыла раковину. – Лучшее, что мы с Джорджем когда-либо сделали, – купили этот дом.

– Как он, кстати?

– О, – Хизер только махнула рукой, – работает без передышки, заколачивает бешеные бабки, но слишком много ездит, чтобы получать от них удовольствие, да и у меня одна радость – болтаться с приятельницами. Когда слишком часто бываешь в «Харви Николз», персонал начинает посматривать на тебя с жалостью. Впрочем, могло быть и хуже, если бы Джордж все время играл в гольф.

– А где он сейчас?

– Уехал в Ванкувер на неделю. Спросил, что оттуда привезти. Я сказала: «Ванкувер? Можешь не беспокоиться». Общаемся мы теперь в основном по мейлу. Послушай, вы купите квартиру, и все устаканится. Переезды ужасно раздражают, в особенности такие частые…

– Я сказала ему, что беременна.

Если Хизер и удивилась, то виду не подала.

– А это не так?

– Нет, мы говорили об этом раньше, а тут пошли в итальянский ресторан в Кентиш-Тауне…

– «Хлеб и вино»? Такой симпатичный, с гирляндами чеснока?

– Я заказала бутылку «Соава» и немного увлеклась. Я думала, мы действительно попробуем, но он переел и просто хотел спать. Я слишком долго скрывала от него правду, и теперь он ждет, когда я начну таскаться к доктору. На самом деле он не хочет ребенка – говорит, что хочет, но я по глазам вижу, что нет. Он считает, что это свяжет ему руки и он уже никогда не поездит по свету, как Нил, и теперь ему придется повзрослеть, и я не знаю – все идет прахом…

– Ты ничего не изменишь в своей жизни, пока будешь спать на чужом диване, – сказала Хизер. – Это первое, с чего нужно начать.

– Тебе так повезло с этим домом. Мощеная улица – прямо как в черно-белом фильме пятидесятых годов.

– Знаю. Вся эта старина малость липовая, но у нас действительно есть молочник, мальчик с газетами, точильщик ножей, старьевщик, а летом еще и фургоны с мороженым. Мужчины возятся со своими машинами на улице, раздевшись до пояса и вспоминая детство. Женщина в доме напротив до сих пор моет крыльцо. Иногда по утрам кажется, что мимо вот-вот пройдет Норман Уиздом [13] со стремянкой. У нас даже есть собственный нищий – настоящий старый бродяга, хромой и бородатый, а не один из этих литовцев со спальными мешками. И ты не поверишь, как тут все дешево! Городской шик, понимаешь ли, куда лучшее капиталовложение, чем какая-нибудь квартирка в Кенсингтоне, а у нас еще есть домик в Норфолке, правда, я не езжу туда одна – кому интересно торчать там на фоне голого пейзажа? Гуляешь до посинения, и больше ничего. Правда, здесь мы зажаты между двумя кошмарными муниципальными домами, да и школ приличных нет, хотя я и не собираюсь заводить ребенка. Зато здесь тихо, и у всех садики. Не совсем рай, конечно, – вон сколько разбойных нападений у метро.

Хизер поставила кружку.

– Знаешь, а почему бы тебе не купить старухин дом? Ты же всегда хотела дом с садом. Думаю, его сейчас выставят на продажу, и какой-нибудь застройщик с руками оторвет. Она жила там много лет, так что, наверно, понадобится серьезный ремонт, что и хорошо – не будут заламывать цену.

– А разве туда не вселится ее брат?

– Сомневаюсь, что он горит желанием карабкаться по лестнице. Эти дома довольно маленькие, зато трехэтажные.

Калли не позволяла себе предаваться фантазиям.

– Что толку мечтать об этом доме? Все равно он мне не по карману.

– Ты не можешь об этом судить, не зная цены.

Взгляд у Хизер был решительный и слегка безумный – Калли помнила его еще со школьных дней. Он всегда сигнализировал о том, что подруга увлеклась решением чьей-либо проблемы.

– Знаешь что, я сама спрошу. В конце концов, я знаю брата. Надо посмотреть, здесь ли он.

– Хизер, он хоронит сестру. Нельзя досаждать человеку в такой день.

– Тебе когда-нибудь приходило в голову, что шанс упускать нельзя? Мы не спросим – спросят другие. Давай, не будь размазней.

– Не могу, это же похороны. Так нельзя.

– Слушай, я просто выражу ему соболезнования и спрошу, собирается ли он въезжать в ее дом, а ты подожди здесь.

Как всегда, Хизер была заводилой. Так уж повелось с тех пор, как им исполнилось одиннадцать и девять. Когда Хизер обвинили в том, что она таскает безделушки из шкафа, Калли взяла вину на себя и так никому и не призналась. Пока Хизер перебегала через трассу и прогуливалась по железнодорожным путям, Калли покорно топталась у обочины или плелась рядом с путями, поджав губы и опустив глаза. Дьявольски изворотливая, Хизер играла со старшими мальчиками в ужасные игры, а Калли, обладавшая ангельским сердцем, была до невозможности правдива. Мужчины и деньги развели их в разные стороны, но, возможно, настало время снова стать подругами.


Калли сидела на кухне и ждала. В доме было невероятно тихо. Подойдя к окну, она увидела, что на улице никого нет, кроме мужчины и женщины из похоронного бюро, – спокойные и неподвижные, одетые в аккуратные черные костюмы и цилиндры с лентами, они походили на шахматные фигуры. Они повидали тысячу похорон, и в их старательной меланхолии, столь не соответствующей современному городу, ощущалась какая-то старомодная грация.

Было невероятно тихо и спокойно. Даже хмурые облака над крышами, казалось, остановили свой бег. Неужели все это меньше чем в трех милях от Пикадилли-Серкус? Сквозь забрызганное дождем стекло Калли видела башню «Бритиш-Телекома», хотя ее верхушка спряталась за тучей. Трудно себе представить, что еще уцелели такие вот послевоенные уголки, как этот. Темные домики. Тихие прохладные комнаты. Тикающие часы. Оседающая пыль. Полированная мебель. Время, повернутое вспять, к скуке детства. Дома хороши, но не лишены некоторой назойливости, словно бы им не терпелось предъявить миру какое-то полузабытое воспоминание. Здесь было что-то успокаивающее, но чувствовалось, что оно должно быть предано забвению: преходящий парадокс, доказывающий только одно: пути назад нет.

Калли опустила занавеску. Хлопнула входная дверь. С довольной улыбкой вошла Хизер:

– Я же говорила: не спросишь – не узнаешь. – Она взяла Калли за руку. – Его зовут Бен Сингх. Звучит как персонаж из «Острова сокровищ», да? Он единственный родственник старухи и намерен продать дом. Он не собирается на этом наживаться – наоборот, хочет продать его как можно быстрее, пусть даже по цене, ниже рыночной. – Она подавила радостный возглас. – Я уверена, ты сможешь сюда переехать, Калли. Дом будет твоим. Наконец-то обретешь независимость. Представляешь, собственный дом?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация