Книга Давший клятву, страница 129. Автор книги Брендон Сандерсон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Давший клятву»

Cтраница 129

– Ребята? – позвал он. – Ребята, ребята!

Лунамор отошел, когда прочие мостовики побросали свои дела и побежали к Хобберу.

– Принесите свои самосветы! – приказал Каладин. – Ему понадобится много! Сложите их кучей!

Мостовики поспешили отдать Хобберу изумруды, и он втягивал все больше и больше буресвета.

– Я их снова чувствую! – вскричал Хоббер. – Я снова чувствую пальцы на ногах!

Он неуверенно протянул руки к друзьям в поисках опоры. Дрехи подхватил его с одной стороны, Пит – с другой, и Хоббер, соскользнув с табурета, поднялся. Он улыбнулся щербатой улыбкой и едва не упал – его ноги явно были недостаточно сильными пока. Дрехи и Пит помогли ему выпрямиться, но он их оттолкнул, желая стоять самостоятельно, хоть и с риском для себя.

Четвертый мост замер, прежде чем разразиться восторженными криками. Над ними закружились спрены радости, похожие на ворох синих листьев. Лопен придвинулся ближе всех и отдал честь, как это было принято у Четвертого моста.

Этот жест в его исполнении был чем-то особенным. Две руки! Первый случай, когда Лопен смог выполнить приветствие как надо. Хоббер отсалютовал ему в ответ, ухмыляясь как мальчишка, который наконец попал в цель, стреляя из лука.

Каладин с Сильфреной на плече подошел к Лунамору:

– Камень, все получится. Эта сила их защитит.

Лунамор кивнул, а потом взглянул на запад, как делал весь день. На этот раз он кое-что заметил.

Струйка дыма.


Каладин полетел на разведку. Лунамор вместе с остальными последовал за ним по земле, неся передвижной мост.

Рогоед бежал в середине первого ряда, почти чувствуя запах воспоминаний. Древесина и средство, которым ее обрабатывали, чтобы защитить от влаги. Звук нескольких десятков мужчин, пыхтевших и кряхтевших в замкнутом пространстве. Шлепанье ног по плато. Смесь изнеможения и ужаса. Атака. Полет стрел. Умирающие люди.

Лунамор знал, что может произойти, когда решил спуститься с Пиков вместе с Кеф’ха. Еще ни один нуатома не выиграл осколочный клинок или доспех у алети или веденцев, которым они бросали вызов. И все же Кеф’ха решил, что награда стоит риска. Он думал, что в самом худшем случае его убьют, а члены его семьи станут слугами богатого низинника.

Они не ожидали жестокости и жадности от Тороля Садеаса – тот убил Кеф’ха без должной дуэли, а затем расправился со многими членами семьи Лунамора, кто посмел сопротивляться. Ради их имущества.

Лунамор взревел, рванул вперед, и его кожа засветилась от силы буресвета из кошеля и сфер, которые он собрал перед уходом. Казалось, он один несет мост, волоча за собой всех остальных.

Скар затянул маршевую песню, и Четвертый мост подхватил ее грохочущим эхом. Они были достаточно сильными, чтобы нести мост на большие расстояния без труда, но этот переход превзошел прочие вылазки с мостом. Они пробежали все расстояние, переполненные буресветом, и Лунамор выкрикивал команды, как это раньше делали Каладин или Тефт. Достигнув ущелья, почти перебросили мост через него. Когда же подобрали его на другой стороне, он показался легким, словно тростиночка.

Казалось, отряд едва отправился в путь, но источник дыма был уже перед ними: враг окружил торговый караван. Лунамор всем весом навалился на внешние опорные стержни моста, толкнув его через ущелье, а потом перебежал на другую сторону. Остальные последовали за ним. Даббид и Лопен отстегивали щиты и копья с боковин моста и бросали мостовикам, пробегавшим мимо. Они разделились на отряды, и те, кто обычно следовал за Тефтом, построились за Лунамором, хоть он, разумеется, не принял копье, которое Лопен попытался ему всучить.

Во многих фургонах перевозили древесину из лесов в окрестностях военных лагерей, хотя некоторые оказались доверху нагружены мебелью. Далинар Холин упомянул о том, что надо заново заселить его военный лагерь, но два великих князя понемногу захватывали его земли – втихаря, словно угри. Пока приходилось забирать все возможное и увозить в Уритиру.

Караван использовал большие колесные мосты Далинара, чтобы пересекать ущелья. Лунамор пробежал мимо одного их них – сломанный мост валялся на боку. Возле него подожгли три больших фургона с древесиной, и воздух наполнился едким дымом.

Каладин парил над ними со своим блистающим осколочным копьем. Лунамор прищурился от дыма, глядя в ту сторону, куда смотрел Каладин, и увидел фигуры, которые уносились прочь по воздуху.

– Нападение Приносящих пустоту, – пробормотал Дрехи. – Стоило догадаться, что они начнут грабить наши караваны.

В данный момент Лунамору было все равно. Он продвигался между усталыми охранниками каравана и испуганными торговцами, которые выбирались из-под фургонов. Повсюду лежали тела; Приносящие пустоту убили не один десяток. Лунамор искал нужное в этом беспорядке, дрожа. Неужто труп с рыжими волосами? Нет, это промокшая от крови головная повязка. А это…

Еще одно мертвое тело принадлежало не человеку – у него была мраморная кожа. Из спины торчала ярко-белая стрела, украшенная гусиными перьями. Стрела ункалаки.

Лунамор посмотрел направо, где кто-то собрал мебель в кучу, которая выглядела почти как крепость. Из-за вершины высунулась голова – крепкая женщина с круглым лицом и темно-рыжей косой. Она выпрямилась и подняла лук, приветствуя Лунамора. Из-за мебели показались другие лица. Двое подростков, мальчик и девочка лет шестнадцати. И другие, моложе. Всего шестеро.

Лунамор бросился навстречу к ним и, заползая на импровизированные укрепления, против собственной воли расплакался, слезы заструились по щекам.

Его семья наконец-то прибыла на Расколотые равнины.


– Это Песня, – представил Лунамор, одной рукой обнимая рогоедку и прижимая к себе. – Лучшая женщина на Пиках быть. Ха! Мы строить замки из снега детьми, и у нее всегда быть лучше. Я должен был знать, что найти ее в замке, пусть из старых стульев!

– Снег? – переспросил Лопен. – Как можно построить крепость из снега? Я про эту штуку слышал – он же как лед, правильно?

– Воздух тебе в голову, низинник! – Лунамор перешел к двойняшкам. Он положил руки обоим на плечи. – Мальчик быть Дар. Девочка быть Струна. Ха! Когда я уезжать, Дар быть ниже Скара. Теперь он почти как я!

Голос выдавал скрытую боль. Прошел год. Так долго. Сперва он собирался привезти их как можно скорее, но потом все пошло кувырком. Садеас, мостовые бригады…

– Следующий сын быть Камень, но не такой Камень, как я. Он… э-э… Камешек. Третий сын быть Звезда. Вторая дочь быть Кума’тики – такая ракушка, у вас не водится. Последняя дочь быть еще одна Песня. Красивая Песня. – Он присел на корточки рядом с девочкой, улыбаясь. Ей исполнилось всего четыре, и она отпрянула от него. Она не помнила отца. Это разбило ему сердце.

Песня – Туака’ли’на’калми’нор – положила руку ему на спину. Каладин представлял Четвертый мост, но лишь Дар и Струна учили языки низинников, к тому же Струна знала только веденский. Дар сумел выдать сносное приветствие на алетийском.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация