Книга Привет, Америка!, страница 15. Автор книги Джеймс Грэм Баллард

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Привет, Америка!»

Cтраница 15

Однако по мере продвижения земля, напротив, становилась еще более засушливой. То и дело попадались следы от костров и привалов тех немногочисленных кочевников, что бродили вокруг и привязывали верблюдов в тени юкковых деревьев. Правда, кроме Хайнца, Пепсодента, Джи-эм и Ксерокс, других «индейцев», у которых можно было бы выменять информацию о внутренних районах Соединенных Штатов на кое-какое оборудование, они больше не встречали.

Экспедиция направилась к Балтимору, обогнув Трентон и Филадельфию, и вышла на Мемориальное шоссе Кеннеди, ведущее к Уилмингтону. Над безлюдными городами висела дымка, парки и теннисные корты окраин покрывал еще более густой слой песчаной пыли. Каждый вечер офисные высотки будто снова и снова вырастали на горизонте с восточной стороны, и в тысячах окон отражалось волшебное сияние, чей цвет менялся от бледно-розового до ярко-красного, словно на величественных фасадах вывешивали рекламу пустыни.

Пусть континент оказал гостям неоднозначный прием, да и Великая американская пустыня наверняка тянулась не только до Аппалачей, а до самых Скалистых гор и побережья Калифорнии, члены экспедиции все равно не падали духом. Когда они добрались до Вашингтона и ехали по Первому шоссе к Авеню Конституции, Уэйн уже в который раз подумал о том, что о возвращении в Европу до сих пор никто и словом не обмолвился. Мысль об отъезде из Америки и обратном плавании больше не занимала их головы.

* * *

Штайнер, как Уэйн и ожидал, не ударил в грязь лицом.

– Итак, это Вашингтон, одна из важнейших мировых столиц, сердце великой нации. Только представь, Уэйн: именно отсюда поступали указания флотилиям, отсюда руководили операциями мировых войн и отправляли людей на Луну…

Штайнер опустил руку, призывая группу остановиться. Колонна всадников и вьючных животных, возглавляемая Уэйном на повозке с водой, замерла у Национальной галереи искусств – спустя долгие годы здание вовсе не растеряло своей внушительности.

Уэйн глянул на мемориал Линкольна и Национальную аллею. Как древний путник у обломков статуи Озимандия, он видел вокруг лишь однообразные дюны на месте некогда зеленого газона, теперь поросшего растениями пустыни. Слева, в четырехстах метрах от Уэйна, стоял Капитолий – один из самых запоминающихся образов, наряду с Белым домом и силуэтом Манхэттена. Утопленное в песке, потрескавшееся здание молчаливо высилось среди гигантских кактусов. В крыше зияла дыра: часть купола обвалилась внутрь, будто яичная скорлупа. На другом конце аллеи по сухому руслу реки Потомак перекатывались дюны. Статуя Авраама Линкольна стояла по колени в песке, президент задумчиво смотрел на юкки и снующих грызунов.

Уэйн думал, что услышит недовольные возгласы попутчиков, но увиденное, похоже, ничуть не удивило и не напугало их. Как будто именно таким Вашингтон и должен был предстать перед туристами – заброшенным пустынным городом.

Орловский прискакал к самой голове колонны и остановился в тени повозки с водой, обмахиваясь шляпой.

– Что ж, Уэйн, все в необыкновенно хорошем состоянии. Ну что, капитан, двигаемся дальше?

– Заглянем еще в Белый дом, – ответил Штайнер, направляясь на запад по улице, вдоль которой были расположены великие музеи – теперь лишь развалины, засыпанные песком. – Возможно, там есть командный пункт. Если нет, Грегор, то мы приведем вас к присяге как главу временного правительства.

– А почему не профессора Саммерс? – возразил Орловский. – Первая женщина-президент. Или, к примеру, Уэйн?

– Я не прочь, Грегор, – быстро согласился Уэйн. – Буду самым молодым президентом, куда моложе Кеннеди.

Сохраняя бодрость духа, группа шла к мемориалу Джорджа Вашингтона, обходя на своем пути кактусы и юкки. Колонна вновь начала растягиваться, и вскоре между всадниками было как минимум пятьдесят метров. Уэйн хлестал по бокам мулов, отгоняя мух. Было ясно, что втайне все радовались, обнаружив Вашингтон безлюдным – путники оказались одни в самом сердце своих мечтаний.

* * *

Первую ночь они провели в Белом доме. Вполне предсказуемо здание было заброшено, по просторным комнатам и кабинетам гулял вечерний ветерок. Песок доходил до самых окон и белым кружевом сыпался внутрь. Пока Штайнер стоял на страже у входа, Уэйн и Орловский залезли через разбитое пуленепробиваемое стекло в Овальный кабинет.

Орловский машинально снял шляпу. Вместе с Уэйном они стояли по щиколотку в песке и смотрели на огромный письменный стол в нише между двумя окнами. Кто за ним сидел, президент Браун? Или это копия оригинального стола и его поставили сюда для командующего последней эвакуацией? Уэйну почему-то казалось, что президенты некогда трогали поверхность именно этого стола. Один из углов закоптился – здесь явно разжигали огонь, другие стены были покрыты банальными надписями: «Боб и Элла Таллок, Такома, 2015», «Астронавты рулят!», «Чарльз Мэнсон жив». Однако президентский стол по некой необъяснимой причине – может, из-за своего представительского вида – оставался нетронутым.

– Все на месте, – тихо заметил Орловский. – В точности как и было…

Тронутый чувствительностью главы экспедиции, Уэйн сжал его плечо.

– Ждало тебя все эти годы, Грегор.

– Уэйн, как великодушно с твоей стороны…

К ним присоединились Риччи и Анна Саммерс, и целый час четверо бродили по разгромленным кабинетам и залам среди телетайпов, компьютерных терминалов и десятков пустых экранов, мимо обрывков листовок и расписаний эвакуации. Чуть позже, когда солнце скрылось за поросшим кактусами руслом реки Потомак, члены экспедиции спокойно обошли музеи и памятники, окружавшие Национальную аллею.

Один только Уэйн решил не ходить – он вызвался поить лошадей и разгружать оборудование.

– Ты ведь никуда не денешься, Уэйн? – обеспокоенно спросила Анна Саммерс, стряхивая песок с его светлых волос.

– Конечно, нет, Анна, – заверил ее Уэйн. – Мы добрались до Вашингтона, а здесь все только начинается.

Вернувшись спустя два часа в Эллипс – так называлась южная часть Президентского парка, – группа обнаружила, что Уэйн распаковал походные кровати и отнес их в Белый дом. Сам он устроился в Овальном кабинете: постелил спальный мешок на полу у стола, намереваясь охранять достоинство важного помещения. К счастью, подшучивать над ним по этому поводу никто не стал.

Может, все дело в мощной атмосфере, которая по-прежнему сохранялась в столице, но за последующие несколько дней Уэйн заметил, что работа экспедиции то ли замедлилась, то ли сменила направление в сторону каких-то новых внутренних ориентиров. Группа разбила лагерь перед Белым домом: на месте некогда зеленого газона поставили палаточную столовую и кухню, еще одну палатку оборудовали под системы связи, однако научные исследования, похоже, больше не увлекали Риччи и Анну Саммерс. Они коротко переговаривались по радиосвязи с Макнэром – тот сообщил, что ремонтные работы на судне скоро будут завершены, – а сейсмограф и счётчик излучения пылились в углу. Целыми днями ученые лишь ходили по музеям и зданиям Конгресса, заглядывали в штаб-квартиру НАСА, Верховный суд и Смитсоновский институт, а потом за ужином обсуждали, что чудесного и невероятного успели повидать, прямо как туристы в бесконечном туре по континенту.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация