Книга Карнавал насмерть, страница 13. Автор книги Анна и Сергей Литвиновы

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Карнавал насмерть»

Cтраница 13

Новогодье вылилось в смотр достижений борджиевского хозяйства. «Здесь у меня музыкальная комната… Аппаратура хай-энд… Вай-фай-система действует по всему дому, можно подключиться к Интернету по выделенной высокоскоростной линии хоть из туалета… Здесь, под картиной, – сейф, где я храню личное оружие, охотничье и для самообороны… Хотите посмотреть? Нет?.. Ну, тогда пойдемте дальше… Видите, тут тренажерный зал… А здесь бани – не одна баня, а именно бани, потому что в арсенале имеются русская, финская, турецкая и даже японская… А теперь пойдемте в бассейн…»

Ужин, поданный на тарелках от Версаче, вкушали позолоченными приборами (о чем Цезарь Борджиа не преминул оповестить собравшихся). Люстра из венецианского стекла была выбрана на острове Мурано – самолично супругой Ангелиной, куда она специально для того летала. Портьеры сшиты по эскизам Готье.

Об этом сообщила собравшимся Ангелина Цесарская (она же Геля). Геля щеголяла в излишнем, на вкус Тани, количестве бриллиантов, дерзко мешая «картье», «шопар» и «роллекс». Из того, что ее лицо показалось знакомым, Татьяна (вообще-то редко включавшая телевизор) заключила, что борджиевская жена – актриса все-таки известная.

Несмотря на изысканные яства – суп в кастрюльке, натурально, прибыл из Парижа, а возраст коньяков превышал как минимум четверть века, – вечеринка получилась скучноватой. Борджиа хвастался, Танин кавалер Карпытин с важным видом изрекал прописные истины, да и прочие гости веселья не добавляли.

Тем паче что прочих было раз, два и обчелся. Присутствовал еще некто Гриша Семужкин – Борджиа уверял, что тот учился на психфаке вместе с ними, но Таня, хоть убей, никак не могла его вспомнить. Семужкина сопровождала столь же блеклая жена по имени Ирина. Нынче чета Семужкиных трудилась вместе с Борджиа: он – его верным замом, а она – главным бухгалтером клиники. Невзирая на неофициальность обстановки, парочка коллег по работе проявляла к хозяину плохо скрываемое раболепие. Они наперебой провозглашали тосты в честь мудрейшего и очаровательного Цесарского. Сначала Борджиа таял от удовольствия, а потом ему даже неудобно, кажется, стало перед Татьяной, и он постарался заткнуть фонтан льстивого красноречия.

Прислуживала за столом одна только тетя Вера, приезжая с Украины. Борджиа не преминул с извиняющимися нотками заметить, что Вера вообще-то не кухарка, а уборщица, но он – вот демократ! – отпустил в честь Нового года всех прочих слуг.

Вечер совсем бы угас, если бы в пятом часу утра хозяин не предложил поиграть в «Мафию». Когда-то, лет десять назад, «Мафией» они обычно завершали полуголодные студенческие вечеринки. Ох, какие страсти тогда кипели! Сколько шума было и хохоту!.. Правила игры все сотрапезники знали. Пригласили – чтоб было интересней, а также из присущего Борджиа демократизма – поиграть и тетю Веру.

Хозяин раздал карты – каждому по одной. Тане досталась червовая семерка. Значит, в предстоящей партии она – никто: статист, простой человек, «честная шестерка». Девушка попыталась по выражениям лиц понять, кому пришли тузы черной масти – и, стало быть, досталась роль мафии. И кому выпал червовый король – тот становился главным борцом за справедливость, «комиссаром Каттани». Однако лица игроков остались непроницаемыми: шутка ли, компания за столом собралась серьезная. Борька и Гриша Семужкин – выпускники психфака. Плюс жена Семужкина – бухгалтер, а Геля – актриса… Вся эта публика хотя бы в силу профессии лицом умеет владеть. Их так просто не расколешь. Да и прислугу тетю Веру, похоже, голыми руками не возьмешь: она сидит важная, словно изваяние.

После первого круга обсуждения определили жертву. Таня плела интриги, проявила красноречие и добилась, чтобы ею стал хозяин. Никакой задней мысли в том, чтобы «убить» Цесарского, у Садовниковой не было, да и уверенности никакой, что тому выпал туз черной масти. Просто надо же с кого-то начинать… Вот она и решила грохнуть его, чтоб не слишком задавался.

Оправдывался, что он не «мафия», Борджиа вяло. Довольно быстро сдался и открыл свою карту. Оказалось, они не угадали – у него была семерка червей. Как и Тане, ему выпала роль статиста.

Итак, в игре оставалось теперь шесть человек: кроме Татьяны, чета Семужкиных, Денис, актриса Цесарская и тетя Вера. И двое из них были «мафиози», а один – блистательный «комиссар». Что ж, будет интересно определить, кто есть кто… Садовникова предвкушала игру – хоть что-то будет яркое на тоскливом вечере…

Теперь роль ведущего перешла к хозяину.

– Наступила ночь… – хорошо поставленным голосом провещал Борджиа. – Все закрыли глаза!.. Двое из вас, кто представляет мафию, не открывая глаз, прицеливаются в свою жертву, и… Стреляют!..

И тут…

Тут произошло нечто потрясающее.

В комнате прогремел настоящий выстрел!

А едва успело стихнуть от него эхо, отразившееся от высоких стен особняка, раздался шум падения тела!

Таня в ужасе распахнула глаза.

Прямо перед ней, на столе, валялся настоящий пистолет. Ощутимо пахло порохом.

А на полу, опрокинув стул, навзничь лежал хозяин дома – Борька Борджиа. На его груди расплывалось красное пятно…

Геля, жена, вскочила с места и в ужасе завопила.

Лица обоих Семужкиных покрыла смертельная бледность.

Танин кавалер Карпытин выпучил глаза в безмолвном удивлении. Прислуга Вера, не отрываясь, с исказившимся лицом смотрела на труп.

Геля бросилась к мужу. «Боря! Боренька!» – прокричала она, падая на колени. Затем стала искать пульс у него на шее, прильнула ухом ко рту, прислушиваясь к дыханию. Все гости сгрудились вокруг несчастного. От неожиданности и ужаса никто не мог вымолвить и слова. Наконец Геля поднялась и глухо пробормотала:

– Он мертв!

Карпытин воскликнул:

– Надо вызвать милицию, «Скорую»!

Как и все прочие его реплики, этот возглас оказался не чем иным, как трюизмом.

– Зачем милицию… – с безнадежным испугом вдруг прошептала тетя Вера.

Однако Геля не дала ей закончить. Она вдруг, словно бешеная тигрица, бросилась на Семужкина.

– Это ты! – завопила она. – Это ты, я знаю! Ты убил его!

Семужкин отшатнулся, однако актриса по-мужицки схватила его за лацканы пиджака и принялась трясти, крича:

– Ты! Ты его убил! Ты!

Тот не отвечал, и голова его подрагивала от гневных толчков Цесарской. А она продолжала, распаляясь:

– Ты завидовал ему! Ты всю жизнь старался превзойти его и не мог! Кишка тонка! Ты, ты ненавидел его!..

Несчастный Семужкин даже не пытался защититься, лишь бормотал:

– Гелечка, ну что ты!.. Что ты такое говоришь!..

А она орала:

– Да! Да! Тебе надоело вечно быть вторым! Это ты! Ты всю жизнь мечтал, что приберешь к рукам Борину клинику! Убийца!..

Тут на защиту несчастного мужа бросилась его дотоле безответная жена – Ирина. С непонятно откуда взявшейся силой она прямо-таки отшвырнула Гелю от супруга.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация