Книга Черная башня, страница 82. Автор книги Наталья Павлищева

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Черная башня»

Cтраница 82

Козимо долго не выдержал, тем более сыновья интересовались, когда мама вернется, а отвечать нечего. Он понимал, куда поехала Контессина — на одну из вилл. Сказали, что в Кареджо, но там Мадаллена, потому он начал с Кафаджолло. Но ни там, ни в Треббио, ни даже в Кареджо Контессины не было. Слуги либо разводили руками, мол, не приезжала, либо отвечали, что уехала.

Обнаружив, что в Кареджо нет не только Контессины, но и Мадаллены с сыном, Козимо ужаснулся: что, если это происки Альбицци?!

Он возвращался домой, полный самых мрачных предчувствий, но стоило войти в дверь, как услышал… детский визг и смех! Козимо метнулся к внутреннему дворику и замер от увиденной картины.

Вокруг Давида с Голиафом за Джованни с визгом бегал… Карло. За ними снисходительно наблюдал старший брат Пьеро, а в стороне в большом кресле, укутанная до подбородка, сидела Мадаллена, и рядом стояла Контессина.

Увидев застывшего изваянием отца, мальчишки тоже встали. Контессина подошла к мужу и, спокойно глядя в глаза, тоном, не терпящим возражений, сообщила:

— Твоему сыну пора чему-то учиться. Негоже жить среди слуг в деревне. И Мадаллене здесь будет удобней.

Он стоял, не зная, что ответить. Снова сказать, что недостоин жены? Но Контессина уже это слышала. Потому Козимо не стал говорить ничего, он просто крепко поцеловал свою такую строптивую и умную супругу.

На такой поцелуй первым отреагировал Джованни. Он остановился рядом с родителями и восхищенно произнес:

— Вот это да!

Рядом блестел темными глазенками Карло.

В те времена бастарды воспитывались вместе с законными детьми, хотя и не были им равны. Их одевали, обували, кормили, как и родных детей, давали образование, девушек выдавали замуж, выделяя приданое, а юношей обычно определяли на церковную стезю. Карло не исключение, он стал монахом и даже настоятелем монастыря, сделав очень приличную карьеру.

Его мать Мадаллена долго не прожила, выпитый яд давал о себе знать, но до последнего вздоха она жила в семье Медичи в их доме, за ней ухаживали и не считали обузой.

Почему Контессина так поступила? Просто увидела в Кареджо беспомощную Мадаллену и малыша Карло, до которого никому не было дела, и поняла справедливость поговорки, что лежачего не бьют. Добивать поверженную соперницу было низко, а ребенок и вовсе ни в чем не виноват.

Глава VII

Время — удивительная субстанция. Чем дольше человек живет, тем оно пролетает быстрее. Это в детстве каждый день длинный-длинный, а ближе к старости и годы мелькают, словно часы.

И Козимо, и Контессине еще многое предстояло пережить, но главное событие в их жизни уже случилось.

После возвращения Медичи из ссылки началась их эпоха в истории Флоренции и всей Европы.

Год выдался ужасным. Медичи могли радоваться своему триумфальному возвращению во Флоренцию, но триумф основательно подпортила природа. Теперь дурная погода не была редкостью, год за годом то морозы, то ливни с градом, то сушь, из-за которой выгорало все, что успело вырасти.

Зима 1434–1435 годов, как и предыдущая, была морозной, многоснежной, по ту сторону Альп замерзали озера и реки, гибли люди. Потом была весна с сумасшедшим половодьем и заморозками в мае и июне. А потом бесконечные дожди летом, из-за чего вымок хлеб, голодные люди собирали жалкие колоски, выковыривая их из грязи.

Флоренцию беда тоже не обошла стороной. Козимо распорядился завезти побольше ржи и просто раздавать людям муку и хлеб.

Но это оказалось не все…

— Мессир Медичи…

— Что, Луиджи?

— Беда.

Козимо оторвался от бумаг, быстро закрыл в ларец все, что могло представлять какую-то ценность, и только тогда поинтересовался:

— Что случилось?

— Какая-то новая эпидемия.

Больными оказались горожане средней руки и бедняки. Их тела покрылись страшными нарывами, руки и ноги дергались, глаза становились безумными, а животы раздулись, как шары. Это не Черная смерть. Тогда что же?

— Антониев огонь, — мрачно произнес лекарь.

Средств от этой болезни не знал никто. И почему она поражает людей, тоже. Больных оставалось только изолировать и ждать смерти. Но число заболевших росло… Богачи поторопились увезти свои семьи в загородные имения, закрыть ворота домов, изолировавшись от улицы.

Никто не обвинял в приходе болезни Медичи, но Козимо прекрасно понимал, что это пока. Он уже познал несправедливость и жестокость толпы, способной укусить даже руку, ей дающую. Враги изгнаны из Флоренции, но не уничтожены, они найдут способ обвинить Медичи во всем, даже в пришедшей в город болезни.

И выхода не видно…

Что-то мучило Козимо, не давая уснуть… Что-то, что могло помочь несчастным людям так же, как когда-то помогло спастись от Черной смерти в Кафаджолло.

Догадка пришла ночью во сне — Дамиано!

Козимо вскинулся, едва набросил халат и выскочил из спальни:

— Луиджи! Луиджи!

Из своей спальни, простоволосая, тоже в наспех наброшенном халате, метнулась Контессина:

— Что, Козимо?

Она, видно, испугалась, что муж подцепил заразу от больных, к которым ходил вечером.

Тот сделал успокаивающий знак:

— Я здоров. Это касается болезни других. Луиджи!

В комнате секретаря обнаженная девица едва успела юркнуть под одеяло, пискнув, словно мышонок, но Козимо даже не заметил.

— Где больше всего больных?

Луиджи пожал плечами, он не понимал хозяина. Тот ответил сам:

— Вокруг пекарни Карло, куда мы сами поставили муку. Немедленно забрать всю муку и весь готовый хлеб оттуда! Заменить его на пшеничную.

— Но им до утра нужно испечь хлеб…

— Я сказал — заменить белой мукой ржаную! В ржаной муке зараза, понимаешь, спорынья там.

Пекарня все равно не смогла бы наполнить корзины с хлебом до утра — Карло и вся его семья были больны, они тоже ели хлеб со спорыньей. Люди Медичи действительно забрали всю черную муку из пекарни и принесли белую.

Контессине Козимо наконец объяснил:

— Мой брат-близнец Дамиано умер от антониева огня совсем маленьким, кормилица сунула ему хлебный кляп. Умерла и она, и ее сыновья. Хлеб был заражен. Понимаешь, если его хорошо пропекать, то заразу можно убить, а если пропечен плохо, да еще и черный, то беда.

— Если кто-то заразил муку нарочно, то это будет легко сделать и в других местах. Но ты же не можешь проверить все пекарни. И большинство горожан пекут хлеб дома, как их проверить?

Козимо вскинул на жену глаза. Какая же она умница!

Утром и без того напуганный город был потрясен — Медичи не просто закрыли пекарню Карло, они бесплатно раздавали белый хлеб, испеченный своими людьми. Лоренцо объяснил горожанам:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация