Книга Аркадий и Борис Стругацкие. Собрание сочинений. Том 4. 1964-1966, страница 28. Автор книги Борис Стругацкий, Аркадий Стругацкий

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Аркадий и Борис Стругацкие. Собрание сочинений. Том 4. 1964-1966»

Cтраница 28

– Хорошо, – сказал я. – Пусть врача вызовет портье.

Он убрал руку, и я позвонил портье. В ожидании врача я сидел возле Римайера, а Оскар ходил из угла в угол, перешагивая через лужу спиртного. Я следил за ним краем глаза. Он вдруг нагнулся и поднял что-то с пола. Что-то маленькое и пестрое.

– Что это там? – спросил я равнодушно.

Он поколебался немного, а затем бросил мне на колени плоскую коробочку с пестрой этикеткой.

– А, – сказал я и поглядел на Оскара. – «Девон».

– «Девон», – отозвался он. – Странно, что здесь, а не в ванной, правда?

Черт, подумал я. Пожалуй, я был слишком зелен, чтобы драться с ним в открытую. Я еще слишком мало знал.

– Ничего странного, – сказал я наобум. – Вы ведь, кажется, распространяете этот репеллент. Наверное, это образец, который вывалился у вас из кармана.

– У меня из кармана? – Он страшно удивился. – А, вы имеете в виду, что я… Но я уже давно выполнил все поручения и теперь просто отдыхаю. – Он помолчал. – Но, если вы интересуетесь, я мог бы помочь.

– Это очень интересно, – сказал я. – Я посоветуюсь…

Тут, к сожалению, дверь распахнулась, и появился врач в сопровождении двух сестер.

Врач оказался человеком решительным. Он жестом убрал меня с кушетки и отбросил портьеру, которой был накрыт Римайер. Римайер лежал совершенно голый.

– Ну конечно… – сказал врач. – Опять… – Он поднял Римайеру веки, оттянул ему нижнюю губу, пощупал пульс. – Сестра, кордеин… И вызовите горничных, пусть вылижут эту конюшню до блеска… – Он выпрямился и посмотрел на нас. – Родственники?

– Да, – сказал я. Оскар промолчал.

– Вы нашли его уже без сознания?

– Он лежал и бредил, – сказал Оскар.

– Это вы перенесли его сюда?

Оскар помедлил.

– Я только укрыл его портьерой, – сказал он. – Когда я пришел, он лежал, как сейчас. Я боялся, что он простудится.

Врач некоторое время смотрел на него, потом сказал:

– Впрочем, это безразлично. Вы можете идти. Оба. С ним останется сиделка. Вечером можете позвонить. Всего хорошего.

– А что с ним, доктор? – спросил я.

Врач пожал плечами.

– Ничего особенного. Переутомление, нервное истощение… Кроме того, он, по-видимому, слишком много курит. Завтра он станет транспортабельным, и тогда увезите его домой. У нас ему оставаться вредно. У нас слишком весело. До свидания.

Мы вышли в коридор.

– Пойдемте выпьем, – предложил я.

– Вы забыли, что я не пью, – заметил Оскар.

– Жаль. Вся эта история меня так расстроила, что хочется выпить. Римайер всегда был таким здоровяком…

– Ну, в последнее время он сильно сдал, – сказал Оскар осторожно.

– Да, я с трудом узнал его, когда вчера увидел…

– Я тоже, – сказал Оскар. Он не верил ни одному моему слову. Я ему тоже.

– Где вы остановились? – спросил я.

– Здесь же, – сказал Оскар. – Этажом ниже, восемьсот семнадцатый номер.

– Жаль, что вы не пьете. Мы бы могли посидеть у вас и хорошо поговорить.

– Да, это было бы неплохо. Но, к сожалению, я очень спешу. – Он помолчал. – Знаете что, дайте мне ваш адрес, завтра утром я вернусь и зайду к вам. Около десяти – вас устроит? Или вы позвоните мне…

– Отчего же… – сказал я и дал ему свой адрес. – Честно говоря, меня очень интересует «Девон».

– Я думаю, мы сумеем договориться, – сказал Оскар. – До завтра.

Он сбежал по лестнице. Он действительно, по-видимому, спешил. А я спустился на лифте в вестибюль и дал телеграмму Марии: «Брату очень плохо чувствую себя одиноким бодрюсь Иван». Я и в самом деле чувствовал себя одиноким. Римайер снова вышел из игры – по крайней мере на сутки. Единственный намек, который он мне дал, – это совет насчет рыбарей. Ничего определенного у меня не было. Были рыбари, которые обитают где-то в Старом Метро; был «Девон», который, возможно, каким-то боком касался моего дела, но с тем же успехом мог не иметь к нему никакого отношения; был Оскар, явно связанный с «Девоном» и с Римайером, фигура достаточно неприятная и зловещая, но, несомненно, лишь одна из множества неприятных и зловещих фигур на местных безоблачных горизонтах; был еще какой-то Буба, снабдивший «Девоном» пористый нос… В конце концов я здесь всего сутки, подумал я. Время есть. И на Римайера в конце концов можно еще рассчитывать, и Пека, может быть, удастся найти… Я вдруг вспомнил вчерашнюю ночь и дал телеграмму Зигмунду: «Концерт самодеятельности двадцать восьмого подробности не знаю Иван». Потом я подозвал портье и спросил, как быстрее пройти к Старому Метро.

Глава девятая

– Приходили бы вечером, сейчас слишком рано.

– А мне хочется сейчас.

– Приспичило, значит… А вы, может, адресом ошиблись?

– Да нет, не ошибся.

– И вот именно сейчас вам и надо?

– Именно сейчас. И не позже.

Он поцокал языком и дернул себя за нижнюю губу. Он был коренастый, плотный, с круглой, гладко выбритой головой. Говорил он, едва шевеля языком, и утомленно заводил глаза под верхние веки. По-моему, он не выспался. Его приятель, сидевший за барьером в кресле, по-видимому, тоже не выспался. Но он вообще не говорил ни слова и даже не смотрел в мою сторону. Помещение было мрачное, затхлое, с отставшими от стен покоробленными панелями. С потолка свисала тусклая от пыли лампочка без абажура на грязном шнуре.

– Почему бы вам все-таки не прийти попозже? – промямлил круглоголовый. – Когда все приходят…

– Так уж мне захотелось, – скромно сказал я.

– Захотелось… – Он пошарил в столе. – У меня вот и бланка не осталось… Эль, у тебя есть бланки?

Эль молча нагнулся и вытянул откуда-то из-под барьера мятый лист бумаги. Круглоголовый сказал зевая:

– Приходите ни свет ни заря… Народу никого нет, девчонок тоже… спят еще… Веселья никакого… – Он протянул мне бланк. – Заполните и подпишите, – сказал он. – Мы с Элем подпишемся за свидетелей. Деньги сдайте… Не беспокойтесь, у нас честно. Документы у вас есть какие-нибудь?

– Никаких.

– И то хорошо.

Я просмотрел бланк. «Настоящим я, нижеподписавшийся (пропуск), в присутствии свидетелей (большой пропуск) убедительно прошу подвергнуть меня приемным испытаниям на соискание звания члена общества ДОЦ. Подпись соискателя. Подписи свидетелей».

– Что такое ДОЦ? – спросил я.

– Это мы так зарегистрированы, – ответил круглоголовый. Он пересчитывал деньги.

– Но ДОЦ как-то расшифровывается?

– А кто его знает… Это еще до меня было. ДОЦ и ДОЦ… Ты не знаешь, Эль? – Эль лениво помотал головой. – Ну, в самом деле, не все ли вам равно…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация