Книга Годсгрейв, страница 24. Автор книги Джей Кристофф

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Годсгрейв»

Cтраница 24

– Сядь, – приказал администрат.

Мия заставила себя встать с пола, покосилась на ремешки и пряжки на подлокотниках стула. Они определенно намеревались обездвижить ее для проведения предстоящей процедуры. Она знала, что если снова заговорит, получит очередной удар. Поэтому девушка молча вперила взгляд в маленькое зарешеченное окошко и кусочек голубого неба за ним. И не шевельнулась.

Экзекутор зарычал низким голосом и уже было замахнулся для удара.

– Делай, как тебе…

– Нет, – остановила его донна Леона, наблюдая за Мией с любопытством. – Пусть стоит.

– При всем уважении, донна Леона, – сказал администрат, – это не простая татуировка. Это аркимический процесс. Боль просто невыносимая. Скорее всего, она потеряет сознание.

Мия вспомнила, как ее бичевала ткачиха Мариэль, и чуть не рассмеялась над его словами. В глазах донны Леоны тоже заплясала смешинка.

– Ставлю сотню сребреников, что ничего подобного не произойдет.

Экзекутор неодобрительно хмыкнул. Администрат слегка опешил.

– Я не азартный человек, ми донна.

– Но вы человек, который решил рассказать мне о том, что я и так прекрасно знаю? – голос Леоны стал острым, как бритва. – Я выросла в лучшей гладиатской коллегии во всей Итрейской республике. Я знаю, как наносится проклятое рабское клеймо. А теперь приступайте.

Администрату почти удалось подавить вздох. Он повернулся к шкатулке, открыл склянки и начал смешивать компоненты в стеклянной мисочке. Внутренний ядоваритель в Мие наблюдал за всем с интересом и отмечал, как соединяются компоненты аркимической смеси, пузырясь, шипя и брызгая черным. [17]

Администрат окунул иглу и поднял ее к лицу Мии. Послушник стоял позади нее и держал голову. Девушка заставила себя не шевелиться и стиснула зубы. Пристроив сталь к щеке Мии, администрат поднял тонкий ювелирный молоток. Мия затаила дыхание. И, без дальнейших прелюдий, администрат вбил иглу в ее щеку и прямо в кость под ней.

Черное пламя. Огненная агония. Глаза Мии расширились, зрачки сузились; боль пронзила череп и лишила воздуха в легких. Ее колени подкосились, в глазах вспыхнули черные звездочки. Администрат отошел, явно ожидая, что Мия упадет. Но, с набухающей тенью и вздымающейся грудью, девушка осталась стоять на ногах.

Мия посмотрела на Леону. Донна наблюдала за ней с расплывающейся на лице улыбкой.

– Ну? – обратилась женщина к администрату. – Продолжайте!

Тот пожал плечами и, больше не делая театральных пауз, продолжил вбивать иглу в щеку Мии. Еще раз и еще раз. Небольшая очередь из трех крошечных ударов, но каждый отдавался громом в ее голове.

тукТУКТУК

тукТУКТУК

Ногти впились в кожу ладоней.

Перед глазами поплыли белые пятна.

Комната закачалась под ней, как корабль во время бури.

тукТУКТУК

тукТУКТУК

Хуже всего было ожидание. Мгновение между одной очередью и следующей. Эта кратчайшая передышка, казавшаяся вечностью, в предвкушении новой волны боли. Бичевание Адоная, ткачество Мариэль… ничто из пережитого Мией в жизни и близко не походило на эти ощущения, и еще хуже становилось от горькой мысли, что в эти мгновения, для всего мира за пределами клетки, ее жизнь перестает принадлежать ей самой.

тукТУКТУК

Если бы не Мистер Добряк, она бы, наверное, сломалась.

тукТУКТУК

Но, в конце концов, несмотря на

всю эту боль

все мольбы

кровоточащую щеку

дрожь в ногах

Мия выстояла.

– Хорошо, что вы не азартный человек, сэр, – заявила донна Леона.

Администрат молча собрал свои инструменты. Зло покосившись на Мию, быстро поклонился донне и, сопровождаемый плетущимся позади послушником, вышел из камеры, шурша черной тканью мантии. Леона с триумфальной улыбкой повернулась к экзекутору.

– Ты просил глину, с которой можно работать? Я даю тебе сталь.

Здоровяк, прищурившись, посмотрел на Мию.

– Сталь скорее сломается, чем прогнется.

– Четыре Дочери, ты вечно чем-то недоволен! – Леона вздохнула. – Идем. Пусть она отдохнет. Скоро ей понадобятся все ее силы.

Донна взяла лицо Мии в ладони, ласково погладила израненную щеку большим пальцем. В глаза девушки впились сапфирово-голубые колодцы.

– Мы с тобой окрасим пески алым, – сказала она. – Сангии э Глория.

Одарив ее прощальной улыбкой, Леона прогарцевала к выходу из клетки в вихре голубого шелка. Экзекутор заковылял следом и запер за собой дверь. Шаги донны и стук его железной ноги постепенно удалялись по коридору.

Мия опустилась на колени. Ее щека опухла и пульсировала от боли. Ладони кровоточили из-за того, что она слишком сильно впивалась в них ногтями. Девушка провела кончиками пальцев по коже, ощупывая бугорки двух переплетающихся колец прямо под правым глазом. Ее мозг кипел от воспоминаний о пережитой агонии, слова донны отдавались в черепе вместе с эхом от ударов молотка.

«Они везут меня в…»

– …Воронье Гнездо?..

Она посмотрела на не-кота, вновь вылизывающего не-лапу своим не-языком. Подвигала пересохшими губами, пытаясь снова обрести голос.

– Это было родовое гнездо семьи Корвере. Моей семьи. Консул Скаева отдал его судье Рему в качестве награды за то, что тот подавил отцовское восстание против Сената.

– …И теперь он принадлежит Леоне?..

Мия молча пожала плечами. Не-кот склонил голову.

– …Ты в порядке?..

Отец держит ее за руку, пока они бредут по полю высоких солнц-колокольчиков. Мать стоит на верхушке зубчатой стены из охристого кирпича, и холодный ветер играет прядями ее длинных темных волос. Мия выросла в Годсгрейве – отцовская должность судьи не позволяла ему надолго покидать Город мостов и костей. Но иногда, в глубоколетье, они ездили в Воронье Гнездо на пару недель, просто чтобы провести время вместе. Это были самые счастливые перемены в жизни Мии. Вдали от давящей тесноты столицы и отравы ее политики. Там ее родители выглядели счастливее. Ближе и роднее. Там родился ее брат Йоннен. Она помнила, как их навещал генерал Антоний, потенциальный король, которого потом повесили рядом с отцом. Он и ее родители засиживались с ним допоздна, выпивали, смеясь и о-о-о, наслаждались жизнью.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация