Книга Годсгрейв, страница 51. Автор книги Джей Кристофф

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Годсгрейв»

Cтраница 51

Я знаю свой путь, шахид. Порой горе – это все, что заставляет меня по нему идти.

Женщина улыбнулась – сладко и горько, как шоколад.

Прости меня. Полагаю, от преподавательских привычек нелегко избавиться. Ты теперь Клинок. И женщина. Да еще и красавица. – Аалея подалась ближе, сосредоточив взгляд на Мие, ее губы были совсем рядом. – Ты всегда мне нравилась. Знай, если тебе когда-нибудь понадобится совет – он твой. И если тебе когда-нибудь захочется разжечь пламя, чтобы согреться холодной неночью – я здесь.

Пульс Мии участился, кожу начало покалывать. В такой близости она могла учуять розы и мед в парфюме шахида. Глядя в эти темные, подведенные сурьмой глаза, она снова задалась вопросом, была ли в запахе Аалеи какая-то аркимия или…

«Сосредоточься на цели, Корвере».

Мия высвободилась из рук женщины. Облизала внезапно пересохшие губы.

Благодарю, шахид,пробормотала она. – Я подумаю об этом.

Уверена, что так и будет, милая,ответила Аалея, улыбаясь шире. – Что ж, оставлю тебя наедине с воспоминаниями. Не позволяй Достопочтенному Отцу обнаружить тебя здесь без добычи, если только, конечно, тебе не хочется услышать, как он буянит.

Шахид масок склонила голову и выпорхнула из зала, но ее запах продолжил витать в воздухе. Мия смотрела ей вслед, притяжение женщины едва не вывело ее из равновесия. Но все омрачала причина, по которой она вернулась, давя бабочек в животе. Девушка ощутила, как ее тень покрывается рябью, тьма у ног начала набухать.

…Она опасная…

Так можно сказать про всех женщин, которых я знаю.

…С чего начнем?..

Ты начни с этого конца и направляйся к центру. Я начну у ног Матери. Прислушивайся к шагам. Нам не нужна компания.

…Ты искренне думаешь, что эти поиски принесут результат?..

Я уже не знаю, что думать. Так что давай побыстрее покончим с этим.

Мия присела у основания статуи Наи и под светом из кровавых витражных окон начала изучать имена, вырезанные в камне. Одно за другим. Тысячи. Спираль, начинающуюся у ног богини. Имена королей, сенаторов, легатов и лордов. Священников и проституток, нищих и ублюдков. Имена каждого, принесенного в жертву Черной Матери.

Ее единственной компанией были хор и Мистер Добряк; сама девушка работала молча. Гадая, что делать, если Эшлин сказала правду. Пару раз ей пришлось прятаться в плащ из теней, когда в зал забредали Десницы или новые аколиты. Но большую часть времени ее никто не прерывал. Стоя на коленях в сумраке, она читала имена мертвых, смешивающиеся в голове.

Мия помнила ту перемену, когда он умер. Ее отец. Стоя перед петлей и вопящей толпой. Кардинал Дуомо с бородой, напоминавшей изгородь, и широкими плечами стоял на эшафоте. Юлий Скаева с угольно-черными волосами и глубокими темными глазами был наверху, облаченный в консульскую мантию, окрашенную фиолетовым и кровью. Они пришли для того, чтобы посмотреть, как предводителей восстания повесят за преступления против великой Итрейской республики. Судья Дарий Корвере и генерал Гай Антоний набрали армию и собирались повести ее на собственную столицу. Но накануне вторжения пришло спасение, и предводителей мятежа доставили в руки республиканских властей.

Мия была слишком юной, чтобы задавать вопросы. А затем – слишком ослепленной, чтобы задаваться ими самой.

Но как?

Как предводители восстания попали в лапы Сената, находясь в безопасности собственного вооруженного лагеря? Антоний не был глупцом. Отец Мии тоже. Потребовался бы сам бог, чтобы прорваться сквозь оборону и захватить их в плен.

Бог. Или, возможно, кто-то, поклонявшийся богине…

…Мия…

При звуке голоса Мистера Добряка она резко подняла голову, зрачки расширились во тьме.

…О, Мия…

Она стремглав поползла по полу к тому месту, где стоял кот из теней. Изучила имена, вырезанные в граните. Ее отца и Антония повесили перед народом Годсгрейва – даже если люди Красной Церкви были замешаны в их поимке, казнь свершили не они. Но если кто-то погиб во время захвата, то, возможно…

Бездна и кровь,прошептала она.

Высеченное на камне, как и обещала Эшлин. Одно-единственное имя среди тысяч. Имя раба, который выкупил свою свободу, но все равно остался на службе у ее отца. Правая рука Дария Корвере. Его мажордом. Человек, который должен был быть со своим судьей, когда тот готовился напасть на столицу. Человек, который должен был оставаться с ее отцом до последнего.

Андриано Варнесе.

…Значит, это правда…

В животе похолодело, ее пальцы обвели имя на камне.

Рот наполнился пеплом и пылью.

Красная Церковь участвовала в поимке ее отца. Вот кто виноват в том, что восстание было подавлено. Почему еще имя мажордома ее отца было бы вырезано здесь на камне? Как еще могли схватить генерала и его судью в лагере с десятью тысячами их людей?

Все это время она обучалась в логове убийц, чтобы отомстить ублюдкам, которые повесили ее отца. Ни секунды не предполагая, что убийцы, у которых она училась, сами приложили руку к этой смерти.

И все по воле мужчины, которого она хотела убить больше всего.

Эш сказала правду.

Всё. От и до.

Уничтожено в одно мгновение.

О, Богиня,выдохнула Мия.

Она посмотрела на статую над собой. На меч и весы в ее руках. На драгоценности, сверкающие на мантии, словно звезды в тихую истинотьму. В эти безжалостные черные глаза.

Черная мать, что мне теперь делать?


Толпа рокотала, как гром.

Ее рев вибрировал в камне вокруг, отбивался от влажных стен. С деревянных балок на потолке сыпалась пыль; топот тысяч ног, гул аплодисментов, оглушительные раскаты, выражающие восхищение – все это вызывало в Мие дрожь по телу и трепет внизу живота.

За всю свою жизнь она никогда не слышала ничего подобного.

Девушка находилась в камере под ареной и смотрела сквозь прутья на пески снаружи. Рядом с ней стоял Маттео, его темные глаза округлились от удивления. Сидоний ходил взад-вперед по их маленькой клетке, словно запертый зверь, жаждущий сорваться с цепи. Или же мечтающий сбежать. Мия посмотрела на слово «ТРУС», выжженное на его груди. Снова подумала о том, чем он его заслужил.

– Ты когда-нибудь была на «Венатусе», вороненок? – спросил он.

– Отец ни за что бы мне не позволил. Он считал эти игры варварским развлечением.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация