Книга Новая Ева , страница 46. Автор книги Джованна Флетчер, Том Флетчер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Новая Ева »

Cтраница 46

Криохранилище расположено далеко внизу и занимает бо́льшую часть Башни. Оно заполнено замороженными женщинами, которые решились сохранить свои тела для будущего в надежде на то, что однажды они проснутся в новом мире, где наукой уже разгадана самая интригующая головоломка за всю историю человечества.

– Ты когда-нибудь бывал там? – спрашивает Джексон.

– В криохранилище? Нет, а что? – отвечаю я вопросом на вопрос.

– Просто спросил. – Он гнусно хихикает, запихивая в рот кусок хлеба.

Локк толкает его локтем в бок, пока мы выстраиваемся в очередь за едой.

– А ты что делал в криохранилище? – спрашивает Хартман. Я не уверен, что кто-то из нас хочет услышать ответ.

– Мне придется доложить о тебе, – предупреждает Крамер.

– Ага, давай, настучи, и, может быть, я расскажу доктору Уэллсу, чем вы с Холли занимаетесь в студии после смены, – спокойно парирует Джексон.

Крамер заливается краской, открывает рот, будто хочет что-то сказать, но не находит слов и пристыженно садится за стол.

– Полагаю, у нас у всех тут есть свои порочные удовольствия. В конце концов, мы все мужчины. И запрограммированы на одно и то же. – Джексон одной рукой хватает себя за причинное место, другой рукой удерживая тарелку с мясом. – Верно, Брэм?

Все замолкают и смотрят на меня, ожидая моей реакции. Очевидно, всем известно, что произошло между мной и Евой.

– Ну, и кто сегодня на вахте? – спрашиваю я, не поддаваясь на провокацию. – Как она?

Молчание.

Все быстро переглядываются, избегая смотреть мне в глаза.

– Что? – спрашиваю я.

– Послушай, старик, мне не хочется быть гонцом с плохими новостями… – Уоттс неловко улыбается.

– Мы получили строгий приказ не обсуждать с тобой, что происходит в Куполе, – перебивает его Джексон, ставя эффектную точку. Я не могу не заметить, как дергается уголок его рта. – В целях безопасности Евы.

Кровь закипает во мне. Хартман кладет руку мне на плечо, и я вижу свои сжатые кулаки.

Джексон таращится на меня, словно подзадоривая и напрашиваясь на драку.

Я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. У меня и так достаточно проблем. Джексон это знает. Я расслабляюсь и с вымученной улыбкой закидываю в рот хлебный мякиш.

– Знаешь, тебе нужно контролировать свой темперамент, Брэм, – бурчит Джексон с набитым ртом. – От тебя не знаешь, чего ждать. То улыбаешься, а то уже готов махать кулаками. Непредсказуемый ты. Знаешь, кто еще был таким же? Отец Евы, и посмотри, что они с ним сделали!

– Отец Евы психопат. Он получил по заслугам, – вступает в разговор Хартман.

– И ты всему этому веришь? – вмешивается Уоттс.

Снова воцаряется молчание, и все как один многозначительно смотрят на него. Слова могут быть опасны в мире, где у стен есть уши.

– Что там было на самом деле, мы вряд ли когда-нибудь узнаем. – Джексон прерывает молчание. – Только тем, кто наверху, все известно.

– Что ты хочешь этим сказать? – спрашиваю я, перехватывая неуловимый взгляд Джексона.

– Ничего, – отвечает он.

– Нет уж, продолжай, про тех, кто наверху. Ты имеешь в виду моего отца? – Впервые в жизни я вступаюсь за него. Странное ощущение.

– Да, наверное. Никогда не думал об этом. – Джексон пожимает плечами. – Может быть, и ты тоже знаешь. – Он смеется.

До меня не сразу доходит смысл его слов. – Вы все тоже так думаете? – спрашиваю я у своей команды. – Что я часть какого-то грандиозного заговора, который разлучил Еву с ее семьей?

Мои так называемые друзья переглядываются и неубедительно качают головами.

– Нет, старик, мы знаем, что ты один из нас, – говорит Локк, но я улавливаю тень сомнения в глазах коллег. Как будто они думали об этом, даже если и не верили.

– Я, пожалуй, доем в общаге, – говорю я Хартману, оставляя его в компании заговорщиков.

30
Брэм

Я тащусь обратно в общагу. Мое тело двигается по кажущимся бесконечными коридорам Башни, в то время как мысли бродят по лабиринтам разума. Столько тупиков, столько вопросов без ответов. Мать Евы и конспирологические версии ее смерти, по большей части родившиеся из интервью, которые раздавал безутешный муж и отец, когда его разлучили с Евой, еще до попытки похищения дочери.

Они ее убили.

В памяти всплывает его голос, звучавший на одной из сотен записей. Голос обезумевшего и отчаявшегося человека. Мужчины, ставшего свидетелем смерти своей жены. Наравне с ней причастного к чуду рождения самого прославленного ребенка. Отца самого ценного жителя планеты.

Достаточно, чтобы сойти с ума?

Возможно.

Я прохожу мимо пары сотрудников ЭПО – техников, судя по их темно-синей униформе.

– Сэр. – Они по-военному отдают честь.

Я киваю. Ненавижу здешнюю иерархию. Эти седеющие мужики, возможно, втрое старше меня, и, между тем, только из-за моей должности вынуждены отдавать мне честь, даже получать от меня приказы, если я того захочу.

Я всегда чувствовал, что жизненный опыт, возраст, рабочий стаж уже делают человека заслуживающим уважения. Но, похоже, здесь ценится другое.

Когда мои мысли успокаиваются, я замечаю, что проскочил вход в крыло, где находится наше общежитие. Передо мной лифт, на котором можно попасть в жилую зону. Металлический шар за стеклянными воздухонепроницаемыми дверями лифтовой шахты изящно скользит вверх мимо нашего этажа, оставляя отраженный сияющий след на полированном черном полу.

Недолго думая, я взмахиваю рукой над датчиком, вызывая лифт. Он прибывает в течение пяти секунд, что до сих пор поражает мое воображение: в здании 1000 этажей.

Двери бесшумно открываются, и я захожу в круглую капсулу. Лучик света бьет мне в глаза, сканируя сетчатку.

Добрый вечер, мистер Уэллс, – приветствует меня механический голос. Терпеть не могу, когда ко мне так обращаются.

– Мистер Уэллс – мой отец. А я – Брэм. Просто Брэм, – инструктирую я, и умная машина соглашается. Мне приходится повторять это каждый день, поскольку ЭПО отказывается перепрограммировать систему, чтобы та называла меня по имени, как все остальные. Чертов регламент.

Очень хорошо, просто Брэм. Куда прикажете доставить? – спрашивает голос, видимо, пытаясь шутить. Я находил это забавным, когда мне было десять. Восемь лет спустя? Шутка явно поистерлась.

– КХ, двадцать четвертый уровень, – говорю я. Криохранилище.

Снова выстреливает луч света: система перепроверяет мой допуск.

Я жду. Лифт стоит на месте с тех пор, как я вошел внутрь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация