Книга Армагеддон. Книга 3. Подземелья Смерти, страница 53. Автор книги Юрий Бурносов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Армагеддон. Книга 3. Подземелья Смерти»

Cтраница 53

Гумилев снова взглянул на часы — ну, когда уже?! Что там говорил майор Бенитес про точность до миллисекунды? Или это его часы идут неправильно?

В этот момент и рвануло.

Земля ушла из-под колес «Хаммера», словно при землетрясении. Машину занесло, несколько мгновений она скользила боком практически над поверхностью шоссе, потом «Хаммер» грохнулся на трескающийся асфальт и закувыркался.

Андрей Гумилев врезался головой в потолок и потерял сознание.

Глава десятая Отступать некуда

Мы победим, чтобы уйти, когда дело будет сделано!

Джордж Уокер Буш, сорок третий президент США

…Ростислав Шибанов открыл глаза и не понял, где находится. Все тело ломило, словно его засовывали в бетономешалку. Даже после тяжелых матчей, когда соперники не столько играли в хоккей, сколько дрались и старались припечатать его к борту, Ростислав не чувствовал себя так плохо. В ушах звенело, он ничего не слышал, перед глазами плыли разноцветные пятна.

Ослеп?!

И оглох?!

Попытавшись подняться, Шибанов стукнулся спиной обо что-то железное. Пошарил вокруг руками — нащупал чье-то тело, испачкал руки в липком и горячем… Кровь?

Внезапно память выдала то, что зачем-то скрывала несколько секунд со времени его возвращения в реальность.

Они удирают на «Хаммере» от погони.

Взрыв. Ядерный взрыв портативного заряда.

«Хаммер» заносит, он начинает кувыркаться по шоссе, что-то не своим голосом орет Джей-Ти, с отвратительным хрустом сминается корпус внедорожника, вокруг все вспыхивает, и — стоп. Как будто оборвалась пленка во время демонстрации кинофильма.

Ростислав потряс головой, пытаясь хоть что-то увидеть сквозь цветную пелену или услышать сквозь назойливый звон. Может, при взрыве у него сгорели зрительные нервы? Лопнули барабанные перепонки?

В этот момент кто-то вцепился в руку Шибанова. Словно издалека, со дна глубокого колодца, послышалось:

— Бра-ат… Бра-ат!

— Я ничего не слышу! — отозвался Ростислав, подозревая, что орет во весь голос, как обычно делают внезапно оглохшие люди.

— Бра-ат… — Голос приблизился, бормотал прямо в правое ухо, стал заметно громче. — У тебя кровища течет из ушей. У меня по ходу тоже, всю рожу вымазал. Но я вижу. Ты вроде как целый, не знаю, что там внутри у тебя, но снаружи — целый. Блин, ну и приложило нас, Расти!

— Джей… — радостно выдохнул Шибанов.

— Я самый. Думал, из меня все кишки вытряхнет… Хорошо, что успел в люк обратно нырнуть, когда эта телега закувыркалась. Пулемет, на хрен, унесло, а могло и мою башку вместе с ним!

— Слушай, надо вылезти… Вдруг взорвется, — заволновался Шибанов.

Джей-Ти успокоил его:

— Это только в кино тачки взрываются почем зря. На самом деле редко. Но вылезать надо, вдруг эти уроды, что нас догоняли, живы? Придут и пошлепают нас, как в долбаном тире…

— А что с остальными?!

— Твой русский приятель вроде жив, но без сознания. Стонет, ты не слышишь, видать… А полковник готов.

— Роулинсон мертв?!

— Я ж говорю — готов. Мертвый, как Майкл Джексон. Шею, что ли, свернул… Ты как, выползешь сам? Вот дверца, она открыта… точнее, отвалилась, к чертовой бабушке. А я попробую вытащить олигарха.

— О’кей, вылезу, — пообещал Ростислав и пополз в том направлении, куда подтолкнул его заботливый Джей-Ти.

Только сейчас он почувствовал, какой горячий вокруг воздух. Густой, плотный… Наверное, полный радиации. Но не о ней надо сейчас думать, сейчас надо выбираться отсюда…

Вывалившись на асфальт, Ростислав обнаружил, что с горем пополам может видеть. Вокруг все было мертвенно-красным, шарик солнца плавал в багровой пелене — наверное, взрыв поднял пыль и песок. Пейзаж подходил для фантастического фильма. Мидори бы понравилось.

Исковерканный «Хаммер» лежал на боку. Часто моргая и морщась от рези в глазах, Ростислав разглядел полковника — Роулинсон распростерся подле «Хаммера», шея его была согнута под углом, нереальным для живого человека. Дальше по шоссе чернели перевернутые машины преследователей, но что происходило возле них, Шибанов увидеть не сумел.

Джей-Ти выволок Гумилева наружу и подтащил к Ростиславу. Андрей уже открыл глаза и что-то говорил, шевелил губами.

— Что он там?! — громко спросил Шибанов.

— Зовет вроде кого-то, — пожал плечами бывший рэпер и устало опустился рядом. — Маруся… Это же русское имя?

— Дочку, — сказал Шибанов.

Джей-Ти отцепил с пояса флягу, отвинтил крышечку и сунул Ростиславу. Тот сделал несколько глотков горячей, словно из термоса, воды, вернул обратно. Джей пить не стал, поднес горлышко к губам Гумилева.

— Спасибо, — уже громче отозвался тот, отпив немного.

— Пойду разберусь, — сказал негр.

Поднявшись, он подобрал автомат и, шатаясь, направился к автомобилям преследователей. Шибанов нашарил чехольчик, вынул Скорпиона, подержал на ладони. Неужели снова помог?

Со стороны завала на шоссе послышались несколько коротких очередей. Видимо, Джей-Ти нашел выживших.

— Помогает? — с трудом произнес Гумилев, внимательно глядя на зловеще поблескивающую в багровых отсветах фигурку.

— М-м-м? — Шибанов нахмурился и наклонил голову ближе к Гумилеву.

Гумилев отмахнулся рукой, а Шибанов неожиданно кивнул, словно понял, о чем был вопрос.

— Мне его дед отдал. И велел никому не показывать. И не дарить. Сказал, что украсть или отобрать у меня его не смогут. А вот если я его сам кому-то подарю, беда будет. «Особенно если девке», — сказал дед.

— У деда фамилия тоже была Шибанов? — помолчав, поинтересовался Гумилев.

— А? Да… У деда? Шибанов. Александр Сергеевич.

— И что еще он рассказывал про Скорпиона? — Андрей старался говорить как можно громче, хотя от этого еще сильнее кружилась голова. — Кстати, он его показывать не велел, а ты мне показал, да и раньше не прятал…

— А пес его знает, — улыбнулся Ростислав и поморщился, потому что улыбка вызвала боль. Кожу на лице то ли обожгло, то ли стянуло коркой засохшей крови. — Дед говорил, что раньше эта фигурка принадлежала одному хорошему человеку, поэту. Потом он подарил его какой-то женщине, тоже поэтессе. Поэта убили во время революции — или чуть позже, я не совсем понял, дед фамилию не называл, сказал только, что «шлепнули, как белогвардейский контрреволюционный элемент». А женщина уехала в Париж и дожила там до девяноста лет. Я так понимаю, дед думал, что если бы тот поэт не подарил Скорпиона, остался бы жив. Потому и меня предостерегал.

Гумилев задумчиво смотрел на Шибанова, приподнявшись на локте.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация