Книга Те же и Скунс-2, страница 101. Автор книги Мария Семенова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Те же и Скунс-2»

Cтраница 101

От внезапной и страшной вести не обязательно разрывается сердце. Может ударить и в голову. Благой в одно мгновение ощутил, как: это бывает. Тяжелый молот внутри головы забил сразу и в полную силу.

Сын вчера остался ночевать у одноклассника. Позвонила родительница, сказала, что дети увлечённо обсуждают что-то математическое, чуть ли не теорему Ферма пытаются доказать, и" раз уж они в кои веки так самозабвенно говорят об учёгбе, а час достаточно поздний – не лучше ли, мол, Олету остаться у них ночевать?

Утром бы заодно и подкигаула обоих на машине до школы…

– Где… эта больница? – переспросил Благой, с трудом выговаривая слова. Непомерность случившегося так придавила его, что путались мысли. – Что… с ним, вы в курсе? Он… он же остался у одноклассника…

– Одноклассника? – уди: вился капитан. – Нет, его одного подобрали, на автобусной остановке… – Было слышно, как милиционер пошуршал какими-то бумагами, а потом прочитал: – Вот передо мной его визитная карточка. Благой Борис Дмитриевич, журналист…

Благой только и смог тупо подтвердить:

– Да, это моя визитная карточка…

– В каком смысле ваша? – вроде бы не расслышал Батурин.

– В том смысле, что моя!. – Благой нащупал выключатель и включил лампочку у кровати, чтобы записать адрес больницы. Он всё-таки шагнул в проклятую дверь и теперь нескончаемо шадал сквозь чёрную пустоту. В голове продолжал бить молот.

– Извиняюсь, так это ВАША карточка? – зачем-то переспросил милиционер.

– Да, моя, – горестно подтвердил Благой, – Борис Дмитриевич – это я. Так где мне… – он сглотнул, – опознать сына?

– Погодите, погодите вы с опознанием! – Голос милиционера неожиданно повеселел. – Тут у нас, похоже, накладочка! Слушайте, Борис Дмитриевич, сынку-то вашему сколько лет?

Внезапный рывок от отчаяния к надежде был точно парашют, сработавший над самой землёй.

– Четырнадцать… – Благой почувствовал, как у него затряслись руки. – Темноволосый…

– Ну вот, а у нас белобрысый такой парень, лет двадцати, может, двадцати двух. Нашли при нём три одинаковые визитки, ну и решили… А вашему, значит, четырнадцать? И тёмненький? Точно?..

– Да, точно.

– Тогда извините, ради всего святого, за то, что заставили вас переживать…

«Ничего себе ошибочка», – подумал Благой, но вслух выговорил:

– Да что… дело такое…

Дышать стало легче, хотя молот в голове бил по-прежнему.

– Борис Дмитриевич, раз уж так получилось… – Капитан Батурин сообразил, что теперь ему придётся сообщать о той же самой смерти во второй раз, и то, что для одних родителей обернулось помилованием на эшафоте, у кого-то другого реально откроит часть жизни. – Раз уж так получилось, Борис Дмитриевич, вы очень нас выручите, если припомните… у кого бы могли оказаться ваши визитные карточки? На вид, повторяю, двадцать – двадцать два года, рост сто восемьдесят, волосы светлые, вьющиеся, удлинённые…

Ответ лежал на поверхности. Однако в данный момент Благой не сумел бы сказать, как звали его собственных маму и папу. Он записал номер, пообещав немедленно позвонить, если что-нибудь вспомнит.

Телефон квартиры, где остался на ночь Олег, Валтасаровыми письменами горел у него в памяти, и он набрал его тотчас, как только распрощался с дежурным. Чувство было, словно перед прыжком в холодную воду.

На гудки долго никто не откликался.

– Ну давай же ты, просыпайся… – бормотал сквозь зубы Благой и, отчаянно зажмурившись, тёр переносицу, пока перед глазами не побежали круги. – Возьми трубку!..

Наконец к телефону подошла заспанная хозяйка квартиры. И на вопрос про Олега с недоумением ответила, что мальчики спят. Вечером, как водится, не угомонить, зато утром…

– Если сама, конечно, проснусь, – добавила она с укоризной.

– Точно спят? Я имею в виду… они оба дома? – Благому было глубоко наплевать, проснётся она завтра вовремя или проспит. Господи, как счастлив тот, у кого подобные мелочи составляют главную жизненную проблему!..

– Сейчас проходила мимо, видела обоих. Ваш – на диване, мой – на кровати. Сопят себе в четыре дырочки…

– Но вы уверены, что они – там?

– Да уверена, уверена! Вот, дверь открыла и сейчас на них смотрю, – отозвалась мать одноклассника. – А в чём дело-то?

– Спасибо вам огромное… – Благой засмеялся и понял, что близок к истерике. – Вы только, пожалуйста, Олегу не говорите, что я посреди ночи звонил…

Осторожно, словно боясь разбить, опустил трубку на аппарат и остался сидеть на кровати, тупо глядя перед собой.

– С кем это ты..? – удивилась Настя, входя в комнату.

Благой поднял голову и тут только вспомнил, что жена ещё с вечера засела готовить лабораторный отчёт. Ему вдруг показалось очень важным сообразить, то ли Настя уже встала, то ли так и не ложилась. Он хотел спросить её об этом, но тут опять зазвонил телефон. Благой ощутил новый приступ ужаса и мгновенно схватил трубку:

– Да!..

– Это квартира Бориса Дмитриевича Благого?.. – спрашивал пожилой женский голос. И были в нём такие какие-то интонации, что Благой догадался: да его ж просто разыгрывают!.. И прошлый звонок – тоже розыгрыш!.. Вполне сволочной, конечно. Сидит ночная компания, может, даже в редакции, звонят, развлекаются…

Это сколько надобно выпить, чтобы «подшучивать» над человеком, приглашая его опознать погибшего сына…

– Да, это квартира Благого Бориса Дмитриевича, – ответил он мрачно. – Дальше что, идиоты?

В телефоне помолчали, потом голос смущенно заговорил:

– Простите, Борис Дмитриевич, я, наверное, вас разбудила… Я мама Лёши Корнильева, вашего практиканта… Извините ещё раз, я, наверное, зря… Понимаете, он вечером позвонил, сказал, едет… И вот… до сих пор… Вы случайно не знаете, он не мог где-нибудь..?

Благому понадобилось несколько бесконечных секунд, чтобы переварить эти слова. А потом он с ужасающей ясностью понял, что никакой это не розыгрыш. Это звонят настоящие родители Лёши. И ещё он понял, что сейчас успокоит Лёшину маму неопределённо-оптимистичным ответом («видите ли, у нас в редакции так много сотрудников… кто-то мог прихватить его на задание… он ведь мальчик интересующийся, увлёкся…»), а сам уже через минуту будет звонить капитану Батурину и назовёт ему предполагаемое имя белобрысого паренька, подобранного мёртвым на автобусной остановке… Положит трубку, быстро оденется, схватит на улице частника и, не дожидаясь утра, помчится на другой конец города. Помчится в тщетной надежде, что опять вышла ошибка и несчастный паренёк окажется посторонним. Не Лёшей…

Голову снова разбивал изнутри молот. Борис Дмитриевич вспомнил, как не очень давно мысленно отрекался от непутёвого сына, как мечтал видеть на его месте Лёшу…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация