Книга Большая игра: Столетняя дуэль спецслужб, страница 56. Автор книги Владимир Рохмистров

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Большая игра: Столетняя дуэль спецслужб»

Cтраница 56

Мы не рвемся в бой,
Но если, Боже мой!
Пошлем людей, пошлем суда
И множество монет.
Мы, истинные бритты,
Мы будем пиво пить,
Но русским не дадим Константинополь!

Таким образом, несмотря на окончание военных действий между Россией и Турцией, неожиданно вспыхнула угроза войны между Россией и Британией. Мало того, что в вопросе о статусе Болгарии, чтобы вынудить царя убрать войска из-под Константинополя, Британии удалось привлечь на свою сторону Австро-Венгрию, теперь на Мальту был срочно переброшен семитысячный британский корпус.

Стоявший под Константинополем с войсками Скобелев, свободно владевший всеми европейскими языками и постоянно следивший за современной ему военной мыслью, тут же предложил военному министерству устроить в ответ на это нашу демонстрацию в сторону Индии. Подробную разработку такой диверсии он представил Кауфману, еще будучи губернатором Ферганы в 1876 году. Достигнутые Россией на этот момент позиции в Средней Азии, на его взгляд, давали к тому прекрасную возможность. Подобная демонстрация могла наделать англичанам достаточно хлопот и тем отвлечь их от вмешательства в чужие дела. Тем более ни для кого не было секретом, что во время войны на Балканах англичане помогали Турции и военными специалистами, и деньгами, и боевыми припасами — несколько сот тысяч ружей и миллионы патронов — все иностранные наблюдатели признавали, что вооружены турки были гораздо лучше наших, — купленных на английские деньги, переданы были Турции в долг; несколько броненосцев, построенных в Англии, были сданы Турции также в долг. Поэтому такой ход русских политиков казался тогда вполне закономерным.

Ведущие военные специалисты России высказались в поддержку демонстрации. Правительство также дало добро и — соответствующие указания Кауфману, внимание которого тут же сосредоточилось на столице Афганистана. Кабул являлся идеальным трамплином для подобного нападения. Путь силам вторжения, состоящим из русских и бухарских отрядов, должны были прокладывать секретные агенты, которых предполагалось обеспечить деньгами и правом на всевозможные лестные посулы. Кауфман был убежден, что индийский народ созрел для восстания и что, едва станет известно о приближении большой русско-афганской армии освободителей, бочонок с порохом взорвется. Если бы план Кауфмана осуществился, этот совместный русско-афганский удар по Индии оказался бы для британцев, по мнению наших военных специалистов, настоящим кошмаром.

«Не может быть сравнения между тем, чем мы рискуем, — писал Скобелев, — решаясь демонстрировать против англичан в Индии, и теми мировыми последствиями, которые будут достоянием в случае успеха нашей демонстрации…

Демонстрация против англичан в Индии, при нынешней комбинации отношений между государствами, а также при тех военных средствах, которыми мы располагаем, представляется практически исполнимою…» И далее предлагал конкретный план подготовки и развертывания этой экспедиции.

«1) Необходимо послать посольство в Кабул в возможно непродолжительном времени, так как крайне желательно, в случае движения отряда, не развлекаться никакими посторонними случайностями и не тратить на них драгоценных средств, следовательно, необходимо постараться втянуть в союз с нами как Шер-Али, так и все владения, которые находятся под его влиянием.

На удачный исход подобных переговоров много указаний: а) неизгладившееся впечатление погрома англичан в 1842 году, б) недоверие к их политике, которое доказывается тем, что Шер-Али не допускает до сих пор у себя официального английского резидента, в) вековые притязания Афганистана на Пейшаур (Пешавар), а, главное, их надежда грабить обетованную Индию… От действий миссии в значительной степени зависит выбор операционных путей, т. е. на Кабул или Герат.

2) Побудить Персию возобновить свои притязания на Герат, чем достигается возможность пользоваться средствами, которые в случае нужды даст нам страна, подвластная шаху, преимущественно Хорасан, а главное — отвлекать внимание и средства тегеранского правительства от нашей границы на Араксе, на что рассчитывают наши враги в случае каких-либо неблагоприятных для нас обстоятельств на кавказско-турецкой границе и на самом Кавказе. При нашем движении союз с турецкой армией не будет иметь значения военного, но даст нам в руки массу средств перевозочных, так как уже веками выработалось тяготение Персии к Герату и даже к Кандагару…» Далее прилагался расчет необходимых военных сил, продовольствия и прочего.

И вот теперь Кауфман, скорректировав его, вполне приступил к осуществлению плана Скобелева. Он намеревался выступить тремя колоннами по направлению к Кашгару, к Афганистану и к Мерву. Первая колонна должна была двигаться из недавно образованной Ферганской области через Алайский хребет, вторая — со стороны Самарканда через Джам на Келиф и Ширабад (на Аму-Дарье) и третья от Хивы, вверх по Амударье, через Чарджоу на Мерв. Все предварительные сношения между главными распорядителями велись в глубокой тайне. Кашгар был оставлен в покое и Ферганский отряд, собравшись в Маргелане, должен был идти через Каратегин, также на Амударью, в сторону Афганистана.

Двадцать второго апреля Милютин уведомил главнокомандующего Кауфмана о состоявшемся высочайшем повелении насчет сформирования и высылки отрядов к Шир-Абаду и Мерву, усиления войск Туркестанского края, заключения договора с Афганистаном и отправления эмиссаров в Афганистан и северную часть Ост-Индии. Сделав тотчас все необходимые секретные распоряжения, 19 мая Кауфман послал начальнику главного штаба телеграмму об усилении войск Туркестанского края Оренбургскими и Сибирскими казачьими полками и 25 мая получил шифрованный ответ, что в случае надобности ему пришлют льготные полки: два Оренбургских и три Сибирских. На другой день был отдан приказ по округу о сформировании трех действующих отрядов: главного — в Самарканде, под начальством генерал-майора Троцкого; Ферганского — в Маргелане, под начальством генерал-майора Абрамова и Амударьинского — в Петро-Александровске, под начальством полковника Гротенгельма.

Двадцать седьмого мая Кауфман послал Милютину рапорт, заканчивавшийся следующими словами: «…Я отправил две партии людей в Афганистан, довольно надежных, в том отношении, что они будут знать о движениях и передвижениях войск, о сосредоточении таковых и о слухах в том крае; затем рассчитываю на наше посольство в Афганистане, которому, быть может, удастся сделать что-либо в требуемом Вашим Высокопревосходительством смысле».

В Кабул для переговоров с Шер-Али-ханом был послан генерал-майор Николай Григорьевич Столетов. Посольство Столетова, прежде всего, должно было подготовить свободный проход наших войск через афганские владения в сторону Индии.

Посольство генерала Столетова

Пойди туда, не знаю куда — принеси то, не знаю что.

Русская народная сказка

1

Пока в мае 1878 года Кауфман готовил Столетова к отправке в Кабул, английские дипломаты уже предприняли ряд шагов, которые, в конце концов, свели на нет все старания России. Четвертого июня Англия подписала секретное соглашение с Турцией, согласно которому Турция передавала ей важный стратегический пункт — остров Кипр, Англия же обязалась защищать турецкие владения в Азии. Но на этом англичане не остановились, и 6 июня подписали Англо-австрийское соглашение, определившее общую линию поведения обеих держав на предстоящем Берлинском конгрессе, целью которого являлся пересмотр Сан-Стефанского мирного соглашения России и Турции.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация